Онлайн чтение книги Объятия Бога
Пролог

    Это началось с научного прорыва, который должен был спасти человечество.

    В 20ХХ году группа исследователей в Калифорнийском университете объявила об успешной стабилизации квантового моста — первого в истории межпространственного портала. Мир ликовал: бесконечная энергия, мгновенные путешествия между звёздами, лекарства от всех болезней... Пока через три дня не исчезла вся научная команда.

    А затем из разлома в реальности вырвались Они. Монстры. Чудовища, которых отторгала сама вселенная. Их тела не имели чёткой формы, они перетекались словно липучая жидкость. Их кровь оказалась токсичной для всего, к чему прикасалась, а сами они пожирали всё живое, что попадалось на их пути. Поэтому их прозвали Пожирателями. Они были огромными, неповоротливыми, неуязвимыми.

    Калифорния прекратила своё существование за сорок часов. Погибли миллионы. Люди пустили в ход всё, что было на вооружении, но это не возымело почти никакого эффекта. Самые мощные заряды оставляли лишь царапины на исполинской туше, а токсическая кровь выжигала землю в непригодный для жизни пустырь.

    Позже выяснилось, что в ходе экспериментов был нарушен барьер, разделяющий нашу реальность и область, где действуют иные физические законы. Пожиратели не были просто существами — это были фрагменты другого мира, где биология давно уступила место живому коду материи. Их присутствие искажало само пространство. И теперь каждый новый Пожиратель — это не просто враг, это симптом более глубокой, разрушительной болезни, заражающей саму ткань реальности.

    Когда стало ясно, что оружие на вооружении человечества бессильно, был запущен проект «Оникс». Люди построили гигантские мехи — синтетические экзоскелеты, укреплённые бронёй из стабилизированной тёмной материи и оснащённые оружием, стреляющее сгустками хаотизированного пространства. Управлять ими напрямую было невозможно — слишком сложны, слишком интуитивны. Но ни один ИИ не выдерживал контакта с Пожирателями дольше 17 секунд, а человек проживал и того меньше. Решением стало нейросоединение: пилот и ИИ сливались в единую боевую единицу. Это позволяло меху действовать с почти человеческой реакцией, но ценой стали перегрузки мозга.

    Каждый запуск доспеха как прыжок в пекло. Синхронизация жгла нервы, рушила психику, размывала грань между машиной и человеком. Пилоты держались так долго, как могли. Кто-то вылетал через пару сеансов. Кто-то сгорал за один бой. Но другого пути не осталось.

    Теперь эти железные исполины последние часовые человечества. Они стоят на краю бездны, которую люди сами же и открыли. И пилоты сражаются не только с монстрами, но и с медленным распадом собственного «я». И хуже всего то, что никто не знает: защищают ли они мир или просто оттягивают неизбежное.