Вернувшись из поместья, Крис, Марк и Алек сидели в гостиной. Атмосфера была напряженной.
— Кажется, я дал ему слишком много свободы, — закончив разговор, Кристоф подошел к окну, нервно сжимая телефон. — Может, он с кем-то встречается? Поэтому творит что вздумается.
— Такое тоже может быть, — мягко заметил Марк. — Но не делай выводов раньше времени. И не повышай голос, иначе он точно тебе ничего не скажет.
Алек сидел в кресле, и от слов отца внутри у него всё неприятно сжалось. «У него кто-то есть? Кто? Тот альфа из спортшколы? Или какая-то девушка?» С его безумным графиком он едва успевает дышать, когда бы он нашел время на свидания? Но мысль о том, что Лан проводит ночи неизвестно с кем, вызывала у Алека вспышку неконтролируемого гнева.
Лан вернулся быстро. Он всё еще был в той вчерашней черной одежде, и стоило ему зайти в квартиру, как воцарилась тяжелая тишина. Крис даже не обернулся от окна.
— Лан, отдай мне ключи от квартиры Люциана. И от нашей пустующей — тоже.
У Лана внутри всё похолодело. Это был конец. Все его пути к отступлению, его «норы», где он мог спрятаться от мира, теперь были закрыты.
— Почему?.. — начал было он, но подошел и молча положил ключи на стол.
Крис резко развернулся, и в этот момент до него донесся запах. Тот самый. Чужой, едкий, землисто-дымный аромат альфы, который буквально въелся в шелковую рубашку сына. Кристоф взбесился окончательно.
— Лан, иди переоденься. Жду тебя в кабинете. Немедленно!
Лан дрогнул. Отец никогда не вел себя настолько жестко. Он пошел к лестнице, но на ступенях его перехватил Алек. Его инстинкты альфы буквально выли от ярости — он чувствовал этот «помеченный» запах другого самца на Лане, и это выводило его из равновесия.
Алек схватил Лана за плечо, сжимая пальцы сильнее, чем нужно.
— Ты встречаешься с альфой? Ты с ним был вчера?
— Какой альфа? Ты о чем? — Лан попытался вырваться.
— Да от тебя за версту чужими феромонами пахнет! — прорычал Алек. — Почему он устроил феромоновый душ? Вы встречаетесь?!
Лана пробрала дрожь. «Чертов Эрик... запах остался на одежде».
— Я ничего не знаю. Мне нет дела до феромонов, я бета, ты забыл? Отпусти меня, отец и так зол.
Он высвободил плечо и почти бегом скрылся в своей комнате. Алек остался стоять на лестнице, тяжело дыша. Этот чужой запах раздражал его до предела, вызывая желание немедленно найти того подонка и...
Лан быстро переоделся, проглотил таблетку подавителя и пошел в кабинет. Крис сидел за столом. Войдя, Лан плотно прикрыл за собой дверь.
— Лан, что происходит? Ты с кем-то встречаешься? — Кристоф смотрел сыну прямо в глаза.
— Нет.
— Тогда почему ты насквозь пропах чужим альфой? Если вы не встречаетесь, то что это было? Насилие? Принуждение?
— Отец, это недоразумение. У меня никого нет, правда. Просто... случайность в парке.
— Тогда что ты делал в квартире Люци один? Почему пошел именно туда?
Лан молчал. Он не мог сказать правду, а ложь рассыпалась на части.
— Просто захотел побыть в тишине...
— Я тебя не понимаю, — Крис устало потер переносицу. — Последнюю неделю ты сам не свой. Я беспокоюсь о тебе. Если ты решишь с кем-то встречаться — просто скажи. Я должен знать, что это за человек.
Лан был в шоке. «Отец думает, что я провел ночь с альфой... Какой кошмар».
— Да, отец... — тихо ответил он.
— И больше никаких прогулок в одиночку. Есть водитель. После школы и секций — сразу домой. Понял меня?
— Да. У меня сегодня репетиция, мне пора собираться.
— Ладно. Поешь перед уходом.
Лан покинул кабинет, чувствуя себя абсолютно раздавленным. Он зашел в свою комнату и упал на кровать. «Это не может происходить со мной. Это просто дурной сон». Весь мир сузился до одной цели — выжить на этой неделе. Выжить, отыграть премьеру и исчезнуть, пока его окончательно не задушили этой «заботой» и подозрениями.
Лан медленно спускался по лестнице, готовясь к выходу. Репетиция была назначена на час дня, но ему хотелось уйти пораньше, лишь бы не оставаться в одних стенах с обитателями этой квартиры. У входа в гостиную, словно часовой, застыл Алек. Казалось, он не мог найти себе места: Марк ушел в кабинет к мужу, и тишина дома давила на него.
Заметив, что Лан снова собирается уходить, Алек подошел почти в упор, глядя на брата сверху вниз. Его присутствие ощущалось как тяжелое грозовое облако.
— Что, даже один выходной не можешь провести дома? — бросил он, неосознанно пытаясь скрыть за грубостью собственную растерянность.
Лан и так чувствовал себя неважно. Слабость в теле постоянно напоминала о себе, а внутри всё кипело: «Та что ты привязался? Почему постоянно меня допрашиваешь? Мне что, мало отцовского допроса? Бесишь».
— Дома? — Лан вскинул голову, и в его глазах вспыхнул холодный огонь. — А зачем тебе это? Ты ведь каждый раз раздражаешься в моем присутствии. Постоянно идешь на конфликт. Так зачем мне быть дома? Чтобы тебе было с кем поругаться?
Алек открыл рот, но не нашел, что ответить. Эти слова ударили точно в цель.
— Ладно, хватит, — отрезал Лан. — Мне пора.
— И куда на этот раз? — Алек предпринял последнюю попытку. — Опять к тому альфе? — На репетицию. И прекрати допрашивать, еще и в таком тоне! На этом закончим.
Двери лифта за Ланом поспешно закрылись. Алек остался стоять в холле, переваривая услышанное. «Устраиваю допросы... кричу... Черт. Да.. так и есть. Зачем ему быть дома? И правда... та что я вообще делаю?» Раздраженный на самого себя, он собрался и пошел в зал. Спорт был единственным способом заглушить мысли, которые он не понимал.
В машине Лан перечитывал сообщение от Давида Клейна. Тот писал уже неоднократно с целью встретиться, и сегодня его настойчивость победила. «Он ведь тоже альфа... — думал Лан, глядя на экран. — Будет ли всё нормально? Не хочу повторения вчерашнего кошмара в парке». Еще неделю назад подобная мысль даже не пришла бы ему в голову. Но отказывать Давиду столько раз было просто невежливо, и Лан согласился встретиться после театра, но с условием.
«Только мне не особо хочется куда-то далеко
идти... Ты не против?» — написал Лан. «Как скажешь, можем пойти в кофейню
твоего ЖК», — тут же ответил Давид. «Звучит отлично, я напишу, как освобожусь».
«Буду ждать».