Из ада, за пределами кругов и огненных равнин, по ту сторону Реки Душ, донёсся голос. Там, где течение мёртвых сознаний медленно перетекает сквозь пустоту, а шёпот утонувших в вине сплетается в непрерывный гул, начинается территория, куда не ступает даже демон.

За рекой — не уровень и не бездна.

Воздух там густой и вязкий, будто наполненный остывшим светом. Земля рассечена гигантским разломом, уходящим в несуществующее небо. Чёрные цепи, словно вросшие в саму ткань пространства, тянутся к центру — к пульсирующему ядру печати.

И оттуда, из самого сердца Отсечённого Предела, где вечный мрак сплетается с раскалённым пеплом и остатками обугленных перьев, раздался голос:

— Скоро… совсем скоро!

Другой, более приглушённый, прозвучал в ответ, словно шёпот из-под треснувшей земли, из глубины самого разлома:

 — Но, Владыка, разве мы сможем распахнуть врата?

Владыка, чьи глаза горели адским пламенем, стоял у края гигантского провала. За его спиной клубился пепел, не падающий вниз, а поднимающийся вверх, будто сама гравитация здесь была искажена. Его взгляд скользнул к демону, запертому в клетке из чёрного железа — металл был не выкован, а вытянут из самой печати, и он медленно пульсировал в такт далёкому сердцебиению центра.

Где-то внизу, в самом ядре разлома, сквозь многослойные печати и символы древней войны, дремал тот, чьё имя даже ад произносил шёпотом.

— Да, это возможно, — произнёс он. — Существует древний ритуал. Он позволит этому отродью ненадолго распахнуть портал, вырвавшись из своей темницы. И тогда мы последуем за ним.

Слуга, чья тень казалась длиннее и темнее самой бездны, скользнул по треснувшей поверхности. Его силуэт дрожал, будто пространство отказывалось удерживать форму.

— Посмотрим, окажется ли ваш замысел столь же разрушительным, как и обещания, что вы даёте…

Где-то над разломом вспыхнули символы печати — на долю секунды свет, похожий на отблеск крыльев, озарил пустоту.

Слова с закрытыми глазами слетали с губ — словно шёпот из другого мира. Юуичи, терзаемый внутренними сомнениями, бормотал их без всякого энтузиазма, каждое слово — отголосок его страха. Внезапно, без какого-либо видимого источника, вокруг них сгустился туман — плотный, холодный, несущий предчувствие чего-то невыразимого.

По периметру нарисованного круга, словно пульсируя, зажглось зловещее голубое сияние. Из этого мистического вихря материализовалось нечто чудовищное. Оно стремительно бросилось на Адати и Юдзи, вырывая их души с нечеловеческой силой и оставляя лишь пустые, безжизненные оболочки, затем, не замедляя хода, обратило свой взор на Камисиро.

«Кто-то из ада»: — Сейчас! — крикнул он, бросаясь вперёд.

Тёмная сущность, вырвавшись из очерченного круга, бесшумно скользнула за спину Камисиро. Пространство вокруг него исказилось — воздух стал тяжёлым, как в Отсечённом Пределе, и на мгновение показалось, что за его плечом зияет тот самый разлом.

На секунду время как будто «споткнулось»

Застыв, Камисиро лихорадочно обдумывал план спасения. Он решил обмануть демона, заставив его поверить, что душа успешно извлечена. Используя силу владыки, скрытого за его спиной, Камисиро сымитировал сцену, в которой его тело опустело, а сам он стал неотличим от тех двоих, что уже пали жертвой. Это было притворство и обман, искусно разыгранные Рюсэй.

«Сущность из ада…»: — Это всё, что мы можем сейчас, — произнёс голос, низкий и вибрирующий, словно исходящий из самой сердцевины печати, с леденящей решимостью. — Дальше мы наблюдаем.

Трещины в пространстве едва заметно расширились, и из них просочился тонкий дым, пахнущий горелым светом.

«Кто-то из ада:

—П-понял, но… Взгляд демона, холодный и пронзительный, остановился на Михаэле, словно оценивая новую игрушку. — Твой мальчишка совершил роковую ошибку, призвав сюда экзорциста. Он открыл дверь туда, откуда нет возврата.

На мгновение в его зрачках отразился разлом — вертикальная рана, за которой пульсировало запечатанное зло.

«Сущность из ада…»: Демон склонил голову, его силуэт казался ещё более зловещим. — Забрать все твои силы? — прошептал он, и в этом шепоте звучала угроза, способная заморозить кровь в жилах, обещание полного уничтожения.

«Кто-то из ада»:

—А… Э…  Я беру свои слова обратно… — слова вырвались из его уст с дрожью, словно он только что осознал всю глубину своего заблуждения, столкнувшись с истинным воплощением кошмара.

И где-то далеко, за Рекой Душ, печать снова пульсировала. Медленно. Но сильнее, чем прежде.