Спустя пять лет. Зверогород.
Фиолетовый туман окутал город, изменяя его по своему подобию. Я стоял на центральной площади, и с каждым вдохом, воздух становился всё гуще, будто пропитанный чем‑то вязким и ядовитым. Он обволакивал лёгкие, затрудняя дыхание, словно пытался задушить меня изнутри. Брущатка под ногами потеряла свою твёрдость, проминаясь, как губка, и казалось, вот‑вот проглотит меня целиком.
Вокруг исчезали дома — не растворялись, а вычёркивались из мира, будто кто‑то стирал их ластиком. Сначала пропали дальние улицы, затем ближние здания — их контуры размывались, таяли, оставляя после себя лишь пустоту. Звуки города — далёкие шаги, гул механизмов, шелест листьев — исчезли, сменившись зловещей тишиной, нарушаемой лишь моим учащённым дыханием и стуком сердца.
Вскоре не осталось ничего, кроме фонтана и каменного дракона. Он возвышался над чашей, неподвижный, грозный, с опущенной головой и сложенными крыльями. Но что‑то в его позе показалось мне неправильным — слишком уж неестественной.
Всмотревшись, он двинулся. Не так, как должно двигаться живое существо — его тело изгибалось под неестественными углами, конечности дёргались, словно марионетка на сломанных ниточках. Каменная чешуя трескалась с сухим, режущим слух звуком, обнажая что‑то тёмное и пульсирующее под ней — будто сама статуя была лишь оболочкой, скрывающей нечто чудовищное.
Глаза дракона не были живыми. Зрачки, чёрные, как провалы в иной мир, расширились, впитывая мой страх, словно питаясь им. В их глубине клубилась бездна, затягивающая, гипнотизирующая — я не мог отвести взгляд.
Пасть раскрылась — не просто широко, а невозможно широко. Челюсти разошлись с протяжным скрежетом камня. Из глубины глотки донёсся низкий, утробный рык — не животный, а какой‑то потусторонний.
Он сделал шаг вперёд. Фонтан треснул, разлетаясь на осколки, вода хлынула на землю, смешиваясь с туманом. Дракон наклонился, его дыхание — ледяное, с запахом тлена и чего‑то ещё, невыразимо чуждого, — коснулось моего тела. Рассмотрев меня внимательно, открыл пасть и съел меня, но не просто съел, а поглотил — с хрустом костей, с воем ветра, который вдруг взвыл вокруг, будто тысячи призраков кричали в агонии. Последний отчаянный вдох утонул в фиолетовой мгле, а мир вокруг распался на фрагменты: вспышки пурпурных всполохов, ощущение падения в бесконечность, холод, проникающий до самых костей…
И затем — тишина. Абсолютная, всепоглощающая. Только туман, теперь ещё гуще, ещё фиолетовее, колыхался над пустой площадью, будто ничего и не произошло.
Очнувшись весь в поту, я резко поднялся с кровати, случайно разбудив жену. Сердце колотилось так, будто готово было покинуть этот мир.
— Опять кошмар приснился? — сонно произнесла Диаманда, приподнявшись на локте. В её глазах читалась неподдельная тревога за меня.
— Да… — выдохнул я, пытаясь унять дрожь в руках. — В этот раз каменный дракон напал на площади.
Медленно поднявшись, моя дорогая приблизилась ко мне и крепко обняла. Тёплое пламя её жизненной энергии окутало меня, словно защитный кокон, постепенно успокаивая бешеное сердцебиение.
— Если бы не ты. — прошептал я, положив свою руку на её ладонь. — Я бы давно оказался в объятиях старухи с косой.
— Не ты один. — тихо ответила она, прижавшись головой к моей спине. Её дыхание было ровным и убаюкивающим.
Крылья я спрятал с помощью маны, они сейчас были как татуировки на моей спине и не мешали моей личной и бытовой жизни.
Попытка снова заснуть увенчалась провалом — мысли крутились вокруг кошмара, не давая покоя. А вот Диаманда быстро уснула: она у меня настоящая сова. Тихо улыбнувшись, я осторожно встал, вышел на улицу и, расправив крылья, взлетел.
Полёт на высоте десятков метров над землёй всегда действовал на меня успокаивающе. Ветер свистел в ушах, город раскинулся подо мной, словно игрушечный. Я сделал пару кругов, позволяя прохладному воздуху очистить разум от остатков дурного сна, а затем устремился к Зое — в очередной раз услышать отрицательный ответ.
Зоя открыла дверь почти сразу. Уставшие глаза, растрёпанная причёска, но в них всё равно читалась забота.
— Опять после кошмара ко мне полетел? — спросила она, слегка хмурясь.
— Кошмары забирают всё больше сил! — устало произнёс я, медленно опускаясь в кресло. — Боюсь, меня хватит на месяц, не больше… Каждый раз всё реальнее, всё страшнее. Будто что‑то приближается.
Зоя помолчала, потом твёрдо сказала:
— Ты же должен понимать, что лекарства для тебя нет. Тебе придётся рискнуть и отправиться к Рою. Там твоя последняя надежда.
— Какие координаты?
— Так сразу? — удивилась Зоя. — А пять лет назад ты говорил совсем другое! Передумал?
— Между медленной смертью в кошмарах и быстрой от Роя я выбираю второе! — жёстко ответил я. — От Роя можно сбежать, а от бездны — нет. Она поглощает понемногу, каждый день, каждую ночь…
Зоя вздохнула, достала из ящика стола небольшой кристалл и протянула мне:
— Держи. Вот координаты. И… будь осторожен. Рой — опасная сущность, он пустил корни по многим планетам. Его влияние растёт.
— Откуда у тебя столько информации о Рое? — настороженно спросил я, взвешивая кристалл на ладони.
— Из книг с этой планеты. — ответила Зоя. — Здесь очень подробно описан Рой и его способности.
— И какие у него способности? — я невольно сжал кулаки.
— Поглощение. — тихо произнесла она. — Он пожирает любую энергию, особенно любит жизненную. Высасывает её, оставляя лишь пустую оболочку.
Я сглотнул, но кивнул:
— Полезная информация, учту перед отправлением. Это всё, что нужно мне знать о нём?
— Да, большего не надо.
— Хорошо. — я поднялся, расправил плечи. — Пожелай мне удачи.
Зоя невесело усмехнулась:
— Удачи? Шутишь? На этой планете нет никого удачливее и живучее тебя. Тараканы тихо курят в сторонке и молятся, чтобы ты их не заметил.
Я рассмеялся — впервые за долгое время. — Спасибо, — произнëс максимально искренне. — Я вернусь. Обязательно вернусь.
— Мы будем ждать. — кивнула Зоя, и в её взгляде мелькнула надежда.
Улыбнувшись на прощание, я махнул рукой и отправился подальше от города — туда, где никто не увидит, не услышит и не попытается остановить.
Отправиться на другую планету я решил тихо, без всякого шума.
— Быстро, туда и обратно, — мысленно повторял я, ускоряясь. — Домашние даже не заметят моего отсутствия. Диаманда проснётся — а я уже рядом, улыбаюсь, завариваю её любимый травяной чай. Зоя не успеет допить вторую чашку кофе, как я вернусь и скажу: „Ничего страшного не случилось, всё под контролем“.
Но в глубине души я понимал: всё не так просто. Рой не тот противник, с которым можно договориться. Однако я гнал от себя эти мысли — сейчас важнее было сосредоточиться на задаче.
Оказавшись в уединённой долине, окружённой скалами, сделал глубокий вдох и выдохнул, отпуская последние сомнения. Пальцы слегка дрожали, когда я начал формировать портал — сплетать нити маны в сложный узор, который откроет проход между мирами. Воздух задрожал, заискрил, и перед мной медленно возникла мерцающая арка — переливающаяся всеми оттенками фиолетового и синего.
Открыв портал, я на мгновение замер, глядя в эту бездну возможностей. Затем, сам не зная зачем, перекрестился — наверное, очень волновался перед отправлением.
— Пора. — прошептал я, сделал шаг вперёд и шагнул в мерцающую арку.
Пространство вокруг взорвалось вихрем красок и звуков. Ощущение невесомости, мгновенная дезориентация — и вот уже под ногами твёрдая почва, а передо мной раскинулся знакомый мир, мир Всебога. Секунду потратив на восстановление, создал новый портал прямиком в мир Роя. Такая махинация нужна была, чтобы Рой не смог отследить мой мир.
— Вот ты какой, северный олень… тьфу, мир Роя.
Не так всё плохо, как думал. Деревья зеленее всех зелёных, как сама трава. Жизненной энергии в воздухе намного больше, чем в других мирах. Дышать легко, клетки в организме восстанавливались от затхлости прошлого мира, мышцы наполнялись силой. Животные меня не боялись, подходили, тёрлись об меня, намекая на ласку. А точно пришёл туда, куда нужно? Может, это мир бога жизни, ну либо света! Слишком тут хорошо, аж тошно становится. Словно Асмодей наваждение навёл. Единственное, что меня сильно удивило, — магия! Её тут нет от слова совсем. Но она была раньше, остатки её ощущаются под ногами.
Вздрогнув, наверно, от прохлады. Двинулся куда глаза глядят, не забывая быть настороже на территории мирового врага. И первым моим открытием стали руины города, по размерам, скорее всего, была столица. Стены и башни разрушены, от домов остались одни угли, брусчатка полностью заросла травой. Теперь это уже больше похоже на мир Роя. Отыскав более-менее не разрушенный дом, а точнее особняк, решил осмотреть его, может, информация какая-нибудь будет. Надо же детям рассказать интересную историю с подробностями.
Мурашки по телу не переставали бегать, принося неприятные ощущения.
Территория особняка оказалась немаленькой, минут пять пришлось идти от ржавых и помятых ворот до входа в здание. Войдя внутрь, прям у порога заметил разбитую рамку с фотографией. На фотографии были изображены двое юношей, скорее всего, брата, очень похожие друг на друга, только один был с черными волосами и старше, а второй был блондином и младше. Перевернув фото, там было написано на русском следующие: Дмитрий и Александр Юсуповы.
Русский язык, я уже думал, что забыл его, но мозг ещё помнит. На тумбочке ещё стояли пару фотографий: женщина небывалой красоты и девушка с мечом наперевес, подписей на обратной стороне не было.
Осмотревшись, больше интересного такого не нашёл, кроме книг по магии. Пролистав пару, пользы в них особо не нашёл, мой мир намного развитее в магии, чем этот. Если только книгу по рунам прикарманить. Хоть в ней мало что понятного, но Зоя и ещё безумная коллегия разберётся в этом. Создав маленькую пространственную дыру, отследить еë невозможно за счëт еë размеров, закинул туда находку, по расчетам, она должна оказаться прямо на столе Зои.
…
Бумаг становилось всё больше и больше, времени на исследования — всё меньше и меньше. Кипа на столе уже достигла угрожающих размеров: она смотрела на Зою свысока, как будто намекала, что скоро займёт её рабочее место, а саму Зою выселит в коридор.
Бросив ручку на стол так, будто это была последняя капля, и тяжело вздохнув, сняла очки и откинулась на стуле, мысленно прощаясь с надеждами на отпуск в этом тысячелетии. В тот же миг из воронки портала с идеально выверенной траекторией прилетела книга — прямо в лоб.
Завалившись на пол, Зоя невольно запустила цепную реакцию: башня бумаг на столе покачнулась, на мгновение замерла в нерешительности, а затем с торжествующим шелестом обрушилась, засыпав хозяйку с головой. Листы разлетались, как осенние листья, только вместо красоты — формулы, графики и обрывки гипотез. Вот так и закончилась славная история прекрасной, обонятельной и самой умной дамы учёного из Зверогорода. Правда, если прислушаться, из‑под бумаг ещё доносилось бормотание про “срочную правку гипотезы номер семь”…
…
Осматривая город, обнаружил интересное место, Колизей. От сооружения исходила остаточная энергия Бездны. Она словно захватила эту территорию, поддерживая его в первоначальном состоянии. Закон времени теперь не властен над ним.
Вздрогнув, решил покинуть место, оно слишком пугало меня. Словно клыки монстра рассматриваю, любуясь их красотой и опасностью.
Выбраться из города получилось только через полтора часа, его словно построили, чтобы запутывать противников, решивших вторгнуться.
Ступив на еле заметную дорогу, двинулся в её направлении, пока не обнаружил свежую протоптанную тропинку. Преодолев приличное расстояние, вдали заметил местных. Подобравшись как можно ближе, изучил их. Люди как люди, маны нет, но опасность излучали. Проследив за ними до села, входить не стал. Облик надо менять на человеческий. Нос картошкой, взлётная полоса на голове и шрам на пол-лица и среднего возраста. Мотёрый воин-бродяга, идущий путём меча, без меча. Думаю, идеально подойдёт. Как бы только свою силу замаскировать? А ничего тут не сделаешь, мир без маны! Всю ману тратить небезопасно, не смогу её восстановить и вернуться в свой мир. Есть ещё ангельская, демоническая и божественная сила, но ими сложно управлять, приходится очень много духовных сил тратить на созидания. Ай, что будет, то будет. Чему быть, того не миновать.
Село не оказалось чем-то выдающимся от других миров. Всё по стандарту: дома деревянные, колодец, поля и людей штук 100, может даже меньше. Но было в них что-то уникальное: руны, повсюду были руны. Эти люди используют руны в повседневности. Древняя магия в быту, скажу, никто не поверит.
Люди на меня внимания не обращали, или боялись, или настороженно относились ко мне. Попытка заговорить с ними не увенчалась успехом, они от меня как от прокажённого отходили. Чувствовали во мне чужеродную сущность, но не нападали, побаиваются. Вздрогнув уже в который раз, нервно начал осматриваться. Такое чувство, словно сотни, нет, тысячи глаз смотрят на меня, но вокруг на меня только жители.
— Вам чем‑то помочь? — спросила девочка, и её голос прозвучал неестественно звонко.
Она подняла взгляд, и я застыл. Глаза у неё были невинными — слишком невинными. Но за этой прозрачностью таилась бездонная тьма, чуждая всему живому.
От сказанных слов по спине пробежал ледяной озноб. Я медленно отступал, не отрывая взгляда от девочки. А она лишь счастливо махала мне вслед, и губы её беззвучно повторяли — так, что звук будто царапал сознание изнутри:
— Пожраны будут ВСЕ…
На долю секунды руки инстинктивно потянулись к пространству — так сильно хотелось разорвать ткань реальности и исчезнуть отсюда. Это место дышало жизненной энергией и негативными эмоциями. Даже в аду, где вопли грешников сливаются в вечную какофонию, не было такого гнетущего ощущения неизбежности. Здесь же сама атмосфера давила, словно кто‑то невидимый сжимал грудь ледяными пальцами.
Но я остановил себя. Если сейчас не избавиться от энергии бездны, она поглотит меня целиком — не тело, а саму суть.
За спиной раздались шаги. Я резко обернулся. Люди медленно приближались — слишком медленно, неестественно плавно, будто двигались не по своей воле.
Крылья за спиной заныли, требуя раскрыться. Всё сильнее и сильнее хотелось выпустить их на волю, взмыть в небо и оставить этот кошмар позади. Но они пожирали столько маны, что проще было…
— …перебить их всех! — закончил я мысль, и от этой мысли внутри что‑то содрогнулось.
Что произойдёт, если их убить? Этот вопрос впился в сознание, как ядовитый шип, и крутился в голове, словно заезженная пластинка, царапая рассудок.
С тихим шелестом крылья развернулись, впиваясь в воздух. Я направил ману в ноги, готовясь прыгнуть и планировать — прочь от этих пустых глаз, от этой девочки, от всего, что здесь происходило.
Сняв маскировку, раскрыл крылья с глухим шелестом и пустил ману в ноги, готовясь прыгнуть и планировать. Воздух вокруг задрожал, словно сопротивляясь моему намерению сбежать. Опасность нарастала с числом глаз, следящих за мной, удвоилось, а затем утроилось. Они мерцали в полумраке, холодные и безжалостные, будто сами стены деревни ожили и теперь наблюдали за моей агонией.
Прыжок. Оседлав воздушный поток, я полетел прочь из проклятой деревни. Жители, застывшие в неестественных позах, провожали меня взглядами — пустыми, лишёнными всякой мысли. Когда я отлетел на приличное расстояние, они, словно по команде, вернулись к своим делам, будто ничего и не произошло. Но это лишь усилило тревогу: что‑то здесь было не так. Приземлившись в густом лесу, я почувствовал, как ощущение опасности достигло пика.
Из темноты выскользнула тварь: чешуйчатая, с хвостом, похожим на хлыст с наконечником копья, и пастью, усеянной острыми клыками. Её глаза светились багровым, а когти оставляли на земле, глубокие борозды.
Увернувшись от внезапной атаки в последний момент, я схватил тварь за хвост и, используя инерцию, со всего размаха впечатал в землю. Не давая ей опомниться, я наступил со всей силы на горло — хруст, и тварь обмякла.
Но не успел перевести дух, как из‑под земли вырвались другие создания — ниже ростом, с хитиновым телом и жвалами, напоминающими клешни.
Ещё один прыжок — и два удара, точные и смертоносные: черепушки лопнули, словно водяные шары.
Внезапно из невидимости вырвалось новое существо — на этот раз с изогнутыми серпами вместо когтей. Они целились прямо в шею, блеснув в тусклом свете. Времени на защиту не оставалось.
Молния вспыхнула в зрачках, озарив лес на мгновение призрачным светом. Схватив серпы руками, я сжал их с такой силой, что металл заскрипел и лопнул. В тот же миг я рванулся вперёд, вонзился зубами в шею врага и одним движением отделил голову от тела.
Резко развернувшись, я схватил за пасть следующую тварь, рванул в стороны — и разорвал её пополам. Кровь брызнула во все стороны.
Врагов становилось всё больше и больше. Мана горела, как бумага на ветру, истончаясь с каждым ударом. Я чувствовал, как силы покидают меня, а магия иссякает, словно вода из пробитого кувшина.
Оступившись на скользком мху, я потерял равновесие. В тот же миг меня схватили — десятки когтистых лап сомкнулись вокруг тела, впиваясь в кожу. Меня поймали в тиски, полностью обездвижив.
— Всебог, что тебе нужно на моей планете? — прозвучал голос со всех сторон одновременно, будто сама реальность стала его устами. Эхо раскатилось по пространству, заставляя воздух вибрировать.
— Рой, мне нужна твоя помощь! Избавь меня от энергии бездны! — выкрикнул я, стараясь унять дрожь в голосе.
— Почему я должен тебе помогать? — в голосе Роя звучал абсолютный холод.
И правда, зачем? В глубине души я понимал: ему куда проще избавиться от незваного гостя, посягнувшего на его владения. Но нужно было попытаться.
— Я отдам тебе божественное семя за избавление от энергии бездны. — произнёс я, тщательно взвешивая каждое слово.
Моё предложение должно было заинтересовать его — божественность, воплощение мечты любого живого существа, капля абсолютной силы…
— Отказываюсь! — громовой голос Роя сотряс пространство, заставив землю под ногами содрогнуться.
Вот теперь стало ещё страшнее. Да, действительно, зачем ему это? Он и так стоял наравне с богами. И что теперь делать? Мысли метались, как загнанные звери.
Бездна потекла непроизвольно по моей руке, словно вязкая чёрная жидкость. Она струилась, пульсировала, жаждала вырваться наружу. Попав на Рой, энергия бездны оплела его, как живая сеть. Его тело скрутило судорогой, а следом та же участь постигла и других, кто оказался поблизости — единая сеть тьмы связала их воедино.
Рой взвыл от боли и ярости, пытаясь избавиться от вторжения чужеродной силы. Освободившись с чудовищным усилием, двинулся прочь — пока враг не опомнился и не нанёс ответный удар.
Но сбежать мне было не суждено. Рой нагнал меня в мгновение ока. Он был озлоблен, полон жажды крови. Ему не понравился вкус бездны — она жгла, разъедала, выворачивала наизнанку. Мне она тоже была не по душе, но пока ещё не захватила мой разум и тело окончательно.
Собрав в ладони как можно больше молний — потрескивающих, синих, с фиолетовыми всполохами, — я взмахнул рукой. Пространство перед мной затрещало, пошло трещинами, словно стекло, и с оглушительным хлопком открылось. Открывать вход в свой дом я, конечно, не стал — слишком опасно. Но вот открыть портал в мир Всебога… с большой радостью.
Переместившись в мир Всебога, я обернулся. Рой застыл на границе миров, не решаясь последовать за мной. Его силуэт маячил на фоне искажённого пространства, а глаза сверкали ненавистью. Почему он остановился? Возможно, законы этого мира были ему чужды, или же энергия бездны, всё ещё пульсирующая во мне, отталкивала его.
Закрыв пространство за собой, я расслабленно выдохнул, чувствуя, как напряжение покидает тело. Переведя дух, уже собирался открыть проход в родной мир — но внезапно ощутил сильнейшее давление извне, будто сама реальность сдавила меня со всех сторон.
Воздух вокруг задрожал, пошёл рябью, и возле меня материализовались людские маги — восьмой и девятой ступени. Вид у них был плачевный: у кого‑то не хватало руки или ноги, одежда висела лохмотьями, лица измождённые, глаза — пустые от усталости. Время их правления в этом мире закончилось, теперь им приходилось сражаться за собственное выживание.
— Покинь эту планету, если хочешь жить! — серьёзно произнёс маг девятой ступени, пытаясь сохранить достоинство, несмотря на потрёпанный вид.
— Уже собирался, только вы помешали. — недовольно бросил я, не скрывая раздражения.
— Что за тон в присутствии сильнейшего мага в этом мире! На колени! — выкрикнул маг восьмой ступени, пытаясь придать голосу властности, но в нём слышалась дрожь.
Даже в такой ситуации люди сохраняли свою напыщенность. Я мысленно усмехнулся — столько веков держали в рабстве зверолюдей и тёмных эльфов, а теперь сами оказались на краю пропасти. Я уже отпустил злобу в их сторону, отказавшись от мести, но придётся выполнить обещание, данное много лет назад.
Мгновенно разрушив давящую ауру, я переместился к магу восьмой ступени. Схватил его за горло, слегка сжал — и со щелчком переломил шейные позвонки. Всё произошло настолько стремительно, что остальные маги не успели осознать, что случилось.
Указав пальцем на другого мага восьмой ступени, я выпустил разряд молнии — чистый, ослепительный, с треском разрывающий воздух. Маг рухнул беззвучно, словно марионетка с перерезанными ниточками. Следом — ещё один: вспышка, вскрик, и третий маг тоже отправился в могилу за пару секунд.
Оставшиеся в живых маги, испугавшись до дрожи в коленях, наложили на себя десяток защитных барьеров — мерцающих, накладывающихся друг на друга, словно слои лука. Их «сильнейший маг» вовсе спрятался за спинами соратников. Теперь он уже не «сильнейший», а просто трус, цепляющийся за последних семерых — нет, уже четверых — оставшихся в живых.
Дрожащими голосами они попытались призвать водную магию, формируя в воздухе сверкающие капли, собирающиеся в бурлящий шар. Но не сегодня. Водной стихией мог управлять только Я.
Перехватив собранную ими энергию, я изменил её суть: вода мгновенно затвердела, заострилась, превратившись в десятки ледяных копий. Резкий взмах рукой — и они полетели вперёд, пронзая магов насквозь. Один за другим они падали, не успевая даже вскрикнуть.
Наконец, остался только «сильнейший». Он стоял, прижавшись к скале, глаза расширены от ужаса, губы дрожат. Я медленно подошёл к нему, глядя прямо в глаза:
— Ты говорил о силе… Теперь видишь, что такое настоящая мощь?
Страх полностью захватил разум мага: мана, как и мочевой пузырь, перестала его слушаться.
Я остановился возле мага девятой ступени. Он съёжился, вжался в землю, глаза расширены от ужаса, губы трясутся.
— Смотрю на тебя — и руки марать неохота. — грубо произнёс я, смерив его презрительным взглядом.
— Да‑да, я недостоин умереть от твоей руки! — закивал маг, слёзы текли по его грязным щекам. — Я… я ничтожество!
— Растение комнатное, не больше. Даже называться магом недостоин, — бросил я с насмешкой.
— Да‑да, я комнатное растение! Отпусти меня, пожалуйста! — захлёбываясь слезами, взмолился он, словно ребёнок, пойманный на краже сладостей.
Отпускать, конечно же, я не мог — слишком велик риск, что в спину ударит при первой возможности. Но изменить его мировоззрение никто не мешал. Поднеся палец к его груди, выпустил тонкую нить прямо к его душе. Закончив с изменением, отпустил мага на все четыре стороны.
Неприятное чувство ушло: Рой больше не следил за мной. Но я знал — он всё ещё на этой планете, и лучше бы нам не встречаться вновь.
Сменив облик на человеческий, я двинулся в поисках того самого королевства, что так любили работорговцы. Поиски не заняли много времени — но картина, открывшаяся передо мной, оказалась удручающей. Королевство стояло в руинах, и уже давно: обвалившиеся стены, заросшие сорняками улицы, тишина, нарушаемая лишь криками воронья.
— И кому мне мстить? — подумал я, оглядывая развалины. Искать другое людское королевство? Бессмысленно: они ничего мне не сделали. А бессмысленные убийства лишь усиливают демоническую энергию, мне это ни к чему.
— Ладно, спущусь в подземелье, там открою портал и вернусь обратно в свой спокойный мир, — произнёс я вслух.
Сделав вид, что ухожу, резко развернулся и запустил молнию в густые кусты у стены. Раздался треск, вспышка — и на земле лежало бездыханное тело Роя.
Но не успел я облегчённо выдохнуть, как тело вдруг поднялось и вцепилось в мою ногу мёртвой хваткой. От неожиданности я со всей силы наступил ногой прямо на шею, с хрустом отделяя голову от тела.
— Не надо же так пугать, чуть сердце не остановилось! Хоррор чёртов! — прошипел я, отцепляя голову от ноги.
Внимательно рассмотрев трофей, я хмыкнул и зашвырнул его как можно дальше — в заросли колючего кустарника.
— Теперь точно можно идти домой. Только как? — пробормотал я.
Покинуть этот мир мне не дадут. Рой за мной следит — я чувствую его взгляд, скользящий по спине. Но не нападает. Остерегается бездны в моём теле, хоть какая‑то польза от неё есть. Нужно найти место, где Рой не сможет меня найти.
Чувства начали сходить с ума, сначала говоря, что опасность, а следом меняли своë решение.
По телу пробежали мурашки, Рой приближался, количество глаз смотрящих на меня, становилось всë больше. Времени на раздумья не было. Отдамся воле судьбы, что будет, то будет.
Много лет назад подземелье казалось огромным, почти бесконечным. Теперь же новое тёмное королевство в разы превосходит его размерами.
Остановившись у разрушенного главного хода в Зверогород, я окинул взглядом массивные деревянные двери. Когда‑то они внушали страх — тяжёлые, деревянные, с резными узорами. Теперь же они выглядели ветхими, полусгнившими, и вместо страха вызывали тёплые, почти ностальгические чувства.
Город за долгие годы моего отсутствия полностью перешёл во власть природы. Деревья проросли сквозь мостовые, плющ оплел стены, а здания, лишённые крепкой руки правителей, развалились, превратившись в груды камней и обломков. Лишь библиотека Нео Роша осталась нетронутой временем — её каменные стены стояли непоколебимо, словно защищённые заклинанием.
Толкнул дверь с неприятным скрипом, она открылась. Запах старых книг ударил в нос: пыль, пергамент, чернила и едва уловимый аромат магии, сохранившийся сквозь годы. Ничего не изменилось. Книги всё так же разбросаны по полу — кто‑то когда‑то искал что‑то важное, да так и оставил.
Неприятное чувство слежки, полностью отпустило меня. Рой больше не видит меня.
Наклонившись, я поднял первую попавшуюся книгу. Пальцы скользнули по потрёпанной обложке. «Базовая магия воды». Я мягко улыбнулся, вспомнив, как когда‑то изучал эти страницы, едва доставая до верхних полок. Теперь рост позволял дотянуться до любой книги без усилий. Я аккуратно вернул книгу на место, провёл ладонью по корешкам других томов.
— Это ты правильно сделал, мой старый друг. — прозвучал старый голос из недр библиотеки, эхом отражаясь от высоких стеллажей.
Голос прозвучал так знакомо, что сердце на мгновение замерло. Неужели тот самый библиотекарь с севера?
— Книги полны знаний! А знаниями нельзя разбрасываться! — ответил я, стараясь унять дрожь в голосе.
Звук шаркающих шагов по деревянному полу становился всё отчётливее, приближаясь со стороны тёмного коридора. Я невольно напрягся, пальцы сжались в кулаки.
Внезапно старик появился прямо за моей спиной — настолько бесшумно, что это заставило кровь монстра внутри меня содрогнуться от сильного страха. Он сковал меня, словно ледяные цепи, парализовал волю. Медленно, прикладывая огромные усилия, я обернулся, готовясь увидеть существо за гранью моего понимания — древнего духа, демона или что‑то ещё более пугающее.
— Ты что так съёжился? Присаживайся, поговорим. — мягко произнёс старик, и в его голосе не было ни угрозы, ни насмешки — лишь доброта, от которой стало ещё страшнее.
Одним лёгким движением руки он переместил нас — не просто в другое место, а в пространство, полное покоя. Стены библиотеки растворились, и мы оказались на зелёной лужайке под безоблачным небом. Вдалеке виднелись белые башни, окутанные лёгкой дымкой, а воздух был наполнен ароматом цветущих трав.
Ангельская энергия внутри меня радостно встрепенулась, словно вернулась домой, на небеса. Она расправила невидимые крылья, наполняя душу теплом и светом. В то же время демоническая часть сжалась, съёжилась, стараясь не соприкасаться ни с чем вокруг — она чувствовала себя здесь чужой, опасной примесью в чистом мире.
— У тебя много вопросов. — продолжил старик, усаживаясь на скамейку и жестом приглашая меня присесть рядом. — И на все я не могу дать ответ. Но на ключевые — постараюсь.
Освободившись от страха, как от тяжёлого груза, я опустился на скамейку. Напряжение покинуло тело, уступая место умиротворению.
— Как же тут хорошо и спокойно, не правда ли? — тихо произнёс я, вдыхая чистый воздух.
— Да. — кивнул старик, глядя вдаль. — Почему я понял это так поздно? — продолжил он. — Имея даже в запасе огромное количество времени, оно когда‑то подходит к концу. Мы тратим его на погоню за силой, местью, властью… а истинное спокойствие оказывается так близко — стоит лишь остановиться и прислушаться.
На первый взгляд казалось, что старик бредит — его слова звучали так, будто он разговаривает сам с собой сквозь века. Но почему‑то от них становилось грустно, словно дедушка пытался донести до своего непутёвого внука простую истину, которую тот упорно не хотел понимать.
— А можно узнать ваше имя? — осторожно спросил я.
— Имя говоришь… — медленно произнёс старик, будто вспоминая, кто он такой. Взгляд его устремился куда‑то вдаль, за пределы этого мира. — У меня много имён… Проще сказать прозвище, данное когда‑то богом.
Старик затих на долгие минуты, погрузившись в воспоминания. Мешать ему я не стал — вместо этого наслаждался покоем этого места. Воздух здесь был таким чистым, что казалось, им можно напиться досыта, а тишина — настолько глубокой, что в ней слышались отголоски древних времён.
— Первый маг. — наконец произнёс старик с тяжёлым вздохом. — Так меня прозвали.
Это прозвище ничего мне не говорило, но элементальные силы за моей спиной мгновенно отреагировали. Они материализовались из воздуха, опустились на колени и склонили головы, выражая глубочайшее уважение. Даже земля под ногами слегка дрогнула, признавая его власть.
— Бездна. — продолжил старик, и его голос стал твёрже, обретая вес веков. — Начнём с неё. Во‑первых, скажу сразу: она — часть тебя. От неё не избавиться никакими средствами, ни магией, ни жертвой, ни бегством. Во‑вторых…
Рука старика вспыхнула ослепительным белым пламенем и пронзила мою грудь — точнее, душу. Боли не было, напротив — странное, почти блаженное ощущение, будто кто‑то касается самого сокровенного внутри. Он что‑то отыскал в глубинах моего существа и потянул — тело выгнулось дугой.
— Выходи, дитя бездны, покажи свой лик. — властно произнёс старик.
Вытянув паразита со второй попытки и отбросив его в сторону, перед нами предстала закованная в доспехи тварь. Описать это создание было крайне трудно: обычное сознание смертного просто не способно осознать само его существование. Чудовище дышало тяжело, доспехи скрипели, а из‑под забрала пробивалось багровое свечение.
(Вы вступили на путь падения!)
(Падение: 99.9 %)
— Путь падения? Чего?! Ладно, потом, всё потом! — мысленно отмахнулся я, стараясь сосредоточиться на происходящем.
— Легче стало? — спросил меня старик, не оборачиваясь. Его голос звучал спокойно, будто он только что не изгнал часть бездны из чьей‑то души.
— Легче… — выдохнул я, осознавая, что действительно стало легче. Словно гору с души сняли, а тяжесть, давившая годами, наконец отступила. — Я уже и забыл, каково это — чувствовать себя…
— Ну и славно. — перебил меня старик и, не теряя ни секунды, нанёс резкий удар ногой по дитя бездны.
Доспехи затрещали, шлем слетел, обнажая лицо. Перед нами оказался не чудовище, а человек — с фиолетовой кожей, покрытой шрамами, и длинными серебряными волосами, разметавшимися по плечам.
— Абаддон, сколько лет, сколько зим? Прости, что оскорбил — забыл, что время на тебя не распространяется! — произнёс маг с лёгкой усмешкой, но в его глазах читалась настороженность.
— Александр, закон времени тебя не пощадил. — хрипло ответил Абаддон.
— Говорил же, пошли со мной в бездну — и смог бы заниматься магией вечно.
— В вечной жизни нет счастья, только боль и страдания. — твёрдо ответил старик. — Магия стала бы для меня тюрьмой.
В руке Абаддона материализовался меч — чёрный, с пульсирующим красным узором вдоль лезвия. Он атаковал стремительно, без предупреждения. Лезвие неумолимо двигалось вперёд, нацеливаясь в шею Первого мага. Но в момент, когда удар должен был достичь цели, клинок разлетелся на тысячи металлических осколков, словно сотканный из тумана.
Старик даже не шелохнулся. Он медленно поднял указательный палец, и между его пальцами затрещала голубая искра. Мгновение — и электровыстрел ударил Абаддона прямо в грудь. Тот вскрикнул, его фигура начала растворяться, затягиваться в воронку, открывшуюся за его спиной.
— Возвращайся туда, откуда пришёл, старый враг. — произнёс Первый маг спокойно, но в его голосе прозвучала непреклонная сила.
Абаддон исчез, оставив после себя лишь слабый запах озона и едва заметное мерцание в воздухе. Воронка схлопнулась с тихим хлопком.
Я стоял, затаив дыхание, и смотрел на старика. Теперь я начал понимать, почему элементальные силы склонялись перед ним.
— Кто… кто он был? — наконец спросил я.
— Тот, кто выбрал путь бездны, — ответил Первый маг, поворачиваясь ко мне. — И тот, кто когда-то был моим другом. — Помолчав недолго, продолжил. — Вот и всё, проблема с бездной в твоём теле решена. Теперь ты — хозяин своего тела. — Устало произнёс старик и вновь уселся на скамейку, словно каждое слово отняло у него частицу сил.
Мой рот пытался что‑то ответить, но слова застревали в горле. Я просто не знал, с чего начать — благодарность, вопросы, сомнения? Единственное, что смог сделать — сесть обратно на скамейку рядом с ним, чувствуя, как напряжение покидает тело.
— Тебе открылся путь к падению? — спросил старик после долгого молчания, его голос звучал мягко, но в нём угадывалась настороженность.
— Да… Что значит «падение»? — наконец решился я задать мучивший меня вопрос.
— Становление Богом называют обожествлением, предел смертности, а падение… — старик на мгновение замолчал, задумчиво глядя вдаль. — Тебе лучше самому узнать. Информация на данном этапе развития может только навредить. Знания, полученные преждевременно, способны искалечить душу сильнее, чем любая битва.
Тишина вернулась, окутывая нас, словно тёплое одеяло. Она давала время полностью осмыслить полученную информацию, переварить её, дать ей улечься в сознании. Старик прикрыл глаза, подставив лицо солнечным лучам. Ему было так приятно этим заниматься, что он не смог сдержать счастливой улыбки — искренней, почти детской.
Последовав его примеру, я тоже прикрыл глаза, полностью расслабившись. Лучи солнца приятно грели тело, будто забирали все проблемы и плохие воспоминания, растворяли их в тепле и свете.
— Жизнь трудна и тяжела. — вновь заговорил старик, не открывая глаз. — Постоянно приходится принимать важные решения, брать на себя ответственность. Мы — смертные, а не бездушные машины. И можем, и будем испытывать усталость, страх, переживать за близких. Но нужно отдыхать, полностью абстрагируясь от суеты, просто присесть и посмотреть, как прекрасен этот мир, ради которого мы идём вперёд. Ради тех, кого любим.
Старик замолк на пару минут, словно переводил дыхание, а потом продолжил:
— Проведи всё своё свободное время с семьёй до вознесения. Станешь Богом — у тебя больше не будет такой возможности. Ни на объятия, ни на смех, ни на простые разговоры у камина. Время течёт по‑разному для богов и смертных.
— Хорошо. — тихо ответил я, осознавая глубину его слов.
Получив положительный ответ, старик улыбнулся и махнул рукой. Пространство вокруг меня задрожало, заискрило, и в следующий миг я почувствовал, как меня мягко подхватывает поток энергии.
— Я исполнил своё обещание. Теперь мы квиты. — произнёс Первый маг, глядя прямо на лазурное небо, где плыли лёгкие облака.
В последний момент, перед тем как перенестись, я успел заметить, как он глубоко вдохнул, наслаждаясь моментом. Его лицо светилось покоем — словно он только что завершил великий труд, но знал, что это лишь начало чего‑то большего.
А я уже летел сквозь пространство — к дому, к семье, к тем, ради кого стоит жить.