Ма Юань попросил обсудить все неотложные дела и вопросы именно сейчас, потому что завтра ему нужно совершить поклон в местном храме Чэн-хуан¹. Затем отобедать с некоторыми главами кварталов и рынка, провести совместный осмотр тюрьмы с надзирателем и успеть принять шэньши². А еще подготовить для всех подарки. Словом, Ма Юань решил исполнить весь ритуал вступления в должность от и до, как полагается. И хотя прошлый чиновник ничего передать не успел, он уже изучил все архивы за последние десятилетия, а также наладил контакт с заведующим казной и рынком. 

— Как вы считаете, уместно ли оставить статую бога божества в храме Чэн-хуан? — спросил мимоходом Ма Юань, когда они перешли к десертам.

Жень И вспомнил, что у чиновника Вэнь в саду тоже стояла кумирня с божеством богатства. Какая-то горечь расползлась по кончику языка, превращаясь в усмешку. Определенно некоторые люди готовы переступить мораль веков, лишь бы озолотить свой широкий пояс. 

Сам юноша еще не успел зайти в местный храм бога покровителя, хотя они не очень-то отличаются в разных городах. Иногда в прибрежных селениях покровителем выбирался бог воды, моря или ветра, чтобы плавание всегда проходило удачно. В пограничных соответственно выбирали бога войны или защиты. 

А что же такой райский уголок, затерянный среди персиковых садов? Прошлый чиновник самолично распорядился снести прошлого покровителя и поставить на его место бога богатств. Аргумент звучал так: “Чтобы наш край всегда процветал!”

Местные что могли сделать. Собственно, ничего. Повздыхали на такое кощунство и смирились. 

— Думаю, если вы от своего имени объявите нового покровителя, люди смогут вздохнуть спокойно. — с улыбкой ответил Жень И. — Хоть я не приверженец поклонения именам, все же божества не имеют права вмешиваться в наши дела.

Лю Цзинсу хихикнула, но тут же прикрыла рот рукой. Что ее так рассмешило, юноша спрашивать не стал.

— Хм, тогда может, у главы Жень есть идеи? — снова поинтересовался Ма Юань, вертя в руках чарку с чаем и с любопытством посматривая на юношу, как на особо интересную строку в книге. 

— Может быть… — Жень И на мгновение задумался, перебирая в памяти всех богов и духов. — Может безымянное божество гармонии?

Всего божеств гармонии имелось два. Одного звали так заковыристо, что имя слетало с разных губ по разному. Другой же не имел его вовсе. А все потому, что это божество и не божество гармонии вовсе. Его истинная сила не известна. По легенде он скитается между мирами, вдоль реки Междумирья. Каждый вдох его это застывший рассветный миг. Каждый выдох это прохлада перед наступлением ночи. Куда бы он не пришел, время останавливает свой ход, и приносит он туда мир и покой. 

Жень И больше нравилась вторая легенда, чем тот, чье имя даже не выговорить. К тому же, о первом боге гармонии толком ничего и не известно-то. Кроме того, что он уж больно любит в качестве жертвоприношений чтение огромных молитв. Бывало его верователи сидели в храмах по несколько дней, читая молитвы и сутры. Теряли сознание от истощения.

— У безымянного божества гармонии и впрямь прекрасная легенда. — кивнул Ма Юань. — Однако, не возникнут ли у людей возмущения из-за отсутствия конкретного имени? Именно из-за этого божество это почти забыто.

— Этот бедный слуга лишь предложил собственное жалкое мнение. Вы не обязаны прислушиваться к нему. Я не жалую ярое поклонение богам, однако другие люди могут отличаться. — Жень И сделал паузу, выдохнув накопившийся воздух, точно слишком тяжёлый груз мыслей, и посмотрел на Цзюэ Цина. — Не поймите неправильно. 

Кажется, эта тема заставила Ма Юаня задуматься снова и даже глубже. Не каждый день встретишь человека, отвернувшегося от милости богов. И хотя простые люди обычно таких не жалуют, обходят стороной, Ма Юань не относился к их числу. Он сам не раз просил разных благословений перед битвами. Быть может, он все еще остался жив после стольких кровавых сражений благодаря защите небес?

На этом они закончили ужин и Ма Юань вместе с помощником проводили гостей до ворот. У порога к ним выплыла пара нежных и тонких фигур, сияющих мягким светом в ночной темноте. Одна большая, другая совсем маленькая.

Это были жена и дочь чиновника Ма.

— Дорогой муж, не должны ли мы выделить охрану и проводить гостей? — обеспокоенно поинтересовалась госпожа Ма, приобняв руку чиновника. — Ведь по ночам…

— Верно, генерал, мало ли что ожидать от демонов. — вторил помощник.

Но Жень И поспешил поднять ладони и смущенно улыбнулся:

— Не стоит, не стоит, правда! Они нас не тронут. Генерал, надеюсь, вы развеете эти слухи, чтобы люди тоже больше не боялись. 

Ма Юань кивнул. На этом они распрощались.

Луна давно пересекла зенит и теперь клонилась к горам. Цзюэ Цин, утомленный слушаньем разговоров взрослых, на полпути начал клевать носом и чуть не отпустил руку юноши. Жень И успел подхватить его и понес до дома на руках. 

Придя в бюро, он отвел для Лю Цзинсу вторую комнату в заднем доме. Как раз рядом с комнатой Лу Лу. И объяснил, что обычно завтрак готовит он, примерно к часу дракона³, но если девушка захочет, то может пользоваться продуктами на свое усмотрение. 

Также утром ей нужно будет прийти в главный зал и совершить ритуал вступления в должность. И получить подвеску с приказом. Если, конечно, она и правда отмечена смертью.

— Хорошо. — бросила она, уже переступая двор заднего дома. — Но попрошу не беспокоить меня ближайшие пару дней. Это…это женские секретики.

Подмигнув, Лю Цзинсу беззаботно направилась в дом. Свет загорелся, но через мгновение уже потух.

Жень И, мягко говоря, растерялся, но решил, что лучше об этом не думать. Вместе с ребенком на руках он направился в их покои и лег прямо в верхней одежде. От усталости кошмары не терзали разум, однако легкая волна боли все же коснулась груди.

Ночь прошла беспокойно.

Как и следующий день. 

С самого утра Хуан Юча пускал на юношу недовольные взгляды и закрывал кривую мину веером. Пока Жень И возился у плиты он не преминул добавить, что просил не пускать ту девушку в дом. Правда, так и не смог дать внятных объяснений почему. Да и сяогуй поддакивал ему, ревниво скрестив руки и прячась за ногой красноволосого.

— Кое-кто напился и проспал весь вечер, а нам пришлось вместе с барышней Лю держать лицо перед новым чиновником. — парировал Жень И, на что Хуан Юча надулся и больше ничего не говорил.

Как и обещала, Лю Цзинсу пришла к картине госпожи Мэн. На камне трех миров уже красовалось ее имя, а после испития чая оно вспыхнуло черными красками. Из тумбочки как всегда, по волшебству, Жень И достал подвеску с приказом и отдал девушке.

 Потом Лю Цзинсу просто ушла в комнату и заперлась. Не открыла дверь даже тогда, когда Жень И постучался позвать ее на завтрак. Зато на шум вышла Лу Лу. Девушка выглядела значительно лучше, даже на похудевших щеках теперь играл легкий румянец.

— Господин Жень, эта ничтожная служанка не имеет никаких ценностей, чтобы отблагодарить вас за спасение. — Лу Лу низко поклонилась, не успев даже полностью выйти за порог комнаты. — Мне некуда идти… если бы вы позволили… я бы…

Жень И подскочил к ней, осторожно коснулся локтей и приподнял:

— Ну нужно, пожалуйста. Это твой дом теперь. Живи и не беспокойся. — юноша улыбнулся, утирая рукавом заблестевшие в чужих глазах слезы. — Наше бюро не оставит тебя голодной и без крыши. Ты также можешь делать то, что хочешь. Но…

Лу Лу наклонила голову, ожидая услышать продолжение после “но”. Однако Жень И лишь сдавленно улыбнулся и попросил следовать за ним. Он до сих пор не знал как объяснять людям, что в его бюро работают демоны! Да и сам не понимал, как так, собственно, получилось.

Он вывел девушку во двор и указал на корзинку под мэйхуа:

— Там спит сяогуй. — сказал он и Лу Лу вздрогнула, зажав рот ладонями. — Он милый и совсем не злой. Он член нашей команды, поэтому не бойся. Сюда также иногда заглядывает синий тигр… его тоже не бойся.

— С-синий тигр? — севшим голосом переспросила Лу Лу, с такими большими и ошалелыми глазами, как будто она снова упадет в обморок. — Тот самый? Один из тех, что запугивают город?

Жень И вздохнул и пригласил девушку обсудить остальное уже за завтраком.

Он усадил ее за столик в обеденной, где их ждал Цзюэ Цин. Мальчик помог с сортировкой на всех троих и теперь покорно ждал, когда Жень И первым возьмется за еду. 

За завтраком юноша объяснил все последние новости Лу Лу, заверив, что в бюро ее не тронет ни один демон. Местные, по крайней мере, точно.

— Цин-эр, а где наш разобиженный веерок? — спросил Жень И, когда завтрак уже доели, а их товарищ так и не соизволил выйти.

Цзюэ Цин написал на ладони юноши:

“Сказал, не голоден. Вино.”

— Ясно. И что это с ним. — задумчиво протянул Жень И, но решил, что поговорит с ним потом. — Раз так, давайте сходим в магазин и купим теплую одежду к большим холодам. 

— Г-господин, — Лу Лу опустила голову и тихонько продолжила, — могу я остаться? 

— Конечно, не переживай. Отдыхай. Если что-то понадобится, не бойся попросить сяогуй. Посуду оставь, пусть Хуан Юче помоет.

Девушка неуверенно кивнула. Но, когда он и Цзюэ Цин выходили из дома, юноша краем глаза заметил, как Лу Лу шла на кухню мыть посуду. Он вздохнул и покачал головой. Ужасно неудобно было видеть, как еще не окрепшая хрупкая девушка с таким страхом и неуверенностью решилась взяться за домашние хлопоты. Он ведь сказал ей отдыхать…

Жень И повел Цзюэ Цина в ту же самую лавку, где они покупали одежду. Теперь одну сторону лавки занимали манекены и полки с теплыми одеждами и накидками. Недавно полученное вознаграждение ушло на великолепную синюю меховую накидку для Цзюэ Цина, в простую серую для Жень И, а также коричневую для Лу Лу и несколько бордовых для Хуан Юча и Лю Цзинсу. 

Хоть у двух последних карманных денег явно больше, чем вознаграждение, Жень И не мог не позаботиться о своих подопечных. 

 Сложив покупки в несколько рулонов, они прикупили еще кое-чего из продуктов и уже собирались вернуться в бюро. Но по пути их оклинула старая гончарка.

— Глава Жень! Прошу, загляните ко мне на пару минут!

Цзюэ Цин едва успел затормозить, чтобы не споткнуться об юношу, когда тот резко остановился. Гончарка тепло улыбалась и махала рукой, зазывая внутрь дома. Юноша и мальчик зашли на порог.

Жень И часто помогал старушке с добычей глины, поэтому Цзюэ Цин не удивился, что она их позвала. Скорее, его удивила причина. Старая гончарка, вытянув руки, несла со всей осторожностью крохотную коробочку. Жень И даже вытянул шею от любопытства, ведь уже знал что там.

Внутри скромно лежала такая же крохотная чарка. Не больше половины гэ⁴. Розовая глазурь у самого низа вся в трещинах, точно чарку окунули в паутину, а сверху цвет тускнел. Это маленькое прелестное сокровище заворожило Жень И. Так, что он чуть не выронил свертки с одеждой.

Цзюэ Цин лишь наклонил голову, не понимая, что происходит.

— Глава Жень, вам ведь они нравятся. — гончарка протянула коробочку ближе. — Эту новую глазурь мне подарил господин Ма, когда заказал несколько ваз. Вот я вам и сделала небольшой подарок. За помощь.

Пока юноша с благодарностью принимал подарок, Цзюэ Цин задумался и опустил голову. Он взял еще несколько свертков, не смотря на то, что и так вызволился нести большую часть вместе с продуктами. Так у Жень осталось всего два свертка с одеждой, на которые была поставлена коробочка с чаркой. 

— Нет, сделаем по другому. 

Жень И покачал головой и в одно мгновение поменялся вещами с ребенком. Теперь почти вся ноша была у него, Цзюэ Цин же уставился на коробочку с подарком в своих руках.

Наконец, еще раз поблагодарив гончарку и пожелав ей доброго вечера, они направились в бюро. 

На улице с каждым днем больше холодало и день становился короче. Лишь багровые шапки Тигриной Горы темнели на фоне слепящего неба и белых земель. А сами горы отдавали синевой.

Удивительно, но на улицах к обеду и после совсем не виднелось людей. Те редкие прохожие и работяги спешили куда-то, скорее укрыться от незримой угрозы. Тревожное дыхание стелилось под ногами. Даже тени в переулках жались ближе к земле, словно вовсе хотели уползти подальше.

Жень И и сам чувствовал какое-то странное напряжение, поэтому украдкой посматривал на Цзюэ Цина. Но мальчик шел спокойно и уверенно. Лишь изредка его ручки чуть сильнее сжимали ношу.

В бюро они вернулись к закату. Лю Цзинсу все еще отдыхала в своих покоях. Лу Лу пыталась приготовить ужин из того, что осталось из продуктов. А вот Хуан Юча, сидя на корточках под мэйхуа, озадаченно тыкал корзинку веером.

— Что с ним? — Жень И подошел к нему и тоже осмотрел корзину. 

Сяогуй лежал внутри, но никак не реагировал.

— Без понятия. — Хуан Юча пожал плечами и привстал. — С самого утра тише воды. Может заболел? О…

Увидев в руках юноши сверток, который он ему протягивал, Хуан Юча потерял все слова. 

— Холодает, так что, мы купили всем утепление. — объяснил Жень И, видя, что заклинатель совсем растерялся и неуверенно мял веер в руках.

Такое поведение было непривычно видеть. Хуан Юча, любитель вина и питейных заведений, праздный гуляка и специалист по лени. Сейчас он выглядел точно бездомный котенок, которого подобрали в дождь, привели домой и обогрели.

— Это мне?... — неверяще переспросил Хуан Юча, все же приняв сверток.

Он осторожно отогнул край. Шелковистый багровый мех переливался в лучах заходящего солнца, став еще насыщеннее. Глаза Хуан Юча опустились вместе с головой и челка накрыла лицо…

— Спасибо…

И это все, что он смог выговорить севшим голосом. Жень И улыбнулся и решил отойти на кухню, чтобы помочь с готовкой и дать Хуан Юча прийти в себя. Он совсем не ожидал столь искреннюю и неуверенную реакцию. Такому человеку, как Хуан Юча, наверняка девушки дарили самые роскошные подарки. Да и сам он мог приобрести любую безделушку. Кто бы знал…

Лу Лу приняла свою накидку со слезами на глазах и еще раз пять поклонилась, не переставая благодарить. Жень И еле как ее остановил.

Они вместе с Цзюэ Цином приготовили ужин и вчетвером поели. Хуан Юча больше не ворчал, кажется, его гнев сходил на нет.

А после ужина Жень И прозанимался с Цзюэ Цином письмом и чтением до второй стражи. Они оба пропустили “спокойный сон”. И мальчик еще бы продолжил выводить иероглифы, если бы Жень И не увел его силой. Юноша подхватил ребенка на руки, закружился с ним вместе с падающими лепестками мэйхуа и так они и дошли до комнаты.

Ни единого смеха не раздалось тем вечером. Жень И понимал, что лучшее, что он может подарить ребенку, это нежная улыбка и понимающая тишина.

Удивительно, но Цзюэ Цин уснул мгновенно, даже не успев накрыться одеялом. На маленьком бледном личике, казалось, залегли тени усталости. 

— Неужели так устал от каллиграфии? — удивленно прошептал Жень И, поправляя упавшие черные пряди ребенка.

Сам юноша спать не планировал. Он вышел обратно во двор и вдохнул полные легкие похолодавшего воздуха. По плечам прошлась волна шелкового холода. Призрачные огоньки теперь летали ближе к земле и дрожали.

Все обитатели бюро давно спали, поэтому Жень И почувствовал легкое одиночество. А сев за столик, все его тело вдруг наполнилось тяжестью. Словно невидимые руки тянули к земле. Усталость от целого дня на ногах дала знать.

К тому же, его тело еще не успело до конца восстановиться и плохо справлялось с нагрузками. 

Жень И просидел во дворе еще половину шичэня, пока голова не соскользнула с локтя. Он почти уснул. Однако ни мелодии, ни тигра, ни демона все еще не было. Двор пустовал.

Нехорошее предчувствие, возросшее накануне вечера, сменилось грустью.