Контент удален!

После того, как охранники вывели Тэсона из камеры, Сухо некоторое время продолжал смотреть на закрытую дверь.

– Тридцать один и шесть десятых процента, – сообщил доктор.

Сухо по-прежнему сидел на скамье, прислонившись затылком к стене. Показатель снизился, но совсем незначительно. Голова всё ещё болела, но прежний оглушительный шум превратился в далёкий гул. Сухо мог спокойно дышать, не морщась от каждого вдоха. Мог смотреть на свет ламп, не испытывая желания разбить их голыми руками. Даже запах антисептика больше не вызывал тошноты. Эспер закрыл глаза. Он прекрасно понимал, что облегчение временное. Рано или поздно показатель снова опустится до двадцати процентов, а затем ещё ниже, и тогда боль опять вернётся. А вместе с ней раздражение, бессонница и постоянное ощущение, будто его сознание разрывают изнутри.

Но теперь Сухо знал кое-что важное. Существовал человек, способный прекратить это. Сухо медленно сжал пальцы. Перед глазами возникло лицо молодого гида. Бледная кожа. Тёмные волосы. Злые янтарные глаза и совершенно возмутительное поведение. За последние годы многие гиды пытались помочь эсперу S-ранга. Одни боялись, другие ненавидели, третьи начинали плакать ещё до начала сопровождения, но никто прежде не давал ему пощёчину. Сухо невольно коснулся щеки. Боли не было. Но странное тепло от ладони гида всё ещё ощущалось на коже. Он опустил руку и посмотрел на дверь.

– Пак Тэсон, – негромко произнёс он.

Имя показалось ему непривычным. Сухо закрыл глаза. Впервые за много месяцев он почувствовал страшную сонливость. Обычно он мог потерять сознание от боли или отключиться после очередного приступа. Но чтобы просто уснуть, такого никогда не было.

Однако стоило ему немного расслабиться, как память услужливо вернула последнее мгновение гайдинга. Чужое запястье в его руке. Тепло и почти животный ужас от мысли, что это ощущение сейчас исчезнет. Сухо открыл глаза. Он не хотел признавать, насколько близок был к тому, чтобы причинить парню серьёзный вред. Ещё немного, и он не смог бы разжать пальцы. А это уже хуже, чем обычная перегрузка.

В бою он прекрасно знал, кого и зачем убивает. Даже на грани психического срыва ему удавалось различать союзников и врагов. Но сегодня он едва не покалечил человека только потому, что тот попытался лишить его нескольких минут покоя. Сухо медленно потёр лицо ладонями.

– Дерьмо.

***

Тем временем в медицинском блоке Кан Минджэ изучал результаты обследования Тэсона.

– Никаких структурных повреждений, – сообщил специалист. – Незначительное повышение давления, учащённый пульс, признаки физического истощения и гематомы на запястье.

– А энергетическое истощение? – задал самый главный вопрос Минджэ.

– Вот здесь начинается самое интересное.

Специалист развернул монитор.

– При стандартном гайдинге мы наблюдаем расход внутреннего резерва гида, пропорциональный объёму переданной стабилизирующей энергии. В данном случае показатели крайне нестандартны.

Минджэ придвинулся ближе.

– Объясните.

– Пак Тэсон передал эсперу объём энергии, который для обычного А-рангового гида был бы запредельным. Но его собственный резерв снизился незначительно.

– Насколько? – Минджэ облизнул пересохшие губы.

– Мы пока не можем рассчитать точное значение. Приборы не определяют его исходную ёмкость.

Минджэ нахмурился.

– Почему? Сломаны?

– Нет. Все три считывателя показывают одинаковые результаты.

Специалист помолчал.

– И ещё кое-что.

– Что?

– Во время контакта сигнатуры гида и эспера демонстрировали исключительно высокий уровень резонанса. Настолько высокий, что система перестала распознавать их как два полностью независимых энергетических источника.

Минджэ быстро сложил в голове дважды два.

– Хотите сказать, что между ними сформировалась устойчивая связь?

– Пока рано делать выводы, – пожал плечами специалист. – Но я бы рекомендовал не разлучать их надолго до завершения исследований.

Куратор завис, вглядываясь в экран. Потом спросил:

– Сам Пак Тэсон знает?

– Нет. Мы не успели ему рассказать.

– Хорошо.

Минджэ выпрямился.

– Подготовьте подробный отчёт. Доступ только руководству Центра. Никаких записей в общем реестре до отдельного распоряжения.

Специалист кивнул. Минджэ посмотрел на результаты обследования и вспомнил слова, сказанные Тэсоном во время первой встречи: «Я не буду вашим героем». Теперь они казались почти насмешкой.

– Завтра начнём подготовку к повторному гайдингу, – сказал Минджэ и закрыл медицинскую карту.

***

Тэсон лежал на кровати в своей комнате и смотрел в потолок. Рука ныла. Голова тоже. На прикроватном столике стоял стакан воды и лежали две таблетки обезболивающего, которые ему выдали после обследования. Тэсон принял обе. Не помогло. Он повернулся на бок и натянул одеяло до плеч.

Перед глазами снова возникло лицо Ли Сухо. Огромный, мрачный мужик с отвратительным характером и глазами, от которых почему-то становилось не по себе. Тэсон вспомнил, как тот схватил его руку, требуя продолжения гайдинга. И как изменилось лицо эспера, когда боль наконец отступила. Тэсон знал, как выглядят люди после того, как им удавалось избежать смерти. Сухо выглядел иначе: как человек, много лет проживший в полной темноте, который внезапно увидел свет.

Тэсон недовольно поморщился. Какого чёрта он вообще об этом думает? Эспер не его проблема. Он закрыл глаза, и тут же увидел чёрные радужки с тонким алым ободком. А потом вспомнил то чудовищное давление внутри головы, которое ощутил во время гайдинга. Если Сухо действительно жил с такой болью годами... Тэсон резко перевернулся на другой бок.

– Да пошёл он на хрен, – пробормотал он.

В конце концов, Тэсон не собирался превращать чужие проблемы в собственные. Неожиданно вспомнились слова директора: «В случае подтверждения совместимости будет рассмотрен вопрос о вашем закреплении за эспером». Тэсон открыл глаза. Похоже, его жизнь только что стала ещё дерьмовее. Но самое отвратительное заключалось в том, что где-то глубоко под землёй находился человек, которому действительно требовалась именно его помощь.

Тэсон перевернулся на спину, и прежде чем провалиться в сон, пробормотал:

– Только попробуйте сделать меня его личной медсестрой, ублюдки.

***

На нижнем уровне Центра, в медицинском терминале отдела особого контроля, появилась новая запись:

Объект: Пак Тэсон.

Предварительная классификация: не определена.

Эспер для совместимости: Ли Сухо (S-ранг).

Результат первичного гайдинга: положительный.

Уровень совместимости: требует подтверждения.

Ниже появилась служебная пометка: «Категорически запрещено покидать здание Центра».

Приоритет сохранения объекта: максимальный.

Распоряжение вступило в силу без подписи самого Пак Тэсона. Его согласие никого не интересовало.