Тело Существа X растворялось медленно.

Не резко — как туман, который теряет плотность, пока не исчезнет. Таня наблюдала за этим без удовлетворения. Без облегчения. Только с холодным ожиданием конца.

Когда исчезло последнее золотое облако, она почувствовала, что не может двигаться и дышать. Сознание стало рваться, будто больше не за что было зацепиться, и в глазах потемнело. Мысль возникла почти без эмоций.

*Вот и всё. Значит, наградой за убийство бога было лишь заточение и небытие.*

Она приняла это спокойно.

Слишком много раз мир уже доказывал, что справедливости в нём нет.

А потом тьма сменилась болью.

Резкой. Оглушающей. Первобытной.

Воздух ворвался в лёгкие подобно раскалённой магме. Мышцы сжались сами по себе. Рот открылся, и мир наполнился криком.

Таня открыла глаза.

Потолок был низким. Потемневшим от времени и сырости. Запах — дешёвого металла, лекарств и человеческой бедности. Лица над ней были чужими. Уставшими. Испуганными.

— Тише… тише… — чей-то голос дрожал. — Таня… всё хорошо, Таня…

Имя ударило сильнее боли.

Опять?

Сознание ещё не слушалось, но мысль была ясной. Слишком ясной для младенца. Она попыталась пошевелиться — тело ответило бессвязно, слабо, предательски.

Маленькое. Хоть и человеческое, но незнакомое.

*Неужели снова?*

Догадка пришла почти автоматически, но не было точных ответов. Это было не место, которое она знала, не тело, которое ей принадлежало раньше. Где-то в глубине сознания она почувствовала, что мир вокруг неё ей не знаком.

Она не знала, где она. Не знала, почему снова оказалась в теле маленькой девочки. Не знала, что делать.

Комната была бедной. Одежда — поношенной, простой. Ничего знакомого.

Её снова назвали Таней, словно в насмешку.

Что-то внутри неё сжалось. Она пыталась сосредоточиться, но не могла понять, что происходит. Только ощущение, что она вновь утопает в чём-то, чего не понимает.

И тут она почувствовала: тоска вдруг накрыла её, как волна. В сознании всплыли образы — Эрих, её муж, и их дети, Люсия и Фридрих. Простой, тихий вечер, когда они сидели все вместе. Она не могла больше их увидеть. Это было слишком тяжело.

*Эрих… Люсия… Фридрих…*

Она не видела их уже очень давно, но чувствовала их рядом, словно память об их присутствии никогда не покидала её. Только воспоминания о родных не позволили ей сойти с ума во тьме.

Эрих фон Реруген — её муж. Он был сильным, тихим человеком с глазами, полными решимости. Он был рядом с ней всегда, поддерживал в тяжёлые моменты, даже когда всё вокруг рушилось. Он был её опорой, даже когда мир давал трещины.

Таня хотела пойти в последний самоубийственный бой, но он её остановил и помог найти счастье в нём.

Люсия — их дочь. Она была ещё маленькой, и Таня помнила, как обнимала её, как она смеялась. Люсия была её светом в этом мире, который всегда казался мрачным. Она помнила, как дочь щебетала о том, что хочет стать врачом и помогать людям.

Фридрих — их сын. Таня любила его пронзительным, но несомненно заботливым взглядом. Фридрих был спокойным и решительным, и если он что-то задумал, ни Таня, ни Эрих не могли его переубедить.

Теперь всё исчезло. Эрих, Люсия, Фридрих — все они остались позади. Её жизнь была с ними, но теперь она стала другой. Другой мир, другие правила.

Таня закрыла глаза, ощущая тяжесть утраты. Она знала, что теперь это всё — не более чем воспоминания, но всё равно ощущала их присутствие.

Она знала: они уже не ждут её. Годы, проведённые во тьме, дали ей понять, что сто лет прошло и в изначальном мире, и теперь ей некуда возвращаться.

Но она всё равно должна двигаться вперёд. Это был новый шанс. Новый мир, в который она пришла. Но с этим миром будет другая борьба.

Прошло три года, и Таня научилась ходить, хоть иногда и падая, и немного говорить.

За окном гремели раскаты грома, хотя больше похоже было на выстрелы — да это они и были. Взрывы, кровь, запах пороха — майор снова почувствовал запах поля боя.

Таня, облокотившись на стену, сделала ещё один шаг, стараясь не упасть. Женщина, которая помогла ей подняться, всё это время молчала, но сейчас вдруг прервала тишину.

— Тут, в районе, всегда было неспокойно. Иногда наёмники заходят по контракту. Но вот сейчас… — её голос стал тихим, как будто воспоминания о случившемся не давали покоя. — Только вот этот… этот наёмник — он вошёл сюда час назад. А теперь буйствует, и его настиг киберпсихоз.

Таня повернулась к ней, не понимая.

— Киберпсихоз? Что это? — спросила она.

Женщина выглядела обеспокоенной, но лицо её оставалось сдержанным.

— Это когда человек с имплантами теряет контроль. Он начинает разрушать всё вокруг, пока не уничтожит себя. Наёмники вроде него часто сталкиваются с этим. У них слишком много имплантов, и однажды их психика не выдерживает.

Таня не могла понять, о чём шла речь. Всё, что она знала, — это выстрелы и паника на улице. Что-то должно было происходить с этим человеком, если он мог так разрушать.

— Но почему он так… агрессивен? Почему так легко уничтожает всё? — Таня продолжала смотреть на сцену за окном, не понимая, как это возможно.

— Не знаю, — ответила женщина. — Импланты… они делают людей сильными, но иногда они начинают работать против них. Когда тело и разум не справляются с таким количеством чуждого вещества… оно ломается. И он ломается вместе с этим.

Таня наблюдала, как фигура на улице медленно двигалась, её движения становились всё более хаотичными и дикими. Он был как робот и двигался непредсказуемо, реагируя на звуки витрин и сигнализации машин. Она не могла понять, что с ним, как и что может довести человека до такого состояния.

— Это он? — спросила Таня, указывая на мужчину, который безуспешно пытался управлять своими действиями, разрушая всё на своём пути.

Женщина вздрогнула, услышав голос Тани, и кивнула.

— Да. Он не может остановиться. И сейчас ему не помочь.

Таня почувствовала, как напряжение растёт. За окном она могла видеть, как он ломает всё вокруг: машины, витрины, стеклянные двери — всё, что попадалось на его пути. Казалось, что всё, чего он касался, сразу становилось частью его разрушительного пути. Разве что люди в трущобах всегда начеку и убежали подальше, не став частью полотна, что сейчас создавал киберпсих на улице.

И в этот момент небо над районом прорезал звук двигателя. Таня заметила, как тьма отступила перед прожекторами с аппарата.

Вдруг в небе появился Ави — массивный летательный аппарат, напоминающий гигантский гроб, висящий в воздухе на реактивных двигателях. Без крыльев, без лишних украшений — просто грубый металлический корпус, обладающий достаточной мощностью, чтобы висеть и маневрировать в воздухе. На его борту распахнулись огромные двери, и отряд бойцов MAX-TAC спрыгивал прямо на землю, не используя тросы. Их импланты и встроенные системы давали возможность совершить прыжок с такой высоты без последствий.

MAX-TAC действовали быстро и слаженно. Они окружили киберпсиха, использовав электромагнитное оружие для подавления его агрессии. Таня видела, как оружие мгновенно выводит мужчину из строя — он упал на землю, его тело больше не двигалось.

После того как угроза была устранена, Ави снова поднялся в воздух и скрылся в небесах.

Таня осталась у окна. Увиденное говорило само за себя. Даже забравшись на вершину, поставив мощные импланты, всегда оставался шанс рухнуть на землю, как тот наёмник. Переусердствовать с прокачкой не следовало — всё нужно делать в меру.

Отряд MAX-TAC своими слаженными действиями напомнил Тане её бывших подчинённых из мира войны.

В одиночку в этом мире слишком просто сломаться. Ей нужны будут люди — подчинённые, которым можно доверять. А пока — начать собирать информацию. Знай себя и своего врага, и в ста сражений ты не познаешь поражения.

На лице вновь расцвела улыбка Дьявола Рейна. Майор… Нет, Богоубийца пришел в этот мир.

И сделает всё, чтобы выжить.