Токио, Япония. Наши дни. 9:30 утра.

В районе Тайто, что пересекает река Сумида, расположилось головное здание известнейшего телерадиоканала Японии, с самого его основания, также выпускающего газету с одноимённым названием - «KNH».

Внутреннее помещение, место где снимают выпуски новостей, подготавливалось к новому дню, ожидая приход особенной гостьи.

- Проверьте камеры и звук! - Громко командовал 45 летний режиссер телеканала, говоря в микрофон из аппаратно-студийного блока, полностью заставленного мониторами и стенами с шумоизоляцией.

- Слушаемся! – Вторил его помощник на съемочной площадке.

- Осталось 30 минут… - смотря на часы произнес режиссёр в операторской.

- Ваш кофе. – Преподнося кружку с горячим напитком, поклонившись, проговорила молодая девушка в белой рубашке и серой блузке, с такого же цвета юбкой ниже колен, с стриженными под каре черными волосами.

- Спасибо, – ответил режиссер, взяв кружку и вдохнув бодрящий аромат. – Наш гость готов?

- Она сейчас в гримёрной, - мгновенно ответила девушка.

- Все еще? – Приподняв брови переспросил он и тут же, не давая ответить на этот вылетевший риторический вопрос продолжил: - Отправляйся за ней. Как только будет готова - сопроводи. Не забывай смотреть на часы, мы должны все сделать вовремя.

- Слушаюсь, – ответила девушка, поклонилась и спешно вышла из операторской.

В незакрытую дверь вошёл взрослый, высокий и широкоплечий, 50-тилетный мужчина в строгом темно-синем костюме. Заметив его, все, в комнате с многочисленными мониторами, вскочили с мест и поклонились ему.

- Господин Сакурай! – Воскликнул режиссёр, не поднимая головы.

- Как проходит подготовка? – Мягко спросил вошедший мужчина.

В тот же момент в ушной гарнитуре режиссера раздался голос помощника по площадке:

- “Господин Маэда, все готово к съемке”.

- Мы готовы, господин Сакурай. – Не поднимая головы ответил режиссер.

- Хорошо. Как закончите сопроводите ее ко мне. Рассчитываю на тебя, Маэда.

- Да, я Вас не подведу! – Громко отозвался режиссер и лишь после того как мужчина вышел из комнаты поднял голову вместе с остальными, наблюдая как закрылась дверь.

- Не часто к нам заходит директор. – Отозвался один из операторов.

- Еще бы... сама Сакурай Ханами - его дочь, будет сегодня. – Ответил ему другой.

- Перепроверьте все еще раз, ошибки недопустимы, – твердо сказал режиссер, прерывая излишнюю болтовню. – Сано, ты меня слышишь?.. – Обратился он к девушке, что приносила кофе, через ушной микрофон.

По длинному коридору звонко стуча каблуками, быстро шла девушка в белой рубашке с надетой поверх нее серой блузке и с бейджиком на груди: – «Сано Иошши - помощник режиссера».

- Да, господин Маэда, я хорошо Вас слышу.

- “Где ты сейчас?” – прозвучал его голос в наушнике.

- Рядом с гримерной, господин Маэда.

- "Пусть гримеры заканчивают, если не успевают продолжат на месте."

В следующий миг, словно по волшебству, дверь гримёрной отворилась, и из нее вышел высокий мужчина в черном костюме с уложенными назад черными волосами, носивший прозрачные тонкие очки с темно-синими глазами за ними. Помощница режиссёра заметно занервничала, встретившись с ним взглядом. Вслед за ним в коридор вышла девушка, одетая в классический женский костюм с белым верхом и черным низом.

«Это действительно она...» - еще больше встрепенулась девушка.

- Я готова, сопроводишь нас? – Произнесла гостья.

- Конечно, следуйте за мной, – ответила помощница. – Господин, Маэда, гость готов, - проговорила она в микрофон.

- “Отлично, Сано, все четко по графику”, – отозвался в гарнитуру голос режиссёра.

- Не могу поверить, что в живую увижу Сакурай Ханами, – взволнованно произнес один из операторов в аппаратной.

- Относитесь ко всему как к обычному утреннему выпуску, - поставив кружку на стол операторов и положив рядом руки, произнес режиссер, что заставило двух особо говорливых операторов переглянутся.

Дверь съемочной площадки отворилась и следом за синеглазым мужчиной в нее вошла худощавая, невысокого роста девушка. Люди на площадке тут же замерли как вкопанные, не веря своим глазам.

- “Внимание всем! Говорит режиссер Маэда, от лица всех мы рады приветствовать Вас – Сакурай Ханами” - через громкоговоритель раздался голос режиссера. – “Всем остальным занять свои места. Мы выходим в эфир через 15 минут”.

Под восторженные взгляды и радушное приветствие работников студии, молодую девушку сопроводили к столу, имевшему форму бумеранга. За одной половиной стола сидели двое телеведущих мужчина и женщина не старше средних лет. За другой половиной присела гостья. Помощник тут же прикрепили к ней микрофон, а девушка занимающиеся гримом уложила ее волнистые розовые волосы.

- Прошу, скажите что-нибудь Сакурай-сан, это нужно для проверки звука.

- Хорошо, – улыбнулась девушка, – рада всех приветствовать, давайте хорошо поработаем вместе.

Помощник зажал микрофон в ухе, в котором ему сообщили о хорошем качестве звука и тут же поклонился, показав пальцами знак “OK”.

- Я впервые вижу ее в живую, она не только красива, но и голос такой милый, – отозвался один из операторов в операторской.

- Будьте начеку, – слегка взволнованно произнес режиссёр.

- Но что может произойти? – Спросил один из операторов, - она ведь настоящая звезда «KNH», да еще и дочь директора.

- Вот именно... Поэтому кто знает, что она может выкинуть… Рассчитываю на вас, – строго сказал Маэда.

- Да, положитесь на нас! – В один голос ответили операторы.

- “Внимание. Съемки начнутся через 10 минут. Займите свои места”, – произнес в громкоговоритель режиссёр Маэда.

Студия замерла в подготовке выпуска утренних новостей. Девушка, помощница режиссёра – Сано Иошши, подошла к высокому мужчине, сопровождавшему гостью и стоявшему недалеко от аппаратно-студийной комнаты, рядом с многочисленными камерами. Она поклонилась и произнесла:

- Рада наконец-то встретить Вас, командир Ямато…

Тезаурус имен, названий и непонятных слов:

«KNH» - аббревиатура от - Kokoro no Himitsu (японский) – тайны разума. Телерадиоканал не существует в действительности и является выдумкой автора. Все совпадения случайны.