Онлайн чтение книги Лимен Limen
Пролог

В стародавние времена, когда небо ещё не знало света,

над жерлом огненной горы стоял круг.

Двенадцать теней водили хоровод,

и каждая пела по-своему: кто глухо гремел, кто скрипел, кто стонал,

и от их пения гора дрожала, будто живое сердце.

Посреди круга лежала стрелка Времени.

Она вращалась двенадцать мгновений

и каждый раз останавливалась на ком-то одном.

Тогда прочие смолкали, и избранный сходил к центру —

туда, где клокотало живое пламя.

Он падал вниз, и когда касался огня,

в небо летели тысячи искр.

Они рассыпались над землёю, прячась в её недрах,

и долго потом теплились под камнем,

словно искали, кому отдать свой жар.

Так шёл круг за кругом, песнь за песнью.

И всякий раз, когда все двенадцать сходились в едином ритме,

гора вздыхала ровно, и тьма под ней оставалась спокойной.

Но пришёл день, когда огонь угас.

Магма застыла, сделалась тяжёлым стеклом,

и когда стрелка указала на нового, тот пал — да не в пламя, а в холод.

Он ударился, и тишина легла над всем кругом.

Остальные взглянули вниз,

и будто что-то оборвалось в их песне.

Тогда небо треснуло, и с его чрева посыпались огни.

Тени сорвались с мест, забыв круг,

и каждая потянулась к звёздам —

одни с гневом, другие — с тоской,

а иные просто — чтоб не остаться во мраке.

Кто коснулся света, тот обратил его в камень,

и камни те полетели вниз, пробивая облака.

Они были невидимы, но живы.

Падали на землю и искали себе сосуд —

ту, в чьём теле теплилось начало новой жизни.

Когда камень находил мать, он зажигал в ней пламя, и рождался человек.

Если же пламя гасло — камень черствел, а женщина умирала вместе с ним:

огонь, лишённый выхода, пожирал своё убежище.

А камни, что не нашли себе тела, остывали в одиночестве.

Они лежали в недрах земли, пока не теряли силу,

и тогда становились видимы людям — холодные, мёртвые, но когда-то горевшие.

Некоторые зовут их упавшими звёздами — детьми, что не нашли себе матери.

И с тех пор двенадцать вновь кружат над безмолвным жерлом,

всё медленнее, всё тише,

меняя цвета свои по порядку, как вечный календарь миров.

Они ждут, когда в сердце земли вновь вспыхнет огонь,

и стрелка Времени дрогнет.

А если ночью, в горах, ты услышишь, как ветер поёт не по-людски —

не смотри туда.

То не буря.

То Остывшие зовут свою мать.