Онлайн чтение книги Когда богоубийца приходит в НайтСити When the deicide comes to Night City
2 - 1 Пока, трущобы

Сообщения от деда пришли вечером. Короткие, но по делу, как всегда.

>Кобура готова.

>Груз тоже.

>Пора

Таня посмотрела на экран агента и не стала сразу убирать его. Просто сидела, держа устройство в руке, позволяя словам улечься внутри. Это был тот самый момент, когда становится ясно — дальше тянуть уже не получится. Все отговорки закончились. Всё, что можно было отсрочить, уже было отсрочено.

Пора ехать в Хейвуд.

Неизвестность пугала, но не так, как могла бы, "не впервые". В прошлой жизни она сталкивалась с ней постоянно — новые задачи, чужие люди, непредсказуемые последствия. Потом был другой мир, война, Существо x , которого не должно существовать, решения без правильного варианта. На этом фоне Хейвуд выглядел всего лишь ещё одной боевой точкой, где придётся выживать.

Она была готова. Морально — уже давно.

На следующее утро сборы заняли немного времени. Вещей у неё было немного — сменная одежда, самое необходимое. Всё укладывалось в одну сумку. Пару металлических ящиков с патронами — зелёных, потертых, с вмятинами по краям — она открыла, пересчитала содержимое. Патроны, оставшиеся после стрельбища с Айнц, лежали россыпью, и она аккуратно переложила их в сумку, в плотный внутренний карман. Ящики остались — тяжелые, но надёжные.

Айнц собирала свои вещи рядом. Те, что уже успела перенести сюда из дома. Движения у неё были спокойные, сосредоточенные. Денег у неё оставалась тысяча евродолларов — не так много, но достаточно, чтобы не чувствовать себя совсем без опоры.

Таня достала свои. Десять тысяч. Пять она сразу отложила и положила на стол.

Прощание с матерью вышло тихим. Без долгих разговоров и лишних слов. Обе понимали, что любые красивые фразы будут лишними. Таня просто протянула деньги.

— На всякий случай, — сказала она.

Мать хотела возразить, но только вздохнула и кивнула.

Они обнялись. Крепко, но без слёз.

— Ты всегда можешь вернуться, — сказала мать.

Таня кивнула. Не обещая. Они обе знали цену обещаниям.

Перед выходом они сели на дорожку. Осмотрели квартиру — медленно, внимательно. Запоминали. Стены, потолок, скрип половиц. Дом, который был убежищем, пусть и временным.

Потом встали, ещё раз обнялись — и вышли.

Трущобы встретили привычно. Кто-то просто кивнул. Кто-то бросил короткое приветствие. Кто-то пожелал удачи. Айнц узнавали тоже. Эти улицы были их средой — грязной, шумной, опасной, но знакомой до мелочей. Таня шла и ловила себя на мысли, что, возможно, они больше сюда не вернутся. Не потому, что не смогут. А потому, что надеялась что сможет в городе найти свое место.

Дед ждал их в мастерской. Как всегда, без лишних слов.

— Пора доставлять груз, — сказал он сразу. — Всё готово.

Кобуру он подал лично. Помог надеть, подтянул ремни, проверил посадку. Таня двигалась — присела, повернулась, сделала резкий шаг в сторону. Ничего не тянуло, не жало. Пистолет почти не ощущался, но доставался быстро и уверенно.

— идеально, — коротко сказала она.

Дед кивнул и протянул два ножа. Простые, рабочие. Без украшений.

— на всякий случай.

Следом — по два магазина к «Юнити». Таня автоматически проверила фиксацию и убрала их в куртку.

Потом дед взял ящик, махнул им следовать за собой и повёл к гаражу.

Когда они подошли к гаражу он

поставил ящик на бетонный пол, щёлкнул замком — дверь с тяжёлым скрежетом поползла вверх.

Внутри стояла машина.

Старая. Очень старая. Краска облупилась, местами проступала ржавчина, корпус был покрыт мелкими царапинами и вмятинами. Вид у неё был такой, будто она давно должна была оказаться на свалке.

— «Тортон Галена», — сказал дед. — Рабочая. На ходу. До Хейвуда доедет без проблем. И дальше ещё поездит.

Таня прищурилась, разглядывая автомобиль.

— Ты когда её купил?

— В пятьдесят третьем.

Она медленно повернулась к нему.

— Ты серьёзно?.. Она столько лет назад была на ходу?

— Стояла без дела она лет десять, — спокойно ответил дед. — Но я её проверял, заводил. Машинка рабочая. Да, краска облезла. Да, кое-что барахлит. Но она на ходу. И довезёт. И до Хейвуда, и до Пасифики.

Он помолчал и добавил:

— Хотя в Пасифику пока не советую. Особенно сейчас.

Уголок губ Тани дёрнулся.

— Первая машина всегда такая, — продолжил дед. — Тебе ещё повезло. Эта ездит нормально и не подводит.

Он открыл багажник, загрузил ящик и захлопнул крышку. Потом протянул Тане плоский ключ.

— Навигатор есть. Радио тоже… хоть и барахлит немного. В городе такси — удовольствие дорогое. А так вы сразу на колёсах.

Она открыла дверь и села за руль.

Агент подключился к системе, навигатор откликнулся без задержки.

— Ничего себе… — тихо отметила она. — Даже голосовое управление работает.

— Пешком иди, — буркнул дед, бросив на неё взгляд.

— Не подаренное не возвращаю— спокойно сказала Таня. —

Айнц тем временем полезла к радио. Магнитола зажила собственной жизнью — станции перескакивали, ручка реагировала с задержкой, иногда вообще не туда.

— Музыку поймать можно, — заключила она. — Просто не с первого раза.

Таня завела двигатель. Машина затарахтела — грубо, но уверенно.

Пока мотор прогревался, дед наклонился к окну.

— Теперь слушай внимательно. Хейвуд — не трущобы. Там всё сложнее. Территорию делят две основные силы. «Шестая улица» и «Валентинос».

Он говорил медленно, подчёркивая каждое слово.

— «Шестая улица» — ветераны. Бывшие солдаты, корпоративных и прочих войн, патриоты. Считают, что чем то отличаются от других банд, раз уж грабят дабы защитить свой народ. И конечно если их справоцировать могут прижать. Жёсткие, прямолинейные. Думают, что порядок решает всё. вооруженные до зубов им валыны стабильно поставляют Милитех и Кэндати. Так что у кого, а у этих всегда есть с чего шмалять.

— «Валентинос» — другое дело. Это уже банда что строит из себя семью, их основные занятия это контроль улицы и битва за влияние в Хейвуде. Они могут зажать в подворотне просто потому, что ты оказался не там и не вовремя.

Он усмехнулся.

— Хотя, по сути, и те, и другие — бандиты, просто носят разные цвета, но не стоит их недооценивать.

Таня кивала, запоминая.

Дед закончил, отступил назад и хлопнул по двери.

— Проедься, проверь как она бегает.

Таня сделала несколько кругов по трущобам. Машина ехала ровно. Скорость держала. Передачи переключались плавно. Она не разгонялась сильно, но чувствовала — машинка не подведёт.

Вернувшись, они попрощались снова. Без лишних слов.

Таня ввела в навигатор точку, которую указал дед — место, где нужно будет оставить машину и дальше идти пешком. Мол именно сегодня на другой стороне село Ави "Травмы" и если туда сунутся будут шмалять без вопросов.

Маршрут был построен.

Она была готова отъезжать.

Навигатор мягко щёлкнул, выводя на экран маршрут. Тонкая линия протянулась через город, отмечая конечную точку прибытия — где-то в глубине Хейвуда. "Глен" показывал навигатор.

Таня медленно развернула руль. Галена послушно отозвалась, двигатель загудел ровно, без надрыва. Машина тронулась, выезжая со знакомых улиц трущоб, где каждая трещина в асфальте была изучена годами.

Айнц прижалась лбом к стеклу, всматриваясь в город.

— Он… больше, — сказала она неуверенно. — Гораздо больше, чем трущобы.

Она помолчала, подбирая слова.

— Я не вижу, какой он на самом деле. Только большие тёмные здания… окна… силуэты. Но он… должен быть красивым.

Таня остановилась на светофоре, — Он таким хочет казаться, — ответила она спокойно.

Город действительно разительно отличался от трущоб. Низкие, перекошенные дома остались позади, уступая место многоэтажкам. Стекло, бетон, редкие участки зелени. Хейвуд встречал их аккуратными фасадами, ухоженными тротуарами, парками и торговыми центрами. Здесь было больше света, больше пространства — и больше напряжения.

На перекрёстках стояли бойцы Шестой улицы. Они не прятались, не суетились. Военная выправка, спокойные лица, оружие на виду — словно напоминание, что порядок здесь держится не законами.

Чуть дальше, у жилых кварталов и переулков, мелькали Валентинос. Кожанные куртки, татуировки, золотые цепи и золотое оружие. Они держались иначе — лениво, нагло, но с той же уверенностью, что улица принадлежит им.

— А здесь полиция тоже не появляется? — спросила Айнс.

— Появляется, — ответила Таня. — Только если уверена, что выйдет победителем.

Она кивнула в сторону очередного переулка.

— Эти районы поделены. Если копы приедут на вызов, а тут уже подтянется подкрепление одной из банд, им придётся драться на чужой территории и против численного превосходства. Они не любят такие расклады.

Из открытого окна донеслись глухие хлопки — стрельба где-то глубже, за домами. Ни сирен, ни дронов. Город словно не замечал этого.

Айнс покрутила ручку радио. Магнитола ожидаемо закапризничала, перескочив сразу через несколько волн, но затем поймала сигнал. Машину наполнили тяжёлые гитарные рифы.

Chippin’ In.

Музыка была грубой, уверенной, с тем самым рваным ритмом, который будто вбивался в асфальт.

— Это… хорошая, — сказала Айнц.

— Сильверхэнд, — кивнула Таня. — Один из самых известных треков.

Она усмехнулась.

— Его написал террорист, который в 2023-м взорвал башню Арасаки.

Гитарные рифы тянулись, нарастали, ударные шли тяжело и прямо. Музыка идеально ложилась на дорогу, на город, на ощущение движения вперёд

без гарантий и без возврата.

— Какие у нас дальше цели? — спросила Айнц после паузы. — Когда мы закончим с доставкой?

— Пока не знаю, — ответила Таня. — Сдадим груз, посмотрим, что скажет Падрэ. Захочет дать работу — хорошо. Нет — найдём сами.

Она помолчала и добавила:

— В трущобы мы возвращаться не будем. Вернуться туда с поджатым хвостом — глупо. Мы только оттуда выбрались.

— Здесь опасно, — заметила Айнц.

— Да, как и везде— согласилась Таня. — Но эту опасность можно контролировать. Она не хаотична.

Она посмотрела на бойцов у дороги.

— Главное — не воевать со всеми сразу.

— Мам, — Айнц повернулась к ней. — А к какой стороне склоняешься ты?

Таня ответила не сразу.

— Шестая улица, — сказала она наконец. — Они военные. Ветераны корпоративных войн. Хоть и методы мне их не нравятся

— Почему тебе они ближе?

— Потому что я тоже была на войне, — ответила Таня просто. — Я тоже ветеран.

Радио вдруг добавило громкости, и гитарные рифы оборвались. Вместо них раздался бодрый, слегка хриплый голос ведущего:

— Доброе утро, Найт-Сити!

Вчерашний подсчёт трупов закончился на крепкой тридцаточке! Спонсор десятки — нестихающие уличные войны в Хейвуде! Минус один коп, так что все готовьтесь — полиция по этому поводу не сделает ни хрена!

Таня хмыкнула.

— А вот в Санто-Доминго отрубило свет, — продолжал голос. — Очевидно Нетраннеры снова резвятся в электросети. В Уэстбруке «Траума тим» отскребает от асфальта жертв очередного киберпсиха. А Пасифика… Ну… Пасифика есть Пасифика.

— С вами, как всегда, был Стен! Впереди новый день в городе мечты!

Радио щёлкнуло.

— Город мечты, — тихо сказала Айнц.

— Для кого как, — ответила Таня.

Она помолчала, затем спросила:

— Скажи… ты бы хотела увидеть мир в цвете? Так, как его видят обычные люди?

Айнц задумалась.

— А так можно?

— Можно, — кивнула Таня. — Найдём работу, накопим денег, поставим глазные импланты.

— Тогда я перестану видеть тебя по-особенному, — сказала Айнц неуверенно.

Таня усмехнулась.

— Глупышка. Я просто буду выглядеть ещё красивее. Как и весь мир.

Навигатор подал сигнал. Таня сбросила скорость.

Они остановились у узкого переулка. Дальше дорога уходила между домами, вглубь кварталов. Оттуда доносились выстрелы — ближе, отчётливее.

Таня заглушила двигатель, вынула ключ и заперла машину. Они быстро проверили оружие: снарядили магазины, поправили ножи так, чтобы их можно было вытащить одним движением.

На противоположной стороне стоял подбитый Ави "Травмы" Бойцы Траума тим нервно ходили у Ави, кто то сидел на ступеньках, а кто то распугивал очевидцев Смарт пухами от Кан-Тао

Таня оставила сумку в машине. Айнц свой рюкзак тоже. Затем они подняли ящик, взявшись за ручки с двух сторон поставили его на пол, закрыли машину и багажник на ключ и вновь подняли ящик.

— Будь готова, — сказала Таня спокойно. — В этом переулке сейчас что-то происходит.

И они двинулись вперёд, вглубь Хейвуда.

Они взялись за ручки ящика одновременно.

Металл был холодный, ручки — стёртые, будто этот ящик стоял у деда не один десяток лет, и каждый раз — именно в этом ящике он все доставлял заказчикам.

Агент молчал секунду, потом тихо пискнул, подтверждая путь. Маршрут уверенно указывал вперёд — туда, где грохотало.

Очередь прошила где-то совсем близко. Потом крик. Потом ещё один — короткий, сорванный, обрывающийся на полуслове.

Айнц сглотнула.

— …Мы точно туда идём? — спросила она тихо, почти себе под нос.

Таня даже не посмотрела на неё.

— Да. Других путей нет.

Они пошли.

Переулок жил своей жизнью.

Как будто всё это — не про него.

У стены, прямо на голом бетоне, лежала проститутка. Куртка сползла с плеча, грудь наполовину наружу, сигарета дымилась в пальцах, догорая до фильтра. Она даже не вздрогнула, когда рядом, за квартал, бахнуло что-то тяжёлое.

Чуть дальше — двое детей ровестников Айнц, сидели на перевёрнутом пластиковом ящике и играли гильзой, перекатывая её по нему, как шарик. Один смеялся. Второй что-то рассказывал, размахивая руками. Выстрелы шли фоном, как шум машин или можно сказать как обычный фон НайтСити. Видимо в "Городе мечты" было в порядке вещей когда стреляют и за странность принималась тишина когда раненные собирая волю в кулак разбредались по своим барам или другим базам, чтоб похвататься как они победили отряд встреченных врагов.

На балконах стояли люди: курили, кто-то облокотился на перила, лениво наблюдая за дымом, поднимающимся над крышами. Ни криков, ни суеты. Обычный вечер.

У мусорных баков валялся мужик. Пьяный или уже мертвый — не разобрать. Бутылка выскользнула из руки, раскололась, жидкость растеклась по асфальту, смешиваясь с чем-то тёмным.

Стрельба усиливалась.

Навигатор снова пискнул. Маршрут вел в более открытый проход.

— Там же… — начала Айнс и замолчала.

— Да, — коротко сказала Таня. — Так что уши востро.

За поворотом стоял стол. Пластиковый, дешёвый. Рядом — диван, весь в пятнах. На столе бутылки, еда в упаковках, пепельница, переполненная окурками.

Большой телевизор, который непонятно как все еще не смял эту пародию на мебель на котором распологался.. Яркий, слишком яркий для этого места. По экрану шла реклама.

«Уотсонская Шлюха» — крупными буквами, реклама обещала похождение этой особы, стоп что это там в штанах... неважно.

Стрельба была буквально за углом.

Но этим двоим было плевать.

Один из них сидел, развалившись, и пил. Второй смотрел в экран, смеялся, что-то комментировал. Ни малейшего желания идти туда, где умирали их же.

Когда Таня и Айнс поравнялись со столом, один из них всё-таки поднял голову.

Взгляд скользнул по ним. Потом по ящику.

Он встал.

— Эй chica, — протянул он, делая шаг ближе. — А вы чё это тащите, а?

Таня остановилась. Ящик опустили на землю.

— Домтавка, выполнчем заказ — спокойно сказала она. — Идём к Падре.

Валентинец хмыкнул, подошёл почти вплотную. Наклонился, посмотрел на ящик.

— И чё там? — спросил он, уже с интересом. — Открыть дашь?

Таня посмотрела ему прямо в глаза.

— Я выполняю доставку и вскрывать ящик не намерена, да и вообще это не твоё дело.

На секунду стало тихо. Даже реклама на фоне будто притихла.

Потом он усмехнулся.

— Чё ты сказала, сука?

Он резко схватил Таню за куртку и рванул вверх, приподнимая её над землёй угрожая цепным мечем.

— Ты, блядь, кем себя возомнила, а?!

— орал он держа оружие довольно боизко к щеке Тани. — Думаешь, если Падре вспомнила, можно тут пиздеть?! Это район Валентинос! Всё, что тут есть — наше! Ящик ваш — тоже наш, поняла, Puta мелкая?!

Айнц замерла.

Второй Валентинец поднялся с дивана. Спокойно. Без суеты. В руке уже был револьвер — тяжёлый электромагнитный «Квазар». Он начал обходить их сбоку.

Сердце Айнс колотилось так, что заглушало выстрелы.

*Если сейчас… если сейчас я не…

Она выхватила пистолет.

Первый выстрел — попал в ногу.

Бандит дёрнулся, заорал хоть пуля и не пробила имплант.

Второй — в руку. Револьвер выпал, с глухим стуком ударился о бетон.

Третий — в шею.

Он рухнул, захлёбываясь, корчась, хватая воздух ртом.

В тот же момент рука Тани выхватила нож, он блеснул на долю секунды. Удар — снизу вверх, через подбородок, прямо в мозг.

Тело дёрнулось и обмякло.

Таня оттолкнула его и шагнула назад.

— Дыши, — сказала она Айнц, быстро. — Ты всё сделала правильно.

Айнц трясло. Пальцы не слушались. Она смотрела на лежащего, на кровь, на отверстие в шее.

— Он… он уже…

— Жив, — сказала Таня.

Она подошла и добила его. Коротко. Без лишних движений перерезала глотку и смотрела как он брыкается.

— Помоги, — сказала она когда бандит затих потеряв большую часть крови.

Они оттащили тела в сторону, почти под стену. Никто не смотрел. Телевизор продолжал орать:Do you HATE YOUR MEAT?

это была реклама?... антиреклама кибер имплантов?...

Ящик снова оказался у них в руках и они продолжили идти пока не вышли к полю бою.

Дальше переулок был уже другим.

Гильзы хрустели под ногами. Запах пороха стоял плотный, тяжёлый. Тела лежали как попало — с металлическими руками, с золотыми имплантами, с разорванными животами. Один с руками гориллы валялся на боку, грудь разворочена дробью.

Бойцы Шестой улицы добивали Валентинос. Очередь, потом контрольный.

Потом ещё один выстрел в голову.

Один из них перезарядил помповый дробовик, дёрнул затвор и выстрелил лежащему прямо в лицо. Голова разлетелась, как спелый арбуз.

Айнц отвернулась, а потом снова перевела взгляд на происходящее. Она не смогла не смотреть, ей было страшно и одновременно любопытно.

Шестая улица после боя собирала жетоны своих погибших и забирали тела, а кто то проверял трупы убитых, переговаривались коротко, по делу.

Когда они заметили Таню и Айнс, взгляды задержались. Потом один махнул рукой пропуская их дальше.

Навигатор показал: 100 метров.

Стрельба осталась позади.

Через квартал жизнь снова текла спокойно. Люди сидели, курили, смеялись. Бомжи спали. Проститутки ждали клиентов.

Как будто ничего не было.

Они вышли к баскетбольной площадке.

И только там Айнц наконец поняла — она уже не та, что шла сюда.

Баскетбольная площадка лежала между домами, как старая рана, которую давно перестали лечить.

Асфальт был потрескавшийся, кольца — что не минялись десятилетия и уже проржавели, потрескавшиеся щиты.

Солнце стояло высоко. Свет был жёстким, прямым, без намёка на прощение. Тени от колец и проводов резали землю геометрией, и в этих линиях Таня чувствовала порядок. Хоть какой-то.

Они подошли без спешки.

Айнц — встала на шаг позади, не из страха, а по привычке.

Таня — подошла и сказала Айнц опустить ящик.

Фиксер сидел на зрительском месте у края площадки, под открытым небом, где бетон ещё держал прохладу.

Он не прятался и не демонстрировал себя.

Возраст выдавали не годы, а то, как он держал плечи. Прямая спина человека, который давно решил не сгибаться. Тёмный свитер, аккуратный, без показной роскоши. Под ним — рубашка, воротник застёгнут. На груди — крест. Не массивный, но на вид тяжёлый, золотой, на цепочке, потемневшей от времени.

Его лицо было сложным. Морщины не от старости, а от жизненного опыта. Шрамы, татуировки как напоминание прошлых ошибок, старый имплант в виске — функциональный, не модный. Руки — сильные, с перстнями, кожа исписана символами, которые не все можно понять с первого взгляда.

— Зови меня Падрэ. Я местный фиксер. Добро пожаловать в Хейвуд… и в особенности — в Глен. Как добрались?

Таня вышла вперёд, на полшага опередив Айнц. Плечи расправлены, взгляд прямой.

— Под звуки салютов, — сказала она. — Хейвуд всегда такой дружелюбный?

Падрэ усмехнулся, уголок губ дёрнулся.

-Город это — Логово волков если не имеешь силу или статуса, то к тебе не проявят уважения, а не будет уважения не будут и страха испытывать волки, но это поправимо повышай свою репутацию и тогда они дважды подумают перейти тебе дорогу. Вам повезло: видно, что-то в вашем поведении заставило «Шестую улицу» не тронуть вас.

Таня хмыкнула.

— Должно быть, моя недовольная рожа.

— Может и так, — спокойно ответил Падрэ. — А может, сам Бог помог вам.

Таня скривилась, будто Падрэ пытался накормить её верой с лопаты.

— Я не верующая. И сама всего добиваюсь.

Она постучала пальцем по пистолету.

— Моя вера — это оружие, евродоллары и моя голова на плечах.

Падрэ нахмурился, внимательно глядя на неё.

— Не веришь? Ну, у каждого свои взгляды. Кто-то верит в Бога, кто-то — нет.

Он коснулся креста.

— Это не имеет значения. Он смотрит на всех одинаково. Я вот верю в Бога… и надеюсь, когда моё время придёт, Он поверит в меня.

Таня чуть наклонила голову.

— Ладно-ладно, я поняла. Может, перейдём к делу?

— Хм… — Падрэ кивнул. — Да, действительно. Дела не требуют отлагательств.

Он достал агента — модель заметно новее Таниного, — сказал в него пару слов и убрал обратно.

Из переулка вышел мужчина крепкого телосложения.

— Маркус, — произнёс Падрэ. — Ты принёс наш подарок?

— Да, конечно, босс.

Маркус поставил на ящик кейс и открыл его. Внутри, аккуратно уложенный в пазы, лежал ПП D1 «Пульсар» и четыре магазина.

— И отдельно от меня — ящик патронов, — добавил Падрэ. — Этот малыш кушает патроны быстрее, чем его владельцы успевают их покупать.

Он кивнул на экипировку.

— А также я взял на себя смелость подобрать пару разгрузок с подсумками под пустые магазины.

Таня достала ПП и начала осматривать его: проверила, как лежит в руке, прицелилась в пустоту, затем вынула магазин и оценив ход защёлки, прикинула перезарядку.

— Это какая-то модификация?

— Крайне посредственная, — честно ответил Падрэ. — Скорострельность повышена на пять процентов от оригинала, хоть и без этого быстро опустошает магазин.

Он указал на дульную часть.

— Дульный тормоз самого низкого класса. Позволит легче контролировать отдачу, и колиматорный прицел, стандартный прицел может быть неудобен в использовании.

— Спасибо.

Маркус кивнул и ушёл, забрав ящик, который принесли девочки. Падрэ остался с ними наедине.

— Не за что, дитя. Также я договорился с местным рипердоком.

Он сцепил руки за спиной.

— Поставит вам базовые импланты: Кибердеку для связи с миром и выхода в сеть, установит личные порты. Базовый минимум для работы соло, да и для жизни в НайтСити.

— Отлично, — сказала Таня. — Также нам нужна оптика для Айнц.

Падрэ достал агента, связался с рипердоком. Закончив разговор, снова посмотрел на Таню.

— Хорошо, без проблем. Установку базового апгрейда беру на себя, а вот оптику нужно будет отработать.

— Согласны, отработаем. Уже есть заказы на примете?

— Да, но сначала вам стоит найти, где остановиться.

Он прищурился.

— Рекомендую мегабашню H10 в Маленьком Китае. Район Уотсон. Есть одна комнатка, все удобства. Вам двоим подойдёт. В башне живёт хороший наёмник. После рипердока наберите его — он поможет с арендой. Есть пять тысяч?

— Найдётся.

— Ну и хорошо, — кивнул Падрэ. — Бог тебе явно благоволит. Первый месяц будет оплачен.

— И как зовут этого наёмника?

— V. Я запишу тебе номер.

Таня приподняла бровь.

— Серьёзно? Просто V?

— Ну, он Винсент был в свою бытность корпората и его так прозвал его друг, — пожал плечами Падрэ. — Как-то прижилось.

Он усмехнулся.

— По имени звать долго, ну и придает некоторую уникальность ему. Даже я чаще представляюсь как Падрэ. Как и Дед.

— Его и в вашем мире так зовут?

— Тоже прижилось. Да и имя своё он не говорил.

Падрэ усмехнулся.

— А «Барыга» и «Торгаш» давно не уникальны. А «Дед»… само с языка слетает, когда его видишь.

Он переслал номер на агент Тани.

— Понимаю. Хорошо, позвоним ему после операции.

— Вот и хорошо. Ступайте с Богом. Пока вы на моей земле — он за вами присмотрит.

— А на другие районы покрытия не хватает?

Падрэ усмехнулся и махнул рукой.

— Ступай, дитя.

— Ладно. Мы пошли. Позже вернёмся за работой.

— Хорошо.

Таня и Айнц отошли от Падрэ и уселись чуть дальше, под навесом соседнего дома.

Айнц шумно выдохнула, опуская плечи.

— Куда едем дальше?

Таня посмотрела на выход из переулка, где в небо поднимался починенный ави Trauma Team, затем перевела взгляд на неё.

— К риперу… — сказала она. — А потом свяжемся с этим V.

Она сделала паузу.

— Ладно, погнали. Устроим Chippin’ In