Контент удален!

Сухо вернулся в гостиную через двадцать минут. Он переоделся в спортивную форму с такой же нашивкой на кофте, как у Тэсона. Влажные волосы теперь свободно лежали на плечах, несколько прядей прилипли к шее. Без боевой формы и оружия эспер выглядел как будто бы моложе своих тридцати двух лет. Но менее опасным от этого не становился. Тэсон сидел за столом и ел. Сухо остановился возле холодильника, достал бутылку воды, открутил крышку и сделал несколько больших глотков. Затем повернулся и посмотрел на пустую половину стола.

– Ты всё съел?

Тэсон перестал жевать и поднял голову.

– Нет.

– Тогда где остальное?

Тэсон указал вилкой в сторону плиты.

– Там.

Сухо подошёл, приподнял крышку кастрюли и посмотрел внутрь. Потом открыл шкаф, взял тарелку. Тэсон наблюдал за ним исподлобья. Эспер положил себе рис, курицу, налил немного бульона и сел напротив, не сказав при этом ни слова. Несколько минут они ели молча. Тэсон украдкой поглядывал на нового соседа. Сухо держал ложку так аккуратно, словно боялся – если надавит сильнее, согнёт её пополам. Двигался он тоже спокойно, без лишних жестов. Несмотря на внушительные размеры, он почти не производил шума. Сухо отрезал от куриного бедра кусок и отправил в рот. Пережевал. Потянулся за вторым.

– Ну и как тебе? – поинтересовался Тэсон.

– Нормально.

Тэсон поднял брови. Сухо спокойно продолжил есть.

– Мог бы для приличия и спасибо сказать, – пробурчал Тэсон.

– Спасибо.

Ответ прозвучал настолько сухо, что Тэсон даже не понял, издевается над ним эспер или действительно благодарит.

– Не за что, – огрызнулся он в ответ.

Они снова замолчали. Через какое-то время Сухо отложил столовые приборы и спросил:

– Минджэ сказал, надолго тебя поселили?

– Понятия не имею. Мне сообщили, что теперь мы должны жить вместе из-за какой-то уникальной совместимости.

Сухо слегка наклонил голову набок.

– Уникальной?

– Ага. Тамошние докторишки сказали, что её даже в процентах не посчитать. Представляешь? Мы с тобой, оказывается, почти одно целое.

Тэсон произнёс последние слова с таким сарказмом, что любой нормальный человек понял бы насмешку. Но Сухо, видимо, в их число не входил. Он посмотрел на собственный браслет.

– Они проводили дополнительные тесты?

– Ага, утром. Чуть всю кровь не выкачали из меня.

– И что показали замеры? – продолжал расспрашивать эспер.

– Что ваши приборы не способны отличить мою энергию от твоей. Какая-то там синхронизация, общий контур и прочая чушь.

Сухо медленно убрал руки со стола и опустил на колени. Несколько секунд он сидел молча, пялясь в пустую тарелку.

– Ясно.

– Ну, раз тебе ясно, может и мне объяснишь, что за хрень у вас тут творится?

– Они считают, что ты можешь стабилизировать меня эффективнее остальных гидов.

– Пфф, это я и без тебя понял.

– И хотят, чтобы ты постоянно находился рядом со мной.

Тэсон раздражённо отодвинул тарелку.

– Слушай, я не собираюсь торчать возле тебя круглые сутки и держать за ручку каждый раз, когда у тебя заболит жопа или голова.

Сухо бросил на него сердитый взгляд.

– Лично я тебя об этом не просил.

– О, ещё не вечер, моя капризная принцесса, – расплылся Тэсон в улыбке.

– Тебе не надоело строить из себя придурка?

Тэсон прищурился.

– Почему строить? Я и есть придурок, раз вляпался в это дерьмище. Ты вообще понимаешь, что теперь нам придётся делить одну квартиру?

– Это моя квартира.

– Спасибо, что напомнил. Только ничего не поделаешь. Директор распорядился. А он у вас, как я успел заметить, мужик нервный, чуть что не по его, тычет в нос приказами.

Несколько секунд они смотрели друг на друга, не мигая. Затем Сухо спокойно поднялся и отнёс тарелку к раковине.

– Тогда договоримся сразу, – сказал он.

Тэсон скрестил руки на груди.

– Я весь во внимании.

– Не заходи в мою спальню без разрешения. Не трогай оружие и документы. Не приглашай посторонних и не включай ничего громко.

– А дышать мне можно?

– Делай это не слишком шумно.

Тэсон замер. Эспер повернулся к нему, и на мгновение Тэсону показалось, что тот действительно пошутил. Хотя лицо Сухо оставалось совершенно серьёзным.

– У меня тоже есть условия, – заявил Тэсон, поднимаясь из-за стола.

– Слушаю.

– Не лезь ко мне со своим гайдингом, когда тебе вздумается. Не хватай за руки, как полоумный, не командуй мной и вообще постарайся не доставать.

Сухо приоткрыл рот, но говорить передумал. Просто кивнул.

– Договорились.

Так легко согласился? Тэсон почему-то ожидал спора.

– Это всё? – поинтересовался Сухо.

– Ага.

– Тогда убери за собой кухню.

Сухо повернулся к нему спиной и направился в гостиную, не замечая, как Тэсон показал ему средний палец.

– Эй! Я вообще-то на нас обоих готовил!

– А я посуду в принципе не пачкал, – эспер замедлился и обернулся, – до твоего приезда.

– Вот же ублюдок, – пробормотал Тэсон, поворачивая ручку крана.

Через полчаса он обнаружил, что в апартаментах имеется огромная библиотека фильмов. Устроившись на диване с ногами, Тэсон включил первый попавшийся боевик. С первых кадров на экране началась перестрелка. Машины взрывались, герои выкрикивали угрозы, а какой-то мужчина в кожаной куртке расстреливал противников из двух пистолетов одновременно. Тэсон довольно усмехнулся. Наконец-то нормальное развлечение. Он прибавил звук. Из динамиков раздалась оглушительная очередь.

– Потише!

Тэсон обернулся. Сухо стоял в дверях спальни с лицом едва ли добрее, чем у палача.

– Чего? – перекрикивая телевизор, спросил Тэсон.

– Убавь звук!

– Я фильм вообще-то смотрю, – Тэсон нехотя уменьшил громкость.

Сухо некоторое время стоял, прислушиваясь. Когда на экране взорвался вертолёт, эспер поморщился.

– Выключи.

– Да какого хрена?! – вскинулся Тэсон.

Сухо подошёл к дивану и протянул руку.

– Пульт.

– Ты серьёзно? – Тэсон не торопился отдавать.

Эспер посмотрел на него в упор, сдвинув брови к переносице. Тэсон выдержал взгляд секунд пять. Потом всё-таки протянул пульт. Сухо тут же переключил канал. На экране появилась молодая девушка в школьной форме. Она стояла под дождём и смотрела на высокого парня перед собой, который держал над её головой прозрачный зонт. Заиграла тихая, до тошноты сентиментальная музыка. Тэсон медленно повернул голову.

– Ты сейчас серьёзно?

Сухо опустился в кресло.

– Вполне.

– Ты переключил нормальный боевик на романтическую дораму?

– Да.

– Почему?! – Тэсон аж выпрямился.

– Потому что шума мне достаточно и в собственной голове, – Сухо откинулся на спинку кресла и прикрыл глаза.

На его запястье тускло светился браслет. Двадцать семь процентов. Тэсон заметил, как эспер легонько массирует висок большим пальцем. Вспомнилась вчерашняя боль, тот оглушительный гул, который он почувствовал во время гайдинга с Сухо. Тэсон раздражённо фыркнул и повернулся к экрану.

– Ладно. Смотри своё сопливое дерьмо.

– Спасибо.

– Но предупреждаю, если они сейчас начнут целоваться под дождём, меня стошнит.

Сухо скривился в ухмылке. Через две минуты парень на экране действительно наклонился к девушке.

Тэсон застонал.

– Ну я же говорил!

– Заткнись, – спокойно произнёс Сухо.

– Сам заткнись.

Однако звук больше никто не прибавлял. Спустя некоторое время Тэсон поймал себя на том, что следит за сюжетом. Девушка оказалась наследницей богатой семьи. Парень работал в маленькой кофейне. Родители, разумеется, были против их отношений.

– Вот идиотка, – пробормотал Тэсон, когда героиня отказалась от стажировки ради возлюбленного.

Сухо открыл один глаз.

– Почему?

– У неё была возможность уехать в Европу и получить нормальную работу. А она остаётся ради мужика, которого знает три недели!

– Возможно, она его любит.

Тэсон повернулся.

– И что?

– Для неё это важно.

– Любовью квартиру не оплатишь.

Сухо уставился на экран.

– Не всё измеряется деньгами.

– Это говорят только те, у кого они есть.

– Возможно, – негромко согласился Сухо.

Они досмотрели серию до конца. После финальных титров Сухо выключил телевизор.

– Я спать.

– Ага. Спокойной ночи, принцесса.

Сухо остановился так резко, что Тэсон мысленно успел отрезать себе язык.

– Пак Тэсон.

– Что? – заикаясь спросил он.

– Спасибо за ужин.

Тэсон моргнул, но эспер уже скрылся за дверью. Потом тихо хмыкнул.

– Ну надо же, какой воспитанный. Кто бы мог подумать.

Он выключил свет и отправился в свою комнату. Впервые за последние двое суток ему показалось, что жизнь в Центре, возможно, окажется не такой уж невыносимой. Ошибся он довольно быстро.