Контент удален!

1

«Посмотрев на эту школу, вы могли бы почувствовать тошноту. Вы бы вспомнили свою школу. Когда я отправлялся сюда впервые, мои родители вздыхали: «Дорогой, разве это место не напоминает тебе нас в выпускном классе?», «Милая, едва посмотрев на эти стены, я вспомнил, как влюбился в тебя и бла-бла-бла…» Я сам, сделав первый шаг, преодолев первую ступень главной лестницы и начав свое «восхождение» в бурную подростковую жизнь, сморщился. Эта школа вызывает тошноту. Она самая обычная, ничем не примечательная, глупая и обязательная, чистая и правильная. А я, Рэй Сакураги — хулиган. В этой школе я поставлю всех на место. Спортсмены или отличники, только настоящий хулиган сможет приручить эту толпу. Только самый смелый и сильный. Я — глава пищевой…» — Эй! Ученик! Что за прикид? — бумажный свёрток ударил Рэя по затылку. Из головы одна за другой выветрились мысли о главенстве и возвышении. Он тут же обернулся, готовый врезать тому, кто это сделал, но столкнулся лицом к лицу с учителем физкультуры. — Здравствуйте, — незамедлительно поклонился парень, а руки неожиданно оказались по швам. — Где твоя рубашка? Что за жёлтый? — тыкая свертком в грудь ученика, спрашивал мужчина, — Цсс… безвкусица. А ну-ка, бегом переодеваться! Учитель нервно окинул парня взглядом, будто смотрел на жука, и снова стукнул того по затылку. Маленькие черные крылышки зашевелились. — Ауч! — Эй, ученица! Что на глазах? Макияж? Быстро умыться! Рэй потер затылок, но с места не двинулся. Он выпустил нижнюю губу вперед, обидчиво причитая: — Но, учитель, я ведь хулиган. Какая мне рубашка? Учитель поднял брови. — Хулиган, говоришь? — Да. — Хулиганы это те, которые воруют мелочь у младшеклассников, или те, что ездят на байках. Причем же тут футболка уродливого цвета? — противным тоном ответил он, потешаясь. Рэй не воровал мелочь, хотя за байк действительно было обидно… но младшеклашек он не трогал! К тому же желтый был самым заметным цветом, и он шел ему больше всего. Парень хотел было что-то возразить, но учитель уже отвернулся. «Разбрасывается деспотизмом! Школа — мерзкое место. Не понимаю, как мои родители могли влюбиться здесь. Нельзя терять время на такие глупости, ведь только сильнейший сможет оказаться на вершине…» — Эй! Класс 3Б! Все наверх, в кабинет домоводства! Мы ответственны за украшения и плакаты! Мысли парня перебила девчонка из 3Б. «Старосты — еще одна мерзость школ. Малявки с гигантским самомнением. Они почти те же хулиганы, только действуют расторопно, в долгую: сначала забиваются под бок к учителям, потом участвуют во всех этих внеклассных мероприятиях, и вот! в их подчинении куча людей, и даже есть связи с сильнейшими… кхм… ребятами из студсовета.» Рэй считал, что старосты опасны своей доброжелательностью, с помощью которой они обманывают людей, между тем храня за душой недобрые мысли. В отличие от хулиганов, честных и прямолинейных. Стать шестеркой старосты сродни самому жестокому падению на дно этой пищевой… — Аа-а, Сакураги-кун… — А, йо. Староста подошла к парню. — Мы отвечаем за плакаты, поэтому ты не мог бы помочь принести краску на третий этаж, в кабинет домоводства? — О, — кивнул парень, резко повернувшись к хозяйственному классу. Все-таки нужно держаться на расстоянии от старост и выполнять их требования так быстро, что они никогда не запомнят твое имя. — Спасибо, Сакураги Рэй-кун! — прокричала вслед девушка, с неловкостью отметив, как шаг парня резко ускорился. Крепкая дверь подвального помещения поддалась со второго раза. Свет с улицы слегка проник в комнату, освещая стеллажи, заполненные краской, инструментами и всяким барахлом, заблестевшим от пыли, попавшей под лучи солнца. В углу висела школьная стенгазета. — Воу, кто это нарисовал? Выглядит отвратительно… — Рэй ткнул пальцем в бумагу, но попал в чей-то нос. — Двинься, янки. Жуткие глаза уставились на него в полумраке. — ААА! Рэй отскочил назад на несколько метров, закрываясь руками. «Кто бы это ни был, я сильнее, слышишь?!» — сыпал он угрозами в собственной голове, хотя чувствовал, как вся кровь отлила от сердца в ужасе. «Я ходил в зал со своей сестрой, и она научила меня парочке приемов, так что даже не думай, что я уступлю!» — Да хорош орать! — вдруг крикнули из темноты. Напряжение улетучилось, когда Рэй посмотрел на парня, опустившего газету. Он раздраженно уставился на хулигана. — Ты чего такой стремный?! — только выплеснул из горла Рэй. В ответ парень закатил глаза. Рэй попытался отдышаться, угрожающе сжимая кулаки и дырявя парня глазами. Взгляд затормозился на газете. — «Чумовые новости»? Что за хрень? Парень цокнул в еще более раздраженной манере. — Я Куросава Сато, корреспондент школьного журнала «Просто-газета» провожу исследование по изучению материалов конкурентов. Роботизированный тон, коснувшийся ушей Рэя, причинял физическую боль. После представления парень протянул ему руку. Один край газеты упал. — Сакураги Рэй, хулиган, — принял рукопожатие Рэй. Серьёзное лицо Куросавы на миг обрело странный оттенок. — С животом что? — искренне поинтересовался Рэй. «Мы пожали руки, так что теперь он мой человек. Кодекс чести гласит: нужно беречь своих людей». — Э, нет. Куросава палец за пальцем вытащил свою руку из чужой и поднял край газеты обратно. Затем сложил ее несколько десятков раз так, что она стала похожа на сэндвич, а после сунул в нагрудный карман. Рэй подошел ближе, запрокидывая голову. — Так что за расследование у тебя там? — Я хочу понять, чем читателей привлекают «Чумовые новости». Я прочел уже все осенние выпуски, и там пока одна чушь! — Куросава, подозрительно похожий на типичное описание «страшненького» парня девушками, скорчив такую мину, сделал свое лицо еще хуже. Хоть Рэй и был хулиганом, но в эстетике разбирался. Чтобы вникнуть в проблему своего нового товарища, он прочел несколько строк. Миямура Кенто: человек или оборотень… «Миямура Кенто: человек или оборотень?! Поедание пяти обедов в одиночку! Комментарии очевидцев! Сумасшедший спуск с лестницы! Был ли перелом старшеклассницы случайностью?! Редкий выпуск! Учитель физкультуры задохнулся на стометровке!» — ХАХАХА! — загоготал Рэй, хватаясь за живот. Куросава тут же вырвал из его рук газету. — Теперь я вижу, кто читает подобный бред. Не стоило ждать помощи от янки, — процедил он. Рэй смахнул слезы и забрал газету обратно, хлопая ладонью по фотографии. — Ты только посмотри! Учитель физкультуры проиграл среднекласснику! ХАХАХА! — Что за придурок, — Куросава снова выдернул газету из рук Рэя и с презрительным видом сложил ее, как предыдущую, запихнув в другой карман. Рэй подошел ближе и слегка ударил его по карманам брюк. — Ты что, по всем карманам их распихал? — недоуменно спросил он. — Эй! — парень отпрыгнул. — Ты что, извращенец?! Так близко подходить к другим парням, чокнутый… Рэй в замешательстве посмотрел на него, хмыкнув. «Пугливый какой-то». — Что ж, — не обращая внимания на протесты, он обхватил парня за плечо, приобнимая, — говоришь конкуренты? Покажи мне их, и я сними расправлюсь. — Что несет этот придурок… Куросава сбросил руку парня со своего плеча и вздохнул. — Не хочешь? Тогда давай вместе! Вдвоем быстро управимся. — Ты что реально хулиган, чтобы такое говорить? — О, — Рэй выпрямился. Куросава покачал головой, уставившись в пол. Внезапно дверь открылась шире, и Рэй обернулся, попадая под луч света. — Эй, краска. Высокий парень с идеальной осанкой безэмоционально смотрел Рэю в глаза. Тот неуверенно поднес указательный палец к груди. — Я? — Да, ты. Наверх не собираешься? Почему-то его глубокий голос, не подходящий старшекласснику, и строгий тон вызвали в Рэе раздражение. Он хотел что-то ответить, но парень с недовольным выражением отвернулся и ушел, будто вся его миссия заключалась в том, чтобы сказать грубость. — Вау. Этот Хиэдзима просто нечто. Называть человека предметом это не то же самое, что назвать его мусором? — Хиэдзима? Куросава кивнул. — Президент школьного студсовета и собственного клуба, куда ходят только его друзья. Он высокомерный отличник, которого обожают учителя и девушки, а вот я считаю, что он совсем не то, чем хочет казаться, — парень сделал заговорщический вид, и его глаза потемнели. — Хиэдзима и его шайка чуть ли ни единственные люди, о которых не писали «Чумовые новости». Рэй усмехнулся, скрещивая руки на груди. «Так этот парень все еще о своих газетах». — Вообще-то, — с явным чувством превосходства начал он, — про меня там тоже не писали. Куросава молча вынул из внутреннего кармана пиджака газету и раскрыл ее на второй странице. «Опасный янки?! Босодзоку возвращается?!» и фотография Рэя, спрыгивающего с велика. Сначала парень хотел рассмеяться, но брови сползли к переносице, и он протянул: — О-о. — Вот видишь. Они заодно. Я бы легко доказал это всей школе, но у меня никак не выходит найти автора «Чумовых новостей». — А почему тогда этот Хиэдзима выглядит как приличный тип? — Рэй сунул руки в карманы, поворачиваясь к двери. «Выглядит он обычно. Наверняка, когда его имя появляется на первом месте в списке школы, он выглядит еще лучше». — Из какого он класса? — Класс 3А. У нас с ними совмещенная физкультура. — Мы с тобой, что в одном классе? — … — Куросава поправил галстук, сдерживаясь из последних сил. Краска так краска, мусор так мусор, пусть этот Хиэдзима называет такого придурка, как хочет, — конечно, чего стоило ожидать. Ты не знаешь Хиэдзиму, я тогда вообще не в счет. Хоть Рэй и не понимал, о чем он, но хотел помочь. — Тогда можно на вышибалах ему мячом врезать хорошенько, — он сжал губы. «Знаю, не изящно, но это хороший способ, я проверял». — О, да! Это отличный способ навлечь на себя гнев всей банды отличников, — он сложил руки на груди, но, кажется, опомнился, когда куча бумаги в нагрудном кармане стала колоться. — Банда отличников? — Рэй нахмурился, — такого не бывает. Есть банды якудза, хулиганов, воришек. У отличников это называется клуб для занятий. Куросава хитро улыбнулся, стирая с лица Рэя всякое понимание. — Насоли чем-нибудь этим парням и увидишь. В этой школе отличники — вершина пищевой цепи. «Вершина?!» Но в этой школе вершиной, сильнейшим должен быть хулиган! Так везде. Есть учителя, примерные парни, красотки, шестёрки, игроки, лазутчики, а на самом верху — хулиганы. Ведь это же самая обычная школа. Рэй насторожился. — Подожди… быть может, это не обычная школа? Может, мои родители слегка облажались и отдали меня не в ту школу, скажи? — он горько засмеялся, — я имею в виду, они могли. Куросава не обратил внимания на его жалобный тон. — Все так, как я сказал. Если хочешь остаться невредимым, то лучше возьми краску и иди наверх, — парень отвернулся к шкафу, доставая краску и кисти. — Пока я не найду автора «Чумовых новостей», мы все в полной заднице и не можем противостоять им, — он переложил банки в руки Рэю, — но вот увидишь, вот увидишь, вот увидишь… Бедный Куросава перешел на шепот. Рэй махнул рукой перед его лицом, но тот зациклился окончательно. — Да уж, — хулиган похлопал парня по плечу, — верю, верю, брат. С кучей вещей в руках он поднялся по лестнице. Погода была отличной. «Нет. Все-таки в этой школе мне нет равных» — думал Рэй без конца. Отличник — засранец? Он завертел головой. Да кто поверит в эту чушь? В классе домоводства было полно девчонок. Как только Рэй увидел старосту, двинулся в противоположную сторону. Она ничего не заметила, зато он оказался в том углу, где его и ждали. — Помочь? Рэй отрицательно покачал головой. Вновь этот строгий тон звучал неприятно. Всматриваясь в его лицо, Рэй понял, что это от того, что парень разговаривал с ним, слово считал непоседливым ребенком. «Даже, если о тебе ходит такая слава, будто ты больший хулиган, чем я, это ничего не значит». Рэй поднял подбородок. — Сам справлюсь. Хиэдзима посмотрел на парня снизу вверх, вскинув брови, а затем гаденько ухмыльнулся. — Хиэдзима, это кто? Засмотревшись на отличника с плохой репутацией, Рэй не заметил остальных трех парней, окруживших парту. Все, как один уставились на хулигана. — Краска. Кровь прилила к щекам Рэя, и он стал захлебываться воздухом. — К-к-краска?! Почему ты зовешь меня предметом?! У тебя есть манеры вообще?! Четверо парней смотрели на него одним взглядом. Они почему-то никак не отреагировали на возгласы парня, только состроили непонимающий вид. Хиэдзима, раскинувшийся на стуле, так и вовсе скорчил такое лицо, будто бы его ничего не заботило. Черная челка накрыла его глаза тенью. — Ты не собираешься поставить это? — таким же безмятежным тоном сказал парень. Рэй вдруг замешкался. «Разве не я здесь хулиган?» — А, — подал голос один из парней, — вспомнил. Янки из 3Б, — он наклонил голову вбок и моргнул, — какой твой балл? — Балл? Рэй удивленно окинул его взглядом. «Ну… не самый высокий, вообще-то родителям пока нечем гордиться, но ведь я хулиган, не думает же он, что хулиганы следят за своими оценками». — Нет, подожди, — отозвался другой, очкастый парень, прикрывая того рукой, — какой у тебя рост? Он же ниже Сары-чан. Очкарик повернулся к друзьям. — Я… — Впервые вижу такой оттенок желтого… — протянул третий. Рэй взглянул на Хиэдзиму. Тот уже смотрел на него оценивающим взглядом, будто парень и впрямь был предметом. — Так ты поставишь? Вроде сказал, помощь не нужна, — вновь эта ухмылка. Рэй почувствовал, как его лицо перекосила от гнева, и глаза сузились. Кажется, это их только рассмешило. «Какое им дело до моей футболки и роста? А ты, Хиэдзима? Чего это ты общаешься со мной, будто бы я твой вакасю?» — Вот! — он с силой поставил банку на стол, отчего тот задрожал. На шум прибежала староста. «Если они из студсовета, то она с этими парнями заодно» — подумал Рэй. — О, Сакураги, ты уже все принес, — пока она говорила, Рэй угрожающе всматривался в лицо Хиэдзимы. Этот придурок сначала игнорировал его, а когда посмотрел в ответ, вытянул губы и беззвучно сказал: — «Что с твоим лицом?» «У-ух!!! Какой же он высокомерный тип! Беру свои слова назад, когда я увижу его имя первым в списке, то зачеркну его так, чтобы получился неприличный иероглиф!» — Ну раз краска и кисти здесь, можно приступать к созданию плаката, — староста улыбнулась, хлопнув в ладоши. Она почему-то абсолютно не ловила ту напряженную атмосферу, которая разразилась между парнями. — Сакураги-кун, ты ведь учился в художественной школе, помоги девочкам. Щеки Рэя снова вспыхнули. Нет, нет, нет. Он почти замахал руками. Никто не должен об этом знать. «Даже мой кумитё не знает! Откуда староста достала эту информацию, если я никогда не упоминал о своем прошлом?» Со страхом он взглянул в глаза Хиэдзиме. Его брови были высоко подняты. «Как же стыдно». — Х-хорошо, — опустив голову как можно ниже, Рэй взял со стола одну кисть и пару банок краски, и поплелся к громкой части класса. «Разве я виноват, что мои родители хотели развить меня всесторонне, и у меня хорошо поставлена рука? Я все еще хулиган!» К тому же Рэй всегда ответственно относился к занятиям, а это хорошее качество по словам его старшего брата. Придвинувшись к девчонкам, окружавшим гигантский лист бумаги, он все еще смотрел в пол. — Я Сакураги Рэй, хулиган. Рад знакомству, — протараторив и поклонившись, Рэй выдвинул художественные принадлежности вперед. — Буду рад помочь вам. Множество тонких ног в спортивной форме, окружавших его, как-то поредели. Рэй взял в руки кисть и осторожно поднял взгляд. «Смеётся ли он надо мной прямо сейчас?». Парень посмотрел в сторону исподлобья. Хиэдзима сидел к нему спиной, копаясь в чем-то, что лежало на столе. Рэй скорчил рожу. Вернувшись к плакату, он с удивлением обнаружил, что работать придется в одиночку: перед ним сидела лишь одна девчонка, не вылезавшая из телефона. Что ж, он потянулся и приступил к работе.

2

Плакат высотой в одного с половиной Рэя и шириной в 0,7 Рэя, или плакат высотой в одного Хиэдзиму и шириной в половину Хиэдзимы, стал выглядеть прилично. Наверх Рэй поставил цветок лотоса, под ним ласточку как символ молодости, в середине будет текст, важно каллиграфически вывести иероглифы, а снизу подбадривающий Чокимару* [Маскот поселка Каниэ, краб-ниндзя] — Готово! — Сакураги-кун! Это так круто! — внезапно из-за спины появилась староста. Она протянула руку к плакату и обвела рисунки указательным пальцем. — Ты даже нарисовал Чокимару! Не стоило так стараться. А ведь у тебя и правда отлично вышло! Рэй был рад похвале, но не переставал оглядываться по сторонам. «Не собирается ли автор «Чумовых новостей» застать меня врасплох?» — Говорят, у людей с художественным образованием почерк красивее, — она ярко улыбнулась, глядя прямо в глаза парню. — А, — Рэй почесал затылок, — о. — В этом году фестиваль получится очень крутым! — девушка сжала руки на груди, качаясь из стороны в сторону. Из-за зеленой спортивной формы она стала походить на веточку розмарина. Рэй неуверенно кивнул. Он, наверное, не очень серьезно относился к фестивалям, потому что у него до сих пор не было друзей, с которыми можно было веселиться и смотреть на фейерверки. После своих слов восхищения предстоящим фестивалем девушка куда-то испарилась. Рэй принялся дуть на свежую краску. — Краб-ниндзя? — послышалось сзади. — Это Чокимару, — ответил Рэй раздраженно. — Я в курсе, что это Чокимару. Рэй резко повернулся на этот дерзкий тон. Хиэдзима стоял прямо перед ним, так близко, что парень стукнулся грудью об его, когда разворачивался. В ответ на него обрушился грозный взгляд. — К тебе, что даже прикоснуться нельзя? — Рэй задыхался от неловкости, — то же мне, король школы… — Чего? — недоуменно произнес отличник, но вид его не стал приличнее. Рэй отвернулся обратно к плакату, не желая смотреть на лицо парня. Тот, между прочим никак не отреагировал на очевидную грубость и только наклонился к чужому плечу. — Так какой у тебя рост? — как ни в чем не бывало спросил он. — А? — Рост. Я спрашиваю, какого ты роста, — словно щенку, разжевал Хиэдзима. — Никакой, — Рэй злобно посмотрел на нос, вылезавший из-за уха. — В смысле никакой? Типа нулевой? Хиэдзима убрал голову, засмеявшись. Он поднес ладонь к затылку Рэя, чтобы сравнить их разницу, но тот увернулся, словно зверек, и быстро покинул класс. Хиэдзима зевнул. Девчонки сбежали, как только увидели Рэя, поэтому класс почти пустовал. Рэй не заметил, но даже та, что пялилась в телефон, только подняв голову, исчезла за дверью. На полу лежал сохнувший плакат. Хиэдзима внимательно рассмотрел его. Ведь он будет висеть прямо у входа в школу. И каждый знает, кто его рисовал. Хиэдзима присел на корточки. На его лице появилась странная улыбка.

3

«А че я ушёл-то?!» Рэй застыл на пол пути, смущая девушек, столпившихся у зеркала. Он принялся странно жестикулировать. «Я — хулиган, — указательный палец на себя, — он — отличник, — палец в сторону мусорного ведра для «ясности», — и почему это он пытается испортить мою репутацию, если это ему рядом со мной даже стоять должно быть жутко напрягающим». Рэй повернулся к зеркалу. Не было такого, чтобы он увидел свое лицо поверх лиц старшеклассниц, потому что ростом смахивал на них, так что пришлось подойти вплотную. Девчонки расступились. Вот он — нос, рот, глаза раскосые, губы. Как же он делает такое лицо? Рэй неестественно сощурился и попытался повторить ту гримасу, с которой на него смотрел Хиэдзима. Черты лица тут же расползлись. Конечно, он видел, что Хиэдзима, ну, красивый (совсем немного красивее Мирей Киритани), но сейчас ему не было до этого дела. Если сделаться таким же пугающим, то он отстанет? А разве Рэй уже недостаточно пугающий? — Эй, — Рэй, оставив свою мимику в странном положении, взглянул на одну из девушек через зеркало. Она ойкнула, — ученица, по мне ведь видно, что я хулиган? — с надеждой спросил парень. Девушка быстро закивала, делая шаг назад, как раз в этот момент ее за руку увела подруга. Рэй довольно улыбнулся, выпрямившись. Да, какие сомнения тут могут быть. — Держись~, Хиэдзима~ — пропел парень, вприпрыжку убегая в класс. Хиэдзима держал плакат мордочкой Чокимару к себе. Он обратился к старосте: — Сара-тян, я отнесу плакат на крышу, чтобы высох. Староста возилась с бумажными бантами, разложенными на столе. Она лишь ненадолго взглянула на парня. — А, супер! Спасибо, Хиэдзима-кун. Хиэдзима слащаво улыбнулся. Когда Рэй подоспел, в классе уже не было никого из банды отличников, да и плакат пропал. Как же быть, Рэй не хотел связываться со старостой. Он почесал затылок. — О, Рэй-кун, — «Что б тебя», — ты не мог бы отнести краски на место, с украшениями покончено, — девушка радостно улыбнулась, пока на ее плече висело неудавшееся оригами бантика, которое она не замечала. Рэй сложил руки в замок, смотря перед собой. — Ага, — буркнул он. — Отлично! Староста отвернулась, сдувая прядь волос с носа. Оказалось, бантики тут были на всем рукаве. Рэй неловко протянул руку. Его губы вытянулись в трубочку, а брови поднялись выше некуда, а затем он молниеносно смахнул все бумажки, двигая руками, как пропеллером. — А… — девушка, кажется, почувствовала прикосновение, но, когда обернулась, Рэй уже обошел ее и взял краску. Она снова улыбнулась, — спасибо, Рэй-кун! Рэй вышел из класса, ощущая, как по виску катится капелька пота. «Нужно остерегаться старост, остерегаться…». Он набрал воздуха в легкие, смотря на баночки краски, чтобы убедиться, что они все закрыты. — М? Одной не хватает. Рэй остановился посреди коридора и пересчитал баночки. Черного не хватало, а в стакане с кистями не было большой, которую Рэй использовал для написания текста. Парень нахмурился. Разве с украшениями не покончено? Он сделал несколько шагов спиной назад и оказался у входа в класс. — Сара-тян, — Рэй окликнул старосту. Попутно парень осмотрел весь класс, никто больше не рисовал, девчонки убирались. Староста подбежала к нему, внимая, — это… — он замешкался, — мой плакат, его куда-то унесли? Староста оглянулась, по-дурацки улыбаясь от чего-то. — Ах, это Хиэдзима-кун. Он понес плакат на крышу, чтобы тот быстрее высох, — ее девичья фигура качалась из стороны в сторону, как когда девчонки рассказывают друг другу сплетни, стоя у туалета. — Хиэдзима, — скривившись, произнес Рэй. — Угу. Рэй сделал несколько обратных шагов вперед, а потом, одумавшись, снова несколько спиной назад, теперь уже минуя классную дверь. Староста, ничего не понимая, выглянула в коридор, наблюдая, как Рэй побежал на крышу.

4

Хиэдзима притащил плакат на крышу и бросил его себе под ноги, чувствуя, как даже свет над ним сгущается. Ха-ха-ха! Не хватало зловещего смеха. Что ж, к чему объяснение причин, просто, раз уж Рэй Сакураги встретился на его пути, то его судьба такова. Хиэдзима макнул кисть в прихваченную краску. 休育の暇なし。学べ、学べ、学べ！ [«Нет времени на передышку в воспитании духа. Учись, учись и учись!»] «Отличный лозунг, хулиган» — Хиэдзима усмехнулся. Он вспомнил, как парень задыхался от злости и, как забавно выглядело его лицо, так что невольно улыбнулся, переводя взгляд на Чокимару. В совершенстве помнить, как выглядит Чокимару, это ж надо! Неужели это его любимый персонаж, раз он так легко нарисовал его, даже прибавив тому обаяния своим исполнением. Да… Хиэдзима провел рукой по затылку. Забавно. Но вот, как будет забавней. Он поднес мокрую кисть к мордочке талисмана. Всего пару штрихов. Он слегка прикусил язык, выводя линии. Получилось даже неплохо. Теперь этот Чокимару был знаком каждому. И еще. Он вернулся в начало фразы, наводя улучшения. Отлично! — Эй, отличник! — сзади раздался злостный крик. — Что ты делаешь, негодяй! Хиэдзима выпрямился, не выпуская кисть из рук. «Не думал, что так быстро прибежит». Он обернулся, смотря на Рэя. — А? — совершенно безэмоционально он уставился на парня, легонько покачивая кистью. — А?! Я тебе говорю, чем ты там занимаешься! — на том же расстоянии ругался Рэй, прижимая к груди краски и кисти. Хиэдзима посмеялся. — Чего смеешься, блин?! Кажется, он был в бешенстве. — Я? Да разве я делаю что-то противозаконное? Просто хочу, чтобы у нашей школы был лучший плакат на фестивале, а ты тут ошибок понаставил… — он бросил взгляд за спину, — пришлось мне покорпеть, чтобы все исправить. — Чего? — лицо Рэя исказилось. Хиэдзима довольно кивнул, бросая кисть прямо на пол. В общем, это было в его характере, сделать подлость изменив лишь одну черту во всем предложении. Что касалось непринужденного вида при этом — он был профессионалом. Хиэдзима вновь ухмыльнулся. Отличник сократил расстояние между ними до минимума. Его длинные руки сплелись на груди, и он наклонился вперед, к Рэю, чтобы посмотреть в его глаза ровно на таком уровне, который был бы слегка выше его взгляда, хотя он и мог опуститься вровень ему. Такое вот у него было лицо. Зверски привлекательное, ужасно надоедливое. — Вот же ж! — зашипел Рэй, не выдерживая. Он аж подскочил на месте, подтягиваясь к Хиэдзиме еще ближе, норовя ударить его своим лбом, словно бык быка. От их голов пошел пар. — Близковато ты, не кажется? — Хиэдзима держался, как сталь, правда нагретая от дыхания Рэя. Он не давал глазам угодить ниже, чем глаза парня, и не отрывал их от него ни на секунду, даже успевая улыбаться, изображая из себя персонажа манги. Более того, отличник не подпускал Рэя к плакату. В какой-то момент этого напряженного противостояния Рэй понял, что Хиэдзима просто задерживает его на пути к пакости, которую он проделал. Он вдруг сощурился. — С дороги, — Рэй толкнул парня плечом, заставив кисти в своих руках биться о стенки стакана. Хиэдзима не растерялся и тут же схватил коротышку за воротник. — Э-эй! — Куда это ты побежал? — крепко сдерживая парня, спросил Хиэдзима. Затем он перевел взгляд на руки Рэя. — Ты с ними и спать планируешь в обнимку? — Не твое дело! Пусти! — Рэй забавно изворачивался, без возможности выбраться, пока Хиэдзима все-таки не ослабил хватку. — С ума сошел, что ли?! — парень ошарашенно впечатался взглядом в Хиэдзиму, сунувшего руки в карман. «Как же бесит, что он выше!» — Ты! — Рэй ткнул пальцем в лицо отличника, но потом перевел его вниз. Хиэдзима проследовал взглядом за его рукой. — Чего разбрасываешь. Рэй внезапно наклонился, неуклюже поднимая кисть, оставившую кляксу на полу. Баночки зазвенели. Постаравшись впихнуть кисть в стакан, не разжимая рук вокруг красок, Рэй чуть не вымазал лицо черным, но сумел подняться обратно без потерь. Его злость никуда не делась. Грозно взглянув на Хиэдзиму, парень направился к плакату. Хиэдзима последовал за ним. — Скажи, ведь так лучше, не правда ли? — послышалось из-за спины. Рэй, оказавшийся у плаката, разинул рот шире, чем когда ел гигантские данго. Этот Чокимару разве выглядел так? Так, словно он… — Нравится? — на плечо Рэя упала чужая рука. Хиэдзима, учуявший временную потерянность хулигана, облокотился на него без капли стыда. Оказалось, такие высокие парни еще и тяжелые. — Ты, — теперь у Рэя не осталось сомнений, — хулиган-отличник! — взорвался он криком. Так еще никто не орал на этой крыше.

5

— Послушай, — старшеклассник говорил с другом, стоя у входа в школу и попивая молоко из коробки, — перед фестивалем ведь будет спортивный день. Спортивный день — типичное осеннее сумасшествие в школах, начинающееся кровопролитными играми и кончающееся унылым марш-броском вокруг территории школы. Хоть школа и была занята приготовлениями к фестивалю, про это событие никто не забывал. Каждый ученик (даже спортсмен) в эти дни спрашивал себя втайне — достаточно ли я здоров для бега? Медпункт в спортивный день был переполнен. Девочки пользовались женскими штучками, которыми не могли пользоваться парни, поэтому вторые им о-очень завидовали. Мужской половине школы приходилось изощряться. Больная голова — уже не прокатит. Нужна как минимум сломанная рука или вывих. Было, классно если удавалось свалить все на семейную поездку к дальней бабушке, но везло не всем и не каждому. Да и родители у большинства были строгие. Ухудшало положение то, что ответственным за это все был он — учитель физкультуры. Угрюмые мины возникали на лицах учеников при одной только мысли. Чтобы не участвовать там, где можно позорно проиграть на глазах всей школы, придется сначала пройти через него. Вот они, врата! А пред ними — чудовище, и действует оно неразумно и нелогично! Вот в прошлый раз, например, сам же не смог пробежать стометровку за нужное время, а ученику — десять штрафных кругов. Об этом даже в «Чумовых новостях» писали. Ни учитель физкультуры, а тиран какой-то. То-то старшеклассники и рассуждали лихорадочно. — … если вдруг слягу с приступом тахикардии? — Отправят в больницу. — А если синяк на животе прямо нарисовать? — А ты кофту не измажешь? — Точно. Может, в очках заявиться, сказать, что зрение никчемное? — В прошлом году было. Парень обессиленно простонал. — Учитель физкультуры, думаешь, помнит нас, а? — повернулся парень к другу с лицом, как будто бы его били недавно. Второй ответил ему таким же. — Он еще сестру мою помнит, которая тут училась. — Значит, точно помнит. — Ага… Ученики продолжали думать. — Может быть так! — наконец пришла гениальная мысль в голову одному из них. — Я сяду на велосипед и как бы въеду в тебя, мы оба упадем, — он активно двигал руками и губами, объясняясь, — ну, немного синяков себе наставим и будем оба освобождены! Второму идея не приглянулась. — Э, а с чего бы это ты был на велике? — Ну так мы же все равно вместе упадем, какая разница? — Если без разницы, то я буду на велике, — заявил одноклассник. — Да не-ет, — друг запротивился, — чего ты упрямишься. Я план придумал, так что и на велике я буду. — Ага, значит, есть разница. — Ну конечно, в том, что я придумал план. — О каком таком плане вы говорите, ребятки? Тень, упавшая на их головы, заставила друзей зажмуриться. Говорил, что бывший спецназовец, а на деле напоминал действующего бандита. — Выкладывайте по одному.

6

«Теперь Чокимару будет сниться мне в кошмарах!» — признался себе Рэй. Он бросился на Хиэдзиму, потом осознал, что в его руках полно красок, и попытался их поставить, но это оказалось не так уж и просто. Хиэдзима недобро рассмеялся, делая шаг назад. «Этот нахал!». Рэй забыл про краски и накинулся на парня. Хиэдзима такого явно не ожидал, так что у них завязалась довольно исключительная драка, в которой главенствовала удача, а удача была на противоположной для отличника стороне. Рэй без предупреждения рванул к высокому, одновременно цепляясь за его галстук и удерживая одной рукой (по его мнению, это было нечеловеческой способностью) целую груду красок, прижимая их к груди из-за всех сил. Хиэдзима, прежде не дравшийся, нерасторопно пытался изменить положение дел в свою пользу. Он обхватил запястье Рэя обеими руками и потянул прочь от себя, но только заставил того прибавить сил. Его рот от напряжения искривился. Так они, волоча друг друга, пронеслись по всей крыше, напирая то один, то другой. — Отпусти же ты! — кричал Хиэдзима. — Ты отпусти! — Рэй толкнул парня, и они, уже слипшиеся вместе, словно рисовые клецки, упали на пол. — Аа-а! — Хиэдзима успел закричать. Он хоть и не умел драться, был больше, а это в таких делах считалось немалым преимуществом, Рэй то вообще боролся вне своей весовой категории. Упав прямо рядом с тем местом, где стояла черная краска, принесенная сюда Хиэдзимой, парни всерьез рисковали измазаться по самые уши, но Хиэдзима был занят тем, чтобы отлепить коротышку от себя, а Рэй — тем, чтобы преподать урок хулигану-отличнику. Вместе с тем задул настоящий осенний ветер, и плакат, ничем не закрепленный, пополз, словно живой, к краю крыши. — Остановись, если не хочешь проблем! — Хиэдзима сдерживал нависшего на него сверху Рэя. — Ты специально это сделал, чтобы подставить меня! — Рэй с этой горой баночек мог сопротивляться и нападать только одной рукой, но, возможно, из-за роста, был проворнее большинства мальчишек, участвовавших в драках. Хиэдзима отдал бы ему должное, если бы не его характер. — Ерунда! Невинная шутка! — Вот и получи! — Рэй напряг кулак и махнул им прямо перед лицом парня, но промазал, потому что его толкнули в сторону. Вместе они кувырком очутились прямо у открытой краски. — Придурок, мы сейчас вляпаемся! — крикнул Хиэдзима. — Сам ты придурок! — Я не об этом, идиот! Отпусти! — Нет! Порыв ветра сбил волосы обоих в сторону, оголив лбы, и тут плакат, так настойчиво сползавший к краю, пролез под ограждение и повис наполовину на свободе. — Эй! — Хиэдзима, заметивший это, округлил глаза, — он сейчас…! Рэй, воспользовавшись растерянностью отличника, все-таки вмазал ему по лицу, и тот от удара упал прямо на краску, расплескав черный по всей форме. Не успев отпраздновать свою победу, Рэй почувствовал, как резкий ветер жжет глаза. Он обернулся. Плакат. Плакат вот уже летел, как гигантская разноцветная птица, так плавно, будто бы ему с самого начала предназначалась эта роль. Сложи они из этого листа огромный бумажный самолетик, он бы летел не так изящно. Челюсть Рэя буквально упала. — Отлынивать собрались? — сложив раздутые от мышц руки на груди, грозно спросил физрук. Старшеклассники медленно повернулись, собираясь блеять, как овечки. — Мы… Они уже приняли свою участь, так что, когда в небе появилось что-то, непохожее ни на что больше, кроме как на повод перевести с себя учительское внимание, они восприняли это как божественное покровительство. Правда, по мере приближения летающего объекта, их брови неясно задвигались. Еще секунда — и плакат упал прямо на голову учителя, проскользив по лысине и упав к его ногам. Все трое уставились вниз. — Это… — неуверенно начал один из друзей, но второй его быстро одернул. «Этот Чокимару кого-то напоминает, да?» А с земли на них смотрел краб-ниндзя с бликом на голове и усами в районе, где у крабов рот (?)… Подпись: 体育の暇なし。学べ、学べ、学べ！ [«Ни минуты покоя от физкультуры. Учись, учись и учись!»]