Контент удален!

Нехватка кислорода, вызванная ударом, заставила парня упасть на землю. Зрители оказались разочарованными.

— Что он творит... — глупо было смотреть дальше, так что народ понемногу расходился. 

Двое в чёрной форме переговаривались, стоя в далеке от толпы, в месте, где было видно лишь головы дерущихся. Странно, странно всё это выглядело.

— И что мы будем делать с ним? — видимо у парня даже друзей не было, раз об исчезнувшей макушке никто не заволновался. — Оставим его тут что ли?

— Пусть это будет не лучшим нашим решением, — высокий говорил, как менеджер, — но давай просто бросим его тут. 

Он махнул рукой в сторону пустевшего перекрёстка. Второй как бы кивнул. Заботиться о ком то вроде Со Кан Хуна было не к чему, парни болтали без дела, потому что стояли слишком далеко, чтобы ввязываться. 

— А всё-таки, он ужасно дрался сегодня.

— С чего ему драться хорошо, — горький дым от сигарет взлетал выше в сухом воздухе. — Он не приходил на тренировки уже неделю.

— Э. — Парень возле бросил недовольный взгляд. Его лицо говорило: “Если он дерется так, потому что пропустил пару тренировок, то у нас никогда не будет шансов”. — Такого не бывает.

— Бывает.

— Не бывает, ясно? Его тело вообще не слушалось. Он как, — как в первый раз дрался, — ... короче, ужасное зрелище.

— Ага. 

Смотреть на ситуацию со стороны было разумней с такой точки зрения. Кан Хун со своего нерушимого третьего места, жалко тянулся на второе и первое, валяясь на земле.

— Ах, - парень не выдержал, и притоптал сигарету с огромной яростью, — просто проведите кто-нибудь ритуал для возвращения удачи этому сопляку. Ащ! 

— Ты сегодня на подъёме, — заметил приятель, — раньше Со Кан Хун тебя так не интересовал.

— Я просто говорил с У Джи. В курсе, — их глаза встретились, — Со Кан Хун искал того, кто руку О Сон Дже переломал.

— Слышал, поэтому и спрашиваю, чего он тебе сдался? 

— Эй, ты чего совсем не понимаешь, что ли? — возмущённо вскинутые брови заставили лицо выглядеть как-то неопрятно. — Это Ги Сок его подговорил. Хочет, чтобы он в банду вернулся и не мешал. Все первогодки в курсе, — информация вообще-то была секретной. Парень перешёл на шёпот, — что Со Кан Хун будет участвовать в матче.

— И, где связь-то?

— Ты болван.

Вот уже все разошлись. Тело, лежащее посреди дороги, напоминало мёртвую морскую звезду, раскинувшую руки и ноги в стороны. Вокруг были следы плевков. Кан Хун лежал с закрытыми глазами, ещё не придя в себя.

— Ты объясни по-человечески.

— А я как объясняю, по собачьи что ли? Бесишь.

— Ну. 

— Ну, — передразнил парень, — Ги Сок хочет избавиться от него. Нам больше не на кого положиться, О Сон Джэ единственный, кто мог изменить что-то в этой чёртовой школе.

— И что теперь?

— Так вот я и говорю, — он ухмыльнулся, описывая руками круг прямо  у себя перед лицом, как будто у него появилось огромное яблоко, — я думал, раз с О Сон Джэ покончено, то и гнить нам тут ещё два года, получая пинки от Ги Сока и бегая за деньгами, словно шавки. 

— Угу. 

— Но раз уж Ги Сока так волнует Со Кан Хун, — до второго наконец начало доходить, — то у него есть все шансы победить.

— Достойный соперник,— задумчиво произнёс парень.

— Соперник, которого боишься.

Они понятливо закачали головами. 

— Кха!

Грудь Кан Хуна вздрогнула, и он попытался встать. Парни вдалеке охнули.

— Плохо, если кровью кашляет, — грустно сказал один из них. Ведь и правда, если этот Со Кан Хун сгинет, то ничего хорошего не получится. Парни были одними из немногих, кто желал изменений в порядках Хан Лим, хоть и были слабаками по сравнению с остальными бойцами. 

— Да он просто от боли задыхается, — на эти слова приятель скривился, вроде как “просто” здесь не подходило. Второй пожал плечами.

Вертевший головой из стороны в сторону Кан Хун, кашлял хватаясь ладонями за землю. У него был бардак на голове и болела грудь от последнего удара. Он сплюнул. “Чёрт!”. Он даже не знал, с кем дерётся. Помнит только, как пришёл сюда, а после пустота. И руки и ноги были в пыли, и он ещё не знал, что на лице осталась отметина от кулака, раскрасневшаяся до предела. И ладно. Он всё равно не собирался идти в школу завтра. 

— Эй, — Кан Хун увидел четыре белых кроссовка, — ты чё творишь? Тебя отчислят к чертям. 

Кто-то очень заботливый, имеющий четыре ноги, но один грязный рот, велел ему подняться. Кан Хун жадно глотавший воздух, только махнул головой. Он так и не поднял глаза.

— Я серьёзно, тренер тебя убьёт, поднимайся.

Кан Хун даже не представлял, кто-бы это мог быть. 

— Отвали, - бросил он.

— Завались, ноги тебе переломали что ли, — парень ужасно напыщенно вздохнул, и тут длинные руки обвили грудь Кана и заставили его подняться. Кан Хун посмотрел на него.

— Ты кто? 

Парни ничуть не удивились. Тот, что поднял Кан Хуна, хлопнул его по плечу.

— Мы второгодки из класса В, — его приятель кивнул, — но мы второгодники, так что ты нам не сонбэ.

— Что? — Кан Хун протёр глаза. “О чём они говорят?” 

— Ууу, с таким характером и лицом, неудивительно, что у тебя девушки нет, — это говорил низкий парень.

— Умереть захотел? — Кан Хун был не в настроении.

— Короче, мы своё дело сделали, пошли, Тэ Иль, — высокий взял низкого за рукав толстовки.

— Дело? — Кан Хун ненавидел всё что было похоже на заговор, — вы из банды?

— Иди к чёрту! — высокий чуть ногу не подвернул. — Не дать тебе тут умереть это что обязательно приказ? О человеческой доброте не слышал, что ли? 

После этих слов парни всё-таки ушли. Кан Хун расправил плечи и посмотрел на небо. “Что это значит?”. Почему ему казалось, что он видел их впервые.

Итак, если заняться арифметикой, то Кан Хун не посещал ни занятия, ни тренировки уже неделю, и вообще не появлялся вблизи школы. Зато он дрался на перекрёстке каждую ночь, как будто его укусил бешенный пёс. Так говорили. Правда, ни одна из драк не увенчалась успехом. Кан Хун был сам не свой.

Ещё немного постояв на месте, он направился домой. В такое тёмное время суток ему было комфортнее находится на улице, но каждый раз проходя мимо круглосуточного, его сердце сжималось. 

Он не ходил на гору, на знал, как там сейчас в храме. Вместо этого он часто смотрел в окно ранним утром и видел, как Ик Су покидает свой дом, потом возвращается, потом снова уходит, переодетый в школьную форму. С лица парня совсем спал летний загар, и оно побледнело. Когда Кан Хун следил, за его передвижениями ему было и стыдно и хорошо, но он не хотел больше встречаться с Ик Су, чтобы тот не просил его ни о чём и, чтобы они так и оставались незнакомцами. Хотя сделать это было уже сложно. В один из дней, Кан Хун вышел из дома во время, пока у других шли занятия.

— М? — видимо вставленный в щель между дверью и стеной листок упал к ногам парня. 

Он без ожиданий поднял его также, как отрывал рекламу от двери, но вдруг заметил, что листок был запиской от кого-то. 

"010-1234-5678. Напиши мне, не игнорируй.”

Кан Хун не стал ничего писать, но он забрал листок. Теперь, когда он смотрел утром в окно, то делал это осторожнее. Всё равно вид Ик Су не менялся изо дня в день. 

Сейчас Кан Хун прошёл мимо магазина. Он украдкой бросил взгляд на окна, половину которых закрывали холодильники, а другую лозунги о продажах. Он знал, что изнутри тёмную улицу совсем не видно. Ик Су в своей зелёной кепке стоял за кассой, не делая ничего особенного. Он, возможно, устал и просто задумался, смотря на кассовый аппарат, но его слегка сгорбленная спина выглядела как обычно. В какой-то момент он немного повернулся к окну и заставил Кан Хуна застыть. Парню показалось, что они встретились глазами, но, разумеется, это было просто воображением, потому что Ик Су в этот момент видел лишь своё отражение от окна. Кан Хун отвернулся и спешно ушёл. 

Проспав ночь словно, убитый, он всё равно встал пред рассветом из-за давней привычки. Провозившись над раковиной с тем, чтобы заклеить разбитую бровь и нанести мазь на синяк, он обругал себя с ног до головы. Мало того, что он не помнил своих противников, так ещё и пострадал, как ребенок. Бабушка ещё спала в своей комнате. Парень решил сходить за продуктами, пока в магазине работал толстяк.

Быстро купив всё, Кан Хун опасливо поднимался по лестнице обратно. Он всё ещё следил за дверью Ик Су в доме напротив, так что был действительно удивлён, когда увидел, как к ней направляется какой-то человек.

Мужчина средних лет в тяжёлом пальто остановился у квартиры парня, и стал копошиться в кармане. В старом жилом фонде, как этот, кодовые замки стояли не везде, и кажется квартира Ик Су закрывалась на ключ, так же, как и квартира Кан Хуна. У мужчины нашлись подходящие ключи, так что вскоре он открыл дверь. 

Кан Хун отпустил пакет с продуктами и спустился вниз. Он не совсем понимал, что делает, но чувствовал, будто бы этот мужчина, пришедший сюда впервые за то время, что Кан Хун наблюдает за окнами Ик Су, не был желанным гостем. Он в первый раз за все три года ступил на порог этого дома, рядом с которым жил.

Дверь была закрыта, но Кан Хун подошёл так близко, что смог различить голоса за ней. Мужчина разговаривал по телефону. Голос из трубки не двигался, включенный на громкую, а вот собеседник перемещался по квартире, стуча каблуками туфель. Даже не разулся.

— Господин, в этом нет необходимости. Здесь даже корова может разместиться.

— Сопляк не принимает деньги, которые я присылаю ему. Найди наличные и забери, считай это премией, — мужской низкий голос был хорошо различим, потому что телефон находился где-то вблизи двери.

— Хм, не думаю, что у него много денег.

— А я разве сказал, что их много? — было сказано грубо. — Забери даже если там тысяча вон.

— Но... разве он не пойдёт в полицию? — боязливо запричитал незваный гость.

— Ты делаешь это не от своего имени, а от моего. Он это знает и никуда не пойдёт.

— Да, Господин.

— Отключаюсь.

Кан Хун сжал кулаки. Что всё это значит? Он припомнил слова Ик Су про отца, который сослал его в эту глушь, но разве поручать кому-то вот так следить за ним, это не безумие? 

Внезапно дверь открылась.

— Ч-что? — мужчина остановился, растерявшись. — Ты чего тут стоишь. парень? 

— Вы кто?

— А-а, — он покачал головой, будто бы понимающе, — ты, наверное, друг Ик Су. Ну, его сейчас здесь нет. Иди. 

А затем он закрыл дверь на ключ и прошёл мимо Кан Хуна, не замечая его. Кан не остановился, хватая мужчину за рукав.

— Кто вы? — он вскинул подбородок. — Зачем забрались в дом?

— Чего? — незнакомец выдернул свою руку из хватки, корчась от отвращения к чужому прикосновению. — Забраться в квартиру? За кого ты меня принимаешь? 

— ...

— У твоего друга неприятности были и будут, потому что он сопляк. И ты, — он тыкнул пальцем в лицо Кан Хуну, — тоже. Так что убирайся с глаз моих и хватит тут маячить. Небось прогульщик и бандит.

Он уже отвернулся, пряча безобразный язык, как вдруг Кан Хун вновь одёрнул его.

— Верните деньги, которые взяли. Это кража, — он был неприступен и в этот раз не отпустил рукав даже тогда, когда мужчина стал изворачиваться и кричать, вцепившись в него мертвой хваткой.

— Слышал значит всё, гадёныш! Значит знаешь и то, что мне ничего за это не будет! — он, с остервенением в глазах, кажется, все-таки догадываясь, что не так уж он и чист на руку, пытался доказать свою правоту. — Это кровные узы! Здесь он или в Сеуле, за ним всегда будут следить и контролировать, что он ест, пьёт и на чём спит! Даже если тебя это не устраивает!

— Верните деньги, не то я позвоню в полицию! — Кан Хун думал, что мужчина начнёт раздеваться, лишь бы вернуть себе свое запястье.

— Ха! Полиция! — он еще больше скривился. — Да это вас всех следует посадить, паршивцев! Лицо своё видел?

— Видел, — Кан Хун ухмыльнулся, делая шаг вперёд, — а вам не терпится уйти отсюда с таким же? — теперь он обхватил запястье мужчины пальцами и вывернул его в противоположную сторону.

— Ч-чего? А! — мужчина осел, стуча по груди парня, чтобы тот прекратил.

— Раз я хулиган, то и вас ударю, никто даже на шум не придёт, — внутри он дрожал от злости и волнения, но снаружи выглядел свирепо, так что незнакомец поверил ему. Хотя сюда действительно никто бы не пришёл.

— Ай, ай! Стой! - он взмолился. — Ай! Ладно! 

Кан Хун отпустил руку, и мужчина тут же отпрыгнул прочь, доставая из кармана несколько купюр. Он с шипением бросил их под ноги парню.

— На, подавись! — он попятился. — Сам-то их наверняка заберёшь себе, эти жалкие гроши, — и исчез.

— Жалкие гроши, — прошептал Кан Хун, опустившись на корточки. Он поднял всё до последней воны и остановился в раздумьях. Как ему вернуть их? 

Возвратившись домой, он достал из старой тумбы лист и ручку. Деньги расправлялись под горой учебников, послуживших впервые, пока он корпел над посланием. Через какое-то время он пришёл к чужой двери во второй раз и сунул в щель конверт. На ручку повесил пакет с купленной лапшой и рисом.

"Вы наш тысячный клиент! В честь этого магазин “KMART” возвращает процент с ваших покупок за этот месяц!” Гласила надпись на обычном белом конверте, сложенном из завалявшегося листа.

Внутри было 20 000 вон. 

Лёжа на кровати и пытаясь уснуть, Кан Хун устало раскинул руки в стороны. Сегодня он на перекрёсток не пошёл. Зудящая щека не давала покоя, приходилось застыть на спине, потому что все бока были в ссадинах. Рядом лежал телефон. Экран горел. Кан Хун перевёл взгляд с потолка на своё окно. Он уже проверял - конверт и пакет исчезли. Он всё-таки поднялся, опираясь руками назад. 

Тренировать этого Ик Су... Чему, если он сам так жалко кончал в драках всю неделю? “Ты бесполезен, Со Кан Хун” - сказал внутренний голос. Он хотел отдалиться, пока не стало поздно, но вместо этого сунул свой нос ещё дальше. Да и всё это время он не мог заставить себя не смотреть в окна магазина, проходя там после ночной взбучки, в каком состоянии он бы не находился. Кан протёр лицо ладонью, задевая больную кожу. Ещё немного и это превратится в глупую привычку. 

На секунду в голове промелькнула мысль о том, что он мог бы так ждать Ик Су у магазина, чтобы забрать того со смены и пойти куда-то. Это было ещё глупее, так что парень заругал себя в голове до смерти. Два парня. Просто ужасно, сколько бы он ни думал об этом. Прежде, чем сбегать из храма в тот раз и оставлять Ик Су шанс на раздумья, он должен был хорошенько объяснить ему, что чувствует и тогда парень исчез бы сам собой, не скрывая отвращения. Вместо этого Кан Хун просто ушёл. Он нахмурился от того, что представил такой разговор. Нет. На самом деле, он не хотел бы, чтобы Ик Су сбежал от него сам. Мысль об этом больно кольнула его. Вместо борьбы со своими чувствами он стал размышлять об отце Ик Су. Что за человек будет отбирать деньги у своего ребёнка таким образом? Только явный псих. Посылать кого-то копаться в его вещах. Кан Хун вспомнил стук каблуков, и его снова охватила злость. Нужно было ударить его хоть раз, иначе к чему ему руки, если нельзя преподать урок таким, как он? Он нервно думал об этом.

Верно. Он ужасно дрался всё это время. Всё, потому что... зачем ему это теперь? Он знал, кто тот человек в чёрном капюшоне. Этот чёрный капюшон забрал пакет с лапшой и рисом, который Кан Хун собственноручно оставил висеть на его двери. Он жил совсем близко. Теперь Кан Хуна нужно было привести в чувство, но вопреки ожиданиям, хорошенько ударить его в грудь и заставить потерять сознание не помогло. Он только разбил руки в кровь. Теперь в школу совсем нельзя, не с таким лицом и не сейчас, когда он не держит свои эмоции в узде. 

Ги Сок там наверняка ждёт его. 

— А-ах, — Кан Хун безвольно опустил голову, и его челка свисла вниз. “Пойду прогуляюсь”

Он решил, что сидеть в четырёх стенах ещё хуже. Волосы после душа до сих пор не высохли, поэтому он сразу же почувствовал холод, бегущий по кончикам ушей, когда выбрался на улицу. Он слонялся из района в район какое-то время, пытаясь опустошить голову, пока не услышал шум. 

Парень обернулся, стараясь расслышать откуда идёт звук. Было похоже на то, что толпа подростков бушует где-то поблизости, свистя и громко болтая, да так, что он ненароком подумал, что оказался на перекрёстке. Он нахмурился. 

До перекрёстка еще далеко, и идти туда он не собирался. Руки разбиты, драться не вариант. 

— Ха-ха-ха! — донёсся смех.  

— Ты придурок! Тут запрещено драться! — шутливо выкрикнул кто-то.

— Кто запретил? 

Кан Хун шёл на звук. 

— Обе школы знают! Ай! — кажется, шутливого парня ударили. Кан Хун остановился у края кирпичной стены, за которой шумели парни.

Он присмотрелся к их затылкам и выхватил в самой глубине знакомое лицо.  

— Эй.

Кан Хун вышел на свет. К его удивлению, он вновь не узнал ни одного человека, хоть все как один были из его школы. Тем не менее его леденящий тон, заставил их напрячься. 

— Что вы, — он вытащил руки из карманов куртки, — творите вообще?

— Чё?

Парни в чёрных пиджаках побросали свои только начатые сигареты, встречая пришедшего. Один поднял ладонь вверх.

— Так это же Со Кан Хун, — будто бы они были наедине, он подошёл ближе, задирая голову, объясняясь не слишком-то любезно — мы просто проходили мимо, а тут чосоновская рожа.

— ... — Кан Хуну пришлось поднять взгляд и встретиться с глазами Ик Су. Он стоял в середине окружившей его толпы в своем привычном виде и смотрел на парня в ответ. Кан Хун вернулся к лицу наглого старшеклассника.

— Ходит тут, как у себя дома. А я ещё подумал, кто тут расхаживает в такое время, — Кан Хун был без понятия, зачем он всё это говорил, потому что они даже не были знакомы, но от парня веяло фальшью. — Вот мы и...

— И что? 

Парень помрачнел.

— А?

— Свали домой. Это не перекрёсток, здесь никто не дерётся.

Очевидно, такие слова вывели разговор на новый уровень, и стало заметно истинное отношение парней к Кан Хуну. Кто-то даже расстегнул пуговицу на пиджаке. Выскочка покачал головой.

— Я не очень понимаю, — видимо теперь каждый думал, что другими можно помыкать, — ты говоришь нам свалить?

— Точно. 

Кан Хун не стал ждать, пока парни послушаются, и просто прошёл мимо них к Ик Су. 

— Пойдём, — он потянул его за рукав, но кто-то сзади одёрнул Кана за капюшон, — ащ!

— А ты смотрю, осмелел! — парень стал махать руками, топчась на месте. Его эта ситуация, судя по всему, сильно задела, — да о твоей вчерашней драке уже вся школа знает, с чего бы мне слушаться? 

Взъерошенный, будто дикий зверь парень набросился на Кан Хуна без предупреждения, а за ним подтянулись и остальные. Вскоре разбитые костяшки стали кровоточить. Драка получилась сумбурной, Кан Хун чувствовал себя, как мяч на физкультуре, который пинали из стороны в сторону. Конечно, он отвечал своим противникам ударами, но привыкший к боям один на один, приученный перекрёстком, он быстро терял силы, особенно тогда, когда старшеклассники попадали на свежие синяки. Кан Хун ударил одного в челюсть, другого под дых. Это не было никаким спортом, как обычно, сейчас они бились, как шпана в подворотне. Тем не менее, преимущества у него не было.

— Видели, видели! Да он слабак! — кричал кто-то, пиная Кан Хуна в бок. Парень обернулся на голос, но внезапно, лицо кричавшего брызнуло кровью от удара со стороны. Кан Хуна тоже отбросило от чего-то. Он поднял глаза и увидел Ик Су, дерущегося с толпой в одной только футболке. 

"Что за?”. Кан Хун поднял руку на которую приземлился, чтобы понять, почему ему не больно, но обнаружил, что упал прямо на куртку Ик Су. Этот высокий парень в уличных драках оказался гораздо способнее, потому что его руки были быстрее других, и вообще, рукопашный бой напоминал что-то из фильмов — отточенное и неуловимое, из-за чего на асфальте появились капли крови из разбитых носов парней. Кан Хун поднялся. Даже молниеносные удары Ик Су не могли победить в схватке против десятерых. Кан Хун сделал несколько быстрых шагов и вцепился в парня, летящего на спину Ик Су. Он оттащил его прочь и бросил на землю. Затем ещё одного. В какой-то момент они с Ик Су оказались спина к спине и несмотря на ощутимый холод, температура на переулке изменилась. Кан Хун оглянулся назад, но Ик Су и так обратился к нему.

— Смотри вперёд.

И впрямь, Кан Хун чуть не пропустил удар. Он отвернулся, наклоняя голову в бок, чувствуя, как чужой кулак щекочет кожу. Ожидавший триумфа противник изогнулся от неправильной траектории и потерял равновесие. Кан Хун ударил его по бедру. Так продолжалось до того долго, что зудящих от ударов рук оба уже не чувствовали. Кан Хун, как и сказал Ик Су, смотрел вперёд. Когда он слышал прерывистое дыхание, то знал, что Ик Су в порядке, а когда крики и шипение, то убеждался в том, что противники выдыхаются. Наконец выскочка закричал своим.

— Чёрт! — он отошёл дальше всех, хоть и напал первым. — Вот увидишь, Ги Сок этого так не оставит! 

Те, что были ещё на ногах, в последний раз попытались ударить, но им не удалось. Один за другим они, хромая, потащились прочь, за убегающим вожаком.

Кан Хун осел, смотря им вслед. Он дышал с такой жадностью, что только через несколько минут, расслышал, что Ик Су, сидящий возле него, дышит также. Он дотянулся до чужой куртки и протянул её парню. “Вроде как мы квиты” подумал он. Ик Су забрал куртку. Его руки были красными от холода, а кончики ушей под выбившимися из резинки волосами просто горели. Ик Су как раз поднял руки, чтобы распустить хвост.

— Ты за мной следишь или избегаешь? — парень внезапно повернулся и посмотрел на Кан Хуна. Его лицо было ужасно хмурым. Не понятно, что из перечисленного приносило ему больший дискомфорт. 

— Ты много о себе думаешь, — Кан Хун по-прежнему избегал смотреть на него, так что отвернулся в сторону.

Они так и сидели в тишине какое-то время.

—Почему ты не в магазине? — Кан Хун сунул кровоточащие руки в карманы.

— Тот человек, дежурит у дверей.

— Тот человек? 

— Которого ты видел.

Парни посмотрели друг на друга одновременно. Кан Хун понимающе кивнул.

— Так что я взял выходной, — закончил Ик Су.

— А если он и завтра там будет? 

— Нет, в конце концов хозяин прогонит его. Но сегодня нельзя попасться ему на глаза.

— Его послал твой отец? — не осторожничая сказал Кан Хун, хотя ему было неловко вспоминать про конверт. — Зачем ему так следить за тобой? 

— Говорят, власть портит людей, — легко ответил Ик Су. Кан Хун открыл рот, шепча тихое “вау”, вновь отворачиваясь.

— В тот раз мы дрались против друг друга, а теперь вместе. Интересная судьба, да? — парень не унимался.

— А ты любишь попадать в неприятности, да? — дал свой передразнивающий ответ Кан Хун.

— В неприятности? 

Кан Хун прикусил язык. “Ты серьёзно кто такой? Руку О Сон Джэ сломал, а против первогодок чуть не продул, как старшеклассник”. 

— Это я-то продул? 

Кан Хун зажмурился. “Неужели я сказал это вслух?”. В любом случае им обоим не повезло. По одиночке шансов не было вовсе.

— А чего тогда стоял, как столб? — ругался Кан Хун. Ик Су прыснул, надевая куртку. Оба уже отморозили задницы так что поднялись один за другим, и продолжая перепалку, направились домой.

— Думал убежать.

— Куда тут убегать, вокруг одни тупики, — Кан Хун пользовался тем, что знает местность лучше, но Ик Су не уступал.

— А с тобой что? Хотел своё тело на благотворительность сдать? Еле двигался.

— У меня все руки разбиты.

— Ага.

— Я серьезно, — Кан Хун достал руки из карманов, показывая Ик Су. На самом деле зрелище было не из приятных, — они просто прогуливают тренировки, поэтому полны сил. Я даже на таких руках пять минут простою вниз головой.

— А ты горазд болтать.

Кан Хун бросил попытки оправдываться. Руки оказались в карманах, а пар, летевший изо рта на какое-то время, исчез.

— Чего они пристали к тебе.

— Я же в их районе.

"Ах ну да, район”. Для Кан Хуна это стало такой глупостью. 

— Ну, — они подошли к своим домам и остановились. Кан Хун ещё раз взглянул на красные щёки Ик Су, кивая в сторону, — я пошёл.

Он готов был развернуться, но Ик Су остановил его.

— Подожди.

— М? 

— Я купил новый замок, — он покачался на пятках, смотря Кан Хуну в глаза, — поможешь мне завтра установить его? 

Кан Хун опустил голову и выдохнул. “Этот парень и правда смелый”.

— Ты не можешь сменить замок, не сказав об этом хозяину.

— Хозяин мой отец. Он слишком далеко, чтобы побить меня.

Ик Су улыбнулся и заставил улыбнуться Кан Хуна тоже. 

— Завтра занятия.

— Ты же прогуливаешь.

Что ж Кан Хуну больше нечего было ответить. Так и не дав своего точного “да”, он махнул Ик Су и ушёл. Когда он включил свет в своей комнате, чтобы раздеться, то обнаружил на кровати телефон с почти севшей батарейкой. Экран застыл на странице мессенджера, с номером Ик Су, где высвечивалось “Был(а) недавно”. 

— Ты когда-нибудь делал это? — спросил парень, откручивая старый замок отверткой, которую нашёл у себя в кладовке. Ик Су покачал головой, роясь в инструкции.

— Это должно быть не сложно.

Руки Кан Хуна были замотаны бинтами от пальцев до середины предплечья. Он посмотрел на профиль Ик Су и кивнул без инициативы. Они сидели на лестничной площадке в куртках и шарфах, потому что это был по-особенному холодный день, и с улицы задувал ледяной ветер. Сидеть тут предстояло долго. Кан Хун даже увидел с места, где сидел, как очередной флаерщик наклеил на его дверь в доме напротив рекламу. Ик Су придвинулся ближе. 

— Это нужно вставить внутрь, — Ик Су поднял к лицу Кан Хуна деталь в виде бочонка, чтобы он хорошенько её рассмотрел. 

— Они одинаковые по размеру? 

— Да. 

— Окей, — Кан Хун поднялся, опираясь на колени. Он как раз закончил откручивать какую-то накладку поверх замка, так что путь к его замене был открыт, — давай я буду держать, ты вкручивай.

— Ага.

Ик Су встал впритык к Кан Хуну, задевая его плечом, потому что обоим нужно было наблюдать за процессом. Кан Хун вставил ключ, и повернул его немного. Старая деталь цилиндрической формы спокойно выскользнула, что парни даже обрадовались.

— Должен войти.

Ик Су кивнул и вставил новый цилиндр внутрь. Парни мешкались и долго возились, хотя в интернете было сказано, что этот способ один из самых простых. Ик Су сетовал на то, что здесь давно пора установить электронные замки.

— Я бы поменял пароль и всё, — бурчал он.

— Они стоят по всей стране, кроме этого места, — подтвердил Кан Хун.

— Ах, — Ик Су скатился вниз, скользя ладонями по торцу двери, — почему не выходит.

Кан Хун нагнулся, чтобы заглянуть прямо в глубь замка.

— Ты той стороной вставил?

— Ну, конечно. 

— Подожди, — Кан Хун в том же положении, почти нависая над Ик Су, залез в телефон, ещё раз смотря туториал на Youtube.

— Что там...? 

— Ммм, — Кан Хун сжал губы, вынимая цилиндр и снова вставляя его, с огромной тщательностью, — ты не попал в паз.

— Разве?

— Ага, — Кан Хун ещё раз проверил и повернул голову к сидящему на полу Ик Су. Тот сложил руки на коленях и смотрел вверх. Парень хмыкнул.

— Ты вообще что-нибудь видишь, — Кан Хун поднёс ладонь ко лбу Ик Су и поднял его челку, как когда меряют температуру. Ик Су хлопнул его по руке, ругаясь.

— Что ты творишь? 

— Ни у кого в этом городе нет таких длинных волос. Кроме девушек.

— Сдурел? Сравниваешь меня с девушкой, когда я спас тебя вчера? — Ик Су поднял бровь, бросая Кан Хуну вызов.

Кан Хун опустился на корточки напротив Ик Су и посмотрел ему в глаза.

— Если бы я был в лучшей форме, то спасал бы тебя я.

— Ну да, — Ик Су отвернулся в сторону, — а в свободное время ты на голове стоишь.

Кан Хун кинул какое то проклятье и встал.

— Давай закончим, внутри уже ледниковый период.

Ик Су поднялся, и они продолжили, следуя инструкциям какого-то способного аджосси в видеоролике.

Через час в общем работа была закончена. Ик Су сказал Кан Хуну, что теперь он не должен волноваться, если этот человек придёт. Кан Хун ответил, что он и не волновался. 

— Эй.

Ик Су вынул новый ключ из комплекта с замком, и посмотрел на Кан Хуна.

— Я спас тебя вчера, так что ты не можешь отказать мне, - он смотрел очень упрямо, хуже мулла, а ключ в руке держал словно оружие.

— Отказать?

— В тренировках.

Кан Хун, упрятавший нос в шарф, неловко поднял глаза. “Не хочу”.

— Не хочу.

— Почему?— непонимающе протянул Ик Су. 

—Потому что ты дилетант.

— Ты такой упрямый, — Ик Су закрыл дверь и сунул ключ в карман, — в прошлый раз вообще сбежал.

— Все не так.

Ик Су бросил “ага” и прошёл мимо парня, направляясь к лестнице.

— Ты куда? 

— На тренировку, куда ещё.

Больше парень ничего не сказал, исчезая на лестнице. Кан Хун только тяжело вздохнул, направляясь следом за ним. Разделённые несколькими метрами, не совсем незнакомцы и не полностью друзья, они шли так, то вниз по улице, то вверх по склону, пока не пришли на гору Сокголь. Ик Су даже вставил наушники в уши, но Кан Хун знал, что там ничего не играет, потому что не слышал привычный писк. Когда они вошли в храм, Кан не бросал своих слов.

Ик Су расположился у той же стены, разделся и стал тренироваться. Кан Хун сел поодаль, сложив руки на груди.

— Так в дзюдо больше бьют руками, чем ногами? - спросил Кан Хун через какое-то время.

— Вроде того.

Ик Су занимался тем же, что и в прошлый раз, но Кан Хун должен был признать, что у него уже отлично получалось.

— Вообще там скорее работает всё тело, — он задумчиво наклонил голову, — потому что, когда делаешь захват, это не отдельная работа рук или ног. Нужно хорошенько сосредоточиться, чтобы заставить другого упасть.

— Это то, на что я попался?

— Да.

— Чего тогда так хорошо кулаками орудуешь? 

— В Сеуле приходилось драться на улице, — Ик Су бил то одной ногой, то другой, усложняя себе задачу. Кан Хун тянул за нитки на бинте.

— Разве после вчерашнего, ты всё ещё хочешь, что бы я учил тебя.

— В форме ты был или нет — без разницы, — Ик Су говорил не поворачиваясь. — Я всё равно хочу, чтобы меня тренировал ты.

— Почему?

— А разве ты видишь здесь кого-то ещё.

Кан Хун посмотрел на его профиль, откидывая голову назад. Не было бы тут так холодно, он бы уснул. Тренирующийся Ик Су выглядел так старательно, что побитому со всех сторон Кан Хуну стало стыдно. Он встал, снимая крутку.

— Запасись пластырями. Будешь много падать, - Кан Хун подошёл к Ик Су вплотную и посмотрел ему в глаза. “Сейчас я даже не могу вспомнить, о чём думал неделю назад. Мне просто хочется быть здесь”. Ик Су улыбнулся, наклоняясь немного ближе.

— Ну и стоило прятаться целую неделю?

Тренировки шли довольно весело. Пролетели выходные, так что Кан Хуну пришлось вернуться в школу. Тренер был не шибко-то обрадован.

— Паршивец, — шипел он вдалеке от остальных, но больше не бил Кан Хуна ни по лицу, ни по лодыжкам.

Ещё одна категория ненавидящих Кана людей начала выстраиваться из незнакомых ему ранее старшеклассников, которые теперь ходили с ранами от его и Ик Су кулаков. Они шептались или даже кричали Кан Хуну что-то вслед, как будто он был изгоем. Кроме этого, ничего не изменилось. Синяки на лице зажили до того, как тренер мог бы увидеть это и отстранить его, поэтому волноваться было не о чем. 

Погода от внезапно холодной стала вновь по-осеннему прохладной, и в один из дней даже пошёл дождь. Смотря на капли воды, бегущие по стеклу, Кан Хун не слушал учителя математики и не думал о соревнованиях, его голова было одновременно пустой и наполненной. Если вчера они с Ик Су не закончили говорить о чём-то на тренировках, то сегодня на уроках он думал об этом. Если их переписка в телефоне обрывалась из-за внезапно подозвавшего к себе тренера, то тренировка становилась бесконечной и скучной. Вот и сейчас Кан Хун смотрел в окно, игнорируя окружающую его реальность.

— Кан.

Учитель математики, вынырнул из учебника, смотря на школьника сквозь толстые линзы.

— Иди-ка, постой в коридоре, раз не хочешь слушать.

Пришлось простоять на коленях около часа, держа учебник по математике над головой.

По дороге домой, перекладывая зонт из руки в руку, и по неосторожности наступая в хорошо известные ему лужи, парень завернул в район, который славился количеством бездомных собак. Он едва улыбнулся, наблюдая знакомую картину. 

Собака даже не обратила на парня внимания, вылизывая миску.

— Смотри не заболей.

Кан Хун накрыл зонтом и собаку и сидящего рядом Ик Су, чтобы тот больше не мочил руки, пока сам оставил под зонтом только свой нос. Ик Су не вставая притянул его за рукав ближе, чтобы парень тоже не мокнул.

— Я в порядке.

На Ик Су был надет прозрачный дождевик, весь усыпанный капельками воды.

— Разве мы не заканчиваем в одно время? Когда ты успел прийти сюда, — Кан Хун покорно стоял над парнем, спасая всю троицу.

— Я не остался на самоподготовку.

— М? Ты что отличник? — удивился Кан Хун.

— А ты что совсем безнадёжен?

— По-твоему, баллы всё ещё важны в таком месте, как это? 

Они пошли домой вместе. Ик Су выпросил держать зонт, потому что считал, что руки Кан Хуна ещё болели.

— Да, всё нормально, — тянулся за зонтом Кан Хун.

— Нет, — они больше вымокли пока разбирались с этим. 

— Больше не говори, что это я упрямый.

— Ладно, ладно, — он согласился, но зонт не отдал. 

Когда пришло время расходиться, Ик Су довёл Кан Хуна до лестницы, сложил зонт и велел идти. 

— Встретимся завтра, — он отдал ему зонт, и развернулся.

— До завтра.

Блестящий дождевик зашёл на свою лестницу, когда Кан Хун уже поднялся на свой этаж. Через пару минут, когда они поравнялись Ик  Су обернулся на крик.

— Чхве Ик Су!

Он увидел, как Кан Хун смотрит на него, стоя спиной к своей двери, и кивнул ему в ответ типо “Что?”.

Тогда Кан Хун странно улыбнулся. Он опустился, на секунду исчезнув за перегородкой, а когда вернулся, то Ик Су сначала ничего не понял. Из-за перегородки медленно показались кончики кроссовок, затем колени и ноги целиком. Губы Ик Су вытянулись. Он даже не поверил, что этот парень творит такую глупость.

Послышался приглушённый голос.

— Видишь! Они зажили!

Ик Су громко рассмеялся, прикрывая рот рукой, не открывая глаз от чужих ног.

— Эй, ты что реально на руках стоишь?! Что это за навык?! Ахахаха! — он не прекращал смеяться. Кан Хун снова опустился и встал уже как обычно. Улыбка была такой широкой, что Ик Су рассмотрел её без труда с такого расстояния, как будто бы их не разделала целая воздушная пропасть.