2017 год. Пригород Стального Ленинграда, недалеко от района РКП №23.
Ночь разверзлась на ужас ветренная. Кроны местного леса шумно роптали в сумерках. Запыхавшаяся девочка бежала по нему что было сил, то и дело спотыкаясь о коряги и камни. Ветки вредительски пытались зацепиться за волосы и куртку, оставляя небольшие царапины. Прикрыв лицо руками, она бежала в надежде. Последней, угасающей и почти невидимой надежде на спасение. Но очередная коряга под ногой оказалась выше остальных и бег прекратился, сменяясь падением. Последнее оказалось для девочки весьма болезненным. Упав плашмя на грудь, она благодарила себя мысленно, что хоть как-то соизволила защитить лицо. Подняв зарёванные синие как море глаза, переполненные ужасом, её взгляд зацепился за просвет среди зарослей растительности. Фонарное зарево. Свет. Вот оно! То, что не даст ей пропасть!
Поднимаясь на исцарапанных руках, девочка ускорила шаг, контролируя каждую кочку, камень или корягу. Наконец, ужасные заросли для неё закончились. Выбежав на просеку, она тяжело дышала, а обсохшие губы тихо шептали слова о помощи, но из обсохшего горла невозможно было выдавить и звука. Лишь тихое сипение могла выдавить из себя девочка, шестнадцати лет от роду. Красные локоны её растрёпанных волос небрежно колыхались на ветру.
Она устало смотрела на вечерний город, утыканный то тут, то там огоньками фонарей уличного освещения. Обессиленная, голодная и абсолютно потерянная, она сделала последний рывок в сторону неизведанного ею ранее города – Стального Ленинграда.
Ночь разверзлась на ужас ветренная. Кроны местного леса шумно роптали в сумерках. Запыхавшаяся девочка бежала по нему что было сил, то и дело спотыкаясь о коряги и камни. Ветки вредительски пытались зацепиться за волосы и куртку, оставляя небольшие царапины. Прикрыв лицо руками, она бежала в надежде. Последней, угасающей и почти невидимой надежде на спасение. Но очередная коряга под ногой оказалась выше остальных и бег прекратился, сменяясь падением. Последнее оказалось для девочки весьма болезненным. Упав плашмя на грудь, она благодарила себя мысленно, что хоть как-то соизволила защитить лицо. Подняв зарёванные синие как море глаза, переполненные ужасом, её взгляд зацепился за просвет среди зарослей растительности. Фонарное зарево. Свет. Вот оно! То, что не даст ей пропасть!
Поднимаясь на исцарапанных руках, девочка ускорила шаг, контролируя каждую кочку, камень или корягу. Наконец, ужасные заросли для неё закончились. Выбежав на просеку, она тяжело дышала, а обсохшие губы тихо шептали слова о помощи, но из обсохшего горла невозможно было выдавить и звука. Лишь тихое сипение могла выдавить из себя девочка, шестнадцати лет от роду. Красные локоны её растрёпанных волос небрежно колыхались на ветру.
Она устало смотрела на вечерний город, утыканный то тут, то там огоньками фонарей уличного освещения. Обессиленная, голодная и абсолютно потерянная, она сделала последний рывок в сторону неизведанного ею ранее города – Стального Ленинграда.