Онлайн чтение книги Когда богоубийца приходит в НайтСити When the deicide comes to Night City
2 - 3 Красивый НайтСити

Таня недолго лежала, уставившись в потолок.

Чужая и одновременно своя квартира, чужие стены, непривычная тишина, в которой всё равно слышался далёкий гул человейника. Где-то за стеклом властвовал город, но здесь, внутри, наконец можно было просто раздеться и ослабить бдительность.

Она закрыла глаза не сразу. Мысли цеплялись друг за друга, путались, медленно теряли форму. Встреча и знакомство с Ви и его другом Джеки, дорога до Мегабашни, короткое прощание у двери. Ощущение странного спокойствия, к которому она не привыкла.

Потом шум исчез.

И тьма стала слишком плотной, чтобы быть обычным сном. Она закрыла глаза и очутилась в своем персональном Аду…

Ветер ударил в лицо. Холодный, резкий, пропахший гарью и озоном. Под ногами — земля, изрытая воронками, вспаханная взрывами артиллерии и заклинаниями вражеских магов . В небе — трассеры, вспышки, силуэты своих.

Таня уже была в воздухе.

Мундир, привычный до мельчайших складок, ощущался как вторая кожа. Магический контур Элениум 95 отзывался пульсацией, живой и требовательной. Она летела, держа строй, чувствуя каждого участника, каждый импульс рядом.

— Набрать высоту — голос звучал ровно, без дрожи. — Не распадаться. Работаем по артиллерийским расчетам. Подготовить дальнобойное заклинание.

Молитва шла фоном, почти автоматически. Существо X проклял ее кристалл и теперь только вознося ему молитвы она могла пользоваться своими силами.

- О бог милостивый и справедливый, направь мою руку на свержение врагов моей родины и позволь обрести в конце пути землю обетованную.

Глаза засветились золотом и от рук импульс перешел к оружию прокатился по стволу и вышло заклинание в виде луча что достигнув позиций прогремел взрывом, её подчиненные тоже поразили цели своими заклинаниями.

Она была на своём месте.

Война ещё не проиграна. Значит, нужно драться.

План родился не сразу.

Он сложился из обрывков, расчётов, безумия и холодной логики. Штаб Райхсвера всегда был оплотом логики и железного прагматизма.

И план был готов, старый «Друг» ученый что разработал проклятую стекляшку и теперь он снова перед ней,

- Доктор Шугель?!

- Мы снова встретились майор Дегуршафф, должно быть это была воля бога.

Таня была похожа на беззащитного хомячка что дети по глупости или детской наивности хотят превратить в космонавта и засовывают его в барабан стиральной машинки. А в случае Тани её планировали с небольшим отрядом отправить в тыл врагов на ракете, и вот поди разбери кому повезло больше.

Полёт был коротким и бесконечным одновременно. Давление в груди, вибрация, чувство, что тело вот-вот разорвёт. Потом высадка, части ракет упали прямо на голову врагам, но тревогу они поднять не успели. Распределив три точки Таня выдвинулась на уничтожение оперативного штаба.

Оперативный штаб исчез в ослепительной вспышке. Связь оборвалась, командование противника захлебнулось в хаосе. Они ушли так же быстро, как появились, оставив за собой пепел и обломки.

Когда Таня снова увидела своих, она уже знала — получилось.

Земля вздрогнула.

Сначала один толчок. Потом второй. Потом десятки сразу. Подземные заряды сработали синхронно, ломая фронт изнутри. Линии противника рассыпались, как гнилая ткань.

Наступление началось сразу.

Второй фронт оказался зажат, лишён манёвра, лишён управления. Таня смотрела на это сверху, ощущая, как напряжение, державшее её столько лет, наконец начинает отпускать.

Они входили в столицу без сопротивления.

Перемирие объявили быстро. Командование наверняка шутило мол «Противники так быстро сдались потому-что побоялись что их столицу сравняют с землей».

Кабинет был знакомым до боли.

Стол, карта на стене, аккуратно разложенные документы. Таня сидела, сложив руки, и смотрела в никуда. Делать было нечего. Приказов не было. Впервые за долгое время. И именно это пугало.

Война вроде закончилась. Но ощущение чего то неправильного так и повисло в воздухе.

Дверь открылась.

— Майор Дегуршафф.

Серебрякова вошла спокойно, почти буднично. Как будто всё происходящее — обычный рабочий день.

—Приветствую Адъютант Серебрякова. Это перемирие… — начала Таня. — Мы победили?

Адъютант на мгновение замялась.

— Да огласили перемирие, Республика отвела войска.

Слова легли тяжело.

— Что значит отвели войска?

— Перебрасывают силы ближе к морю. Техника, личный состав.

У Тани сжались пальцы.

— Они не сдаются, — резко сказала она. — Они уходят. Это эвакуация основных сил.

Она вскочила.

— Если мы не закончим начатое мы можем проиграть. Прямо сейчас!

Таня приказала собрать отряд, вернуть всех немедленно. Серебрякова кивнула и ушла выполнять приказ.

А Таня уже бежала дальше, в штаб чтоб запросить разрешение на вылет, нельзя было терять ни минуты

Пляж был залит солнцем.

Смех, музыка, запах жареного мяса. Алкоголь лился щедро, форма валялась на песке. Люди праздновали победу, не оглядываясь назад.

Пока Крыло было занято празднованием победы, Таня изо всех сил бежала в штаб.

— Мне нужно разрешение на вылет! — голос сорвался впервые за весь сон. — Сейчас. Немедленно! Мы можем закончить войну раз и навсегда.

Ответы тонули в формальностях. «Мы победили, это излишне» , и прочие эпитеты что ничего не говорили Тане, она сказала что проведет на правах своих полномочий разведку боем и вышла из штаба хлопнув дверью.

Время уходило.

Она поняла это слишком ясно.

Поняла, что уже ничего не может изменить. Штаб прислал официальный приказ, Прекращение огня для всех родов войск.

Таню поглотило отчаяние и она пошла в Штаб к Генералу Цетуа, но ее не пустили, как сказали солдаты в приемной. - Генералы и весь штаб празднует победу в банкетном зале.

На следующий день сбежавший контингент республики высадился на одном из земель их союзников и объявил «Что они будут биться до последнего, пока Райхсвер не падет.

Таня проснулась резко, с вдохом, словно вынырнула из воды.

Холодный пот стекал по спине. Сердце билось так, будто она всё ещё была обескуражена сном. Несколько секунд она не понимала, где находится.

Потолок. Стены. Тишина.

Будильник зазвенел резко и неумолимо: 06:00.

Таня села, провела рукой по лицу и медленно поднялась. Ноги слушались, но ощущение бессилия всё ещё держалось где-то внутри. Она пошла в душ. Холодная вода ударила по коже, возвращая в реальность. В Найт-Сити. В новое утро. В мир, где у неё всё ещё был шанс не проспать момент, когда нужно действовать.

Будильник звенел резко и мерзко, показывая 06:15

Таня села на кровати, медленно переводя дыхание. Город был тих — та редкая тишина перед тем, как Найт-Сити окончательно проснётся. Она провела ладонью по лицу, отгоняя остатки сна.

— Бесполезно… — тихо выдохнула она и встала.

Душ смыл пот и остатки кошмара, но не мысли. Тёплая вода стекала по плечам, по спине, по рукам, а в голове всё ещё стоял крик, который она не успела докричать.

После душа она двигалась уже иначе — собранно, чётко, без лишних жестов. Открыла кейс.

«Пульсар» лег в руки привычно, почти по родному. Ящик с патронами был на месте. Она села, разложив всё перед собой, и начала снаряжать магазины. Один за другим. Без спешки. Четыре магазина. Проверка подачи, лёгкое усилие пальцами, контрольный взгляд.

Магазины уложены в разгрузку. В большие карманы на груди магазины на 45 патронов для пульсаров и в нижние четыре магазина на Юнити.

Джинсы. Кроссовки. Футболка. Куртка. Всё сидело как влитое. Ничего лишнего. Она проверила карманы — ключи от машины, чип от квартиры, Агент — и на секунду замерла у выхода пока запирала дверь. Сон ещё цеплялся за сознание, но тело уже было здесь, в этом мире.

На балконе пахло ночной пылью и утренней сыростью. Таня купила буррито и кофе, расплатилась и направилась к лифту на подземную парковку. Ела на ходу, почти не чувствуя вкуса, просто потребляя «питательные» вещества. Кофе был горячим, — на вкус так себе, но хотя бы бодрит.

Подземная парковка встретила её привычным гулом. Машина стояла там, где она её оставила. Таня села за руль, завела двигатель, подключила навигатор. Маршрут — клиника в Уэллспрингс. Туда, где осталась Айнц.

Она завела двигатель и выехала с парковки направляясь в сторону Хэйвуда. Уотсон в это время суток был особенно опасен. Ночь ещё не ушла, а день не пришёл. На улицах шевелились тени. Где-то мелькнули красные визоры — «Мальстрёма» которые светились, как глаза зверей. Они двигались неровно, некоторые дёргано, больше похожие на ходячих боргов, чем на людей. Киберпсихи или те кто уже почти скатились в киберпсихоз, уверенные в своей безумной вере.

Таня держала скорость, не привлекая внимания. Не гнала. Не тормозила резко. Просто ехала, наблюдая. Переход в Уэллспрингс был почти незаметен — освещение стало ровнее, фасады чище, улицы выглядели спокойнее. Но это была лишь маска. Ночью район показывал свою настоящую структуру. «Валентинос» уже контролировали точки, стояли у перекрёстков, переглядывались, помечая территорию. Иногда попадались и «Мусорщики» — их не нужно было искать, они сами бросались в глаза: крепко сложенные мужчины и женщины в своих характерных масках что скрывали их личности, все поголовно ублюдки каких свет не видывал. Брейны с чернухой, похищения людей дабы их разделать на органы и импланты, наркоторговля и прочие мелочи преступной жизни Найт-Сити. С оговоркой что остальные банды тоже не прочь и похищать и грабить и нарко трафик поддерживать и держать и обычные бордели, а так же и вирт клубы.

Днём Уэллспрингс казался почти приличным. Ночью просто город засыпал и просыпалась мафия. Клиника появилась впереди. Таня свернула на парковку, заглушила двигатель и на секунду осталась сидеть, глядя перед собой. Проверила разгрузку, поправила куртку. Она вышла из машины и направилась ко входу.

Рука уже тянулась к двери

Дверь клиники закрылась за Таней мягким, почти неощутимым щелчком.

Внутри было тихо. Не мёртвой больничной тишиной, а рабочей — той, в которой слышны приборы, слабое гудение питания в стенах. Айнц лежала на кушетке. Уже переодетая, аккуратно укрытая, будто её не оперировали, а уложили отдохнуть. На глазах — плотная тёмная маска, отсекающая свет полностью. Лицо спокойное, дыхание ровное, грудь поднималась и опускалась с тихой регулярностью. Ни напряжения, ни боли — только глубокий, искусственно наведённый сон.

Таня остановилась у порога, не подходя сразу. Просто смотрела.

— Очнётся в течение часа, — негромко сказал Сантьяго, подходя ближе. — Реакция хорошая. Организм принял импланты без сопротивления. Можно сказать, идеально.

— Хорошо, — ответила Таня так же тихо.

— Подожди в приёмной. Я позову, когда она начнёт приходить в себя.

Таня кивнула и вышла обратно.

Приёмная была простой. Пара стульев, автомат с водой, старый экран с местными новостями без звука. Таня села, положила локти на колени, достала телефон.

Сообщение деду.

>Мы устроились. Квартира уже нашли. Район не идеален но жить можно.

Ответ пришёл почти сразу. Короткий, сухой, как всегда.

>Хорошо. Как Айнц?

Таня задержалась, подбирая формулировку.

«Нормально, сижу жду ее у рипердока. Работа будет. Падрэ обещал задание».

>Береги её.

Таня медленно выдохнула.

>Что-то ты расчувствовался Дед. Конечно сберегу, а обо мне не волнуешься,Старик?

>Да что с тобой будет?

Телефон погас. Она откинулась на спинку стула и просто сидела. Слушала клинику. Ждала.

— Таня.

Голос Сантьяго вывел её из тишины.

Она поднялась сразу.

В операционной свет был мягче. Айнц уже не спала. Маска всё ещё закрывала глаза, но дыхание стало глубже, осознаннее. Пальцы слегка шевельнулись.

— Она приходит в себя, — сказал Сантьяго и аккуратно поддел край маски. Он снял её медленно, будто давая оптике время подготовиться.

Айнц моргнула. Раз. Ещё раз.

Зрачки дрогнули, расширились, подстраиваясь под свет. Она повернула голову — и увидела Таню. Секунду просто смотрела, а потом губы дрогнули.

— Я… — голос сорвался. — Я вижу.

Слёзы выступили сразу, без предупреждения, побежали по щекам, впитываясь в ткань подушки.

— Я вижу… — шёпотом. — Ты правда… красивая мама. Я даже не представляла насколько.

Таня опустилась рядом, не касаясь, но оставаясь рядом. Это было необходимо.

— Всё в порядке, — спокойно сказал Сантьяго. — Импланты прижились. Оптика работает как надо. Инфопорты стабильны. Отторжений нет. Я уже прогнал по биомону результат отличный.

Он посмотрел на Таню.

— Когда займёмся тобой?

— Позже, — ответила она без раздумий. — Сначала отвезу её домой.

Сантьяго кивнул. И начал прибирать рабочее место.

Когда они вышли, Айнц шла осторожно, будто боялась резким движением разрушить этот новый мир.Она села в машину, пристегнулась, не отрывая взгляда от окна.

Город вспыхнул.

Неон, вывески, отражения, огни машин, утро, пробивающееся сквозь остатки ночи. Всё было цветным. Живым. Настоящим.

— Это… — Айнц сглотнула. — Это всё по настоящему?

— Да, — ответила Таня, трогаясь с места. — Таким его видят все.

Слёзы текли свободно.

— Ты была права… — тихо сказала Айнц. — Мир правда красивый. Даже такой злой как наш.

Она смотрела в окно, ловя каждую деталь. Уэллспрингс сменялся Хейвудом, улицы текли, переливались, и всё это было новым, ошеломляющим.

Айнц осторожно взяла телефон Тани.

- Можно я напишу?… Деду?

Таня кивнула.

Сообщение ушло быстро.

>Я вижу в цвете. Всё красивое. Я в порядке».

Ответ пришёл почти сразу.

>Рад. Берегите себя.

Айнц улыбнулась сквозь слёзы.

Когда они добрались до Уотсона, город стал грубее, резче, но всё равно живым. Таня показала квартиру — коротко, по делу. Где душ, где купить еды, а где можно провести время.

— Рядом живет Ви, — сказала она. — Наёмник Ви. Если что — можешь к нему обратиться. Если он будет дома.

Айнц кивнула, всё ещё оглядываясь, запоминая.

— Побудь здесь, — сказала Таня. — Мне нужно вернуться. Скоро буду.

Она задержалась у двери, оглянулась.

Айнц стояла посреди комнаты, в цветном мире, который наконец стал не просто несбыточной мечтой, а реальностью.

Таня вышла.

Дверь закрылась тихо.

И она направилась обратно — к клинике, к Сантьяго, к следующему шагу.