Жень И очнулся от того, что по телу распалялось тепло. В нос ударило облако пара, смешанное с запахом трав. Горячая вода приятно обжигала кожу, но голова кружилась. Он попытался пошевелить рукой - пальцы лишь слабо дрогнули.

Спустя несколько мгновений ему удалось рассмотреть коричневые очертания банной комнаты и бледное испуганное лицо Цзюэ Цина.

Мальчик держался обеими руками за бортик деревянного таза, в котором лежал Жень И. 

Увидев, что юноша очнулся, Цзюэ Цин подскочил и обхватил его щеки ладонями, рассматривая каждый кусочек лица..

— Ты чего, все хорошо. — мягко рассмеялся Жень И, хотя с трудом смог поднять руку и отнять ладони от своего лица. — Спасибо, ты все сделал правильно.

Жень И с большим усилием положил руку на шею ребенка и притянул к себе, коснувшись своим лбом его. В этом жесте он хотел показать все свое доверие и благодарность. Потому что говорить все еще было тяжело.

Он лежал в горячей, но приятной, воде, полной трав. Цзюэ Цин сам был все еще одет в новый наряд и ни капли сна в глазу. Видимо он просидел все это время у ванны, следя, чтобы температура не упала.

В банную комнату зашел Хуан Юча. Он уже принял свой истинный облик и успел протрезветь. Хотя, может, и вовсе не пил, а только делал вид. В любом случае выглядел он лучше, чем Жень И.

— Где она? — первым делом спросил Жень И, привстав в ванне, чтобы облокотиться о бортик.

— Спит. — ответил Хуан Юча с такой легкой небрежностью, точно ничего они этой ночью не совершили. — Пока ты отмокал, успел ее расспросить. Этот чиновник, гад, держал девушку у себя целых два года, прежде чем…Ну ты понял. По ее словам, к ней он ходил всего один раз. До этого два года она жила у него в поместье как обычная служанка. 

Жень И повел плечами, чувствуя как от поступающего гнева все мышцы окаменели. 

— Сколько я пробыл без сознания и в каком…я состоянии? — спросил Жень И, решив сменить угол темы.

— Два часа мы приводили тебя в чувство этими травами. — Хуан Юча кивнул на воду. — Даже не буду спрашивать, на какой случай ты их заготовил. А вот состояние…Ох, говорил же тебе, не используй всю силу сразу! Дай проверю пульс…

Хуан Юча подошел ближе и уже потянулся к юноше, но тут его отпихнули. Цзюэ Цин, раскинув руки, загородил собой Жень И с таким хмурым лицом, точно у него собирались отнять единственную булочку.

— Маленький паршивец, — хохотнул Хуан Юча, кажется нисколько не обидевшись, — если хочешь чтобы наш глава был здоровым, не глупи и отойди. Я только проверю его пульс. Или что, сам сможешь?

— Цин-эр, можешь подать мне одежду? Пожалуйста. — Жень И притянул мальчика за плечо и тот повернулся к нему.

Ребенок и правда выглядел сердитым и недовольным. Он никак не хотел отходить от юноши, но все же выполнил просьбу и принес стопку аккуратно сложенных вещей.

За это время Хуан Юча успел проверить пульс и осмотреть общее состояние Жень И. Итог оказался не настолько плачевным. Меридианы лишь надломились в некоторых местах и немного истощились. Пара дней отдыха и медитаций поставят на ноги.

Вот только…

— Благотворительное мероприятие сегодня. Хуан Юча, я должен быть на ногах. — брови Жень И сошлись на переносице, ему пришлось сделать упор на каждое слово, чтобы звучало как можно строже.

Красноволосый присел на бортик и заглянул ему в глаза неверящим взглядом. Цзюэ Цин тоже застыл и стал смотреть то на него, то на Жень И.

— Ты понимаешь, что последствия будут еще хуже? Ты можешь… лишиться меридиан вовсе! — с удивленной злостью выпалил Хуан Юча, ни на миг не сводя пристального взгляда.

Из-за этого темного давящего взгляда Жень И чувствовал, что собственная сила воли прогнулась. Но все же настоял на своем.

— Я знаю, что ты можешь. — продолжил он. — Откуда у тебя эти техники, как ты им научился, кто ты и почему помогаешь…мне это не важно. Сделай, как я прошу, за последствия расплачиваться мне и только мне.

Хуан Юча нервно хлопнул себя по колену и подскочил, отворачиваясь в другую сторону. Его потемневшие глаза метались из угла в угол, не находя себе места. Вся его ленность и беззаботность куда-то вмиг улетучились, явив иную сторону. 

Он прошелся по темной банной комнате, чуть не сбив горшки с мылом и травами.

— Ты безумец. — наконец сказал Хуан Юча, а затем тыкнул в ребенка пальцем. — Ты, вытаскивай его и веди в спальню сушиться. 

 Цзюэ Цин и так уже помогал Жень И подняться и вытереть влагу полотенцем. Затем помог завернуться в спальные одежды и, придерживая, довел до комнаты. Сам юноша едва переставлял ноги и на лестнице, ведущей из банной комнаты наружу, чуть ли не полз.

Хуан Юча наблюдал и шел за ними с побелевшим и хмурым лицом. Ну точно второй Цзюэ Цин.

Уже сидя на кровати в комнате, ребенок заботливо вытер волосы юноши от излишней влаги, а затем стал просушивать пряди другим сухим полотенцем. Но его руки немного дрожали, от чего волосы спутывались, а попытка расчесать их гребнем также провалилась. Мальчик явно нервничал и не мог взять себя в руки. Наконец он просто швырнул полотенце и гребень в угол, прижавшись лбом к мокрому от волос плечу юноши.

От такой трогательной заботы и волнения сердце Жень И наполнилось теплом. Он едва сдерживался, чтобы не расплыться в улыбке. Но все же приобнял ребенка и ободряюще похлопал по спине.

— Спрошу еще раз…уверен? — Хуан Юча стоял перед ним, подобно приговору.

— Да. Главное, чтобы я смог простоять хотя бы до вечера.

Хуан Юча вздохнул и потер переносицу. Затем поднял свой веер на уровне груди и сделал круговое движение запястьем. Переливаясь золотыми искрами, веер стал вдруг деревянным, на каждой спице пара зеленых листочков. На крайних пластинах алые цветы. 

“Сколько же у него припрятано в рукаве. Да кто он такой?”

Эта мысль регулярно проскакивала у Жень И, вызывая головную боль. Но на этот раз он ее отбросил и сосредоточился на чужих движениях.

Веер в руках Хуан Юча плавно перекатывался. Листочки едва трепетали. 

Сложив два пальца, он провел по центральной спице, ведя струю зеленой энергии прямо к листкам. Затем, резко оторвав их и сделав несколько резких движений в воздухе, Хуан Юча запустил ими в юношу.

Листья, напитанные неизвестной, но невероятно мощной и прохладной энергией, слились с телом. Жень И все это время не закрывал глаз, пытаясь понять смысл и происхождение этой техники. Однако, почувствовав как внутри разливается легкая обволакивающая сила, не смог не прикрыть глаза от облегчения. Боль ушла, оставив холодок в каждом суставе и косточке.

— Этого должно хватить до заката. Как ощущения? — Хуан Юча сложил веер и спрятал в рукав, а сам подошел ближе и приложил тыльную сторону ладони ко лбу Жень И.

Кожа тоже стала мертвенно холодной, если бы не биение сердца, можно было перепутать с трупом.

— Мм, сносно. По крайней мере ничего не болит.

Цзюэ Цин, все это время хмуро наблюдавший эту сцену и сидевший, как на иголках, подполз к юноше с другой стороны и стал осматривать руки и лицо. Наконец он убедился, что Жень И в порядке и сел на край кровати, ближе к столу, чтобы налить ему воды.

До рассвета оставалось меньше двух часов. За это время они обсудили план действий и немного отвели нервы.

Из показаний девушки, имя которой Лу Лу, стало ясно, что детей шуйгуй возвращал в дом чиновника по договору. Как тот смог заключить с демоном договор, осталось неизвестно. 

Шуйгуй в битве с Жень И все повторял, что некий хозяин велел ему найти перерождение с приказом Янь Вана. Но это явно не чиновник Вэнь. А значит у шуйгуй было два хозяина.

Может ли быть такое, что эти личности взаимно помогали друг другу? Или же они совсем не связаны?

Самих привезенных в город детей, по большей части, содержал этот же чиновник. Поселив их в дома, он проводил медицинский осмотр и выплачивал небольшие пособия. Жень И успел узнать еще из расспроса, что эти выплаты происходили из рук в руки. Поэтому доказательства только на словах. 

И если местные дети защищены шаньюэ, то у других ее нет. Шуйгуй мог свободно их похищать. Но это тоже выглядит подозрительно. Разве не все жители Учжоу находятся под его защитой?

Сложив все, что имели, Хуан Юча и Жень И составили план своих действий.

— Почему это я на заднем плане? Разве не разумнее будет мне выйти из толпы и объявить во во всеуслышание о содеянном этого “благородного мужа”? — возмутился Хуан Юча, когда узнал о своей роли.

Жень И устало потер переносицу и вздохнул:

— Начнем с того, что только меня видели городские, как главу бюро. Тебя, думаю, признают только в питейных домах. И будет разумнее, если все обвинения выскажет холодный и рассудительный ум. К тому же…не ты ли говорил, как тебе лень и ты устал?

Спорить дальше не было смысла. Хуан Юча сам загнал себя в угол, поэтому оставалось только яростно замахать веером, чтобы разогнать тучи смущения и возмущения.

Однако осталась одна маленькая проблема в лице Цзюэ Цина. Оставаться дома тот ни в какую не пожелал. Отправить ребенка за лекарем, чтобы привести того к месту действия - просто неразумно. Он не сможет ни рассказать, ни показать, а знаний для письма еще недостаточно. 

А оставить его дома вместе с сяогуй…идея тоже не безопасная. Сяогуй подчиняется Жень И. И то с неохотой и только за поощрение. А ребенок для него станет просто грушей для битья на целый день.

В итоге Жень И решил, что возьмет Цзюэ Цина с собой, по крайней мере этот опыт будет ему полезен. Единственное, чего он опасался, так это того, что здоровье может подвести раньше, чем все закончится. Полагаться на Хуан Юча себе же дороже, а хрупкую Лу Лу задавят вместе с мальчиком же толпой. Но выхода у него особо не оставалось.

  — Выходи не раньше, чем начнется общий переполох. — предупредил перед выходом Жень И, тут же широко зевнув. — Только умой ее и дай одежду. Бедняжка и так намучилась.

— Да-да, конечно. Идите со спокойной душой. А я пока отдохну.

Хуан Юча бесстыдно развалился на кровати Жень И, помахав в их сторону веером на прощание. На это юноша и мальчик только закатили глаза.

Город уже давно проснулся и работа кипела. К приезду столичного дуюйши улицы и дома очистили от снега, нищих тоже помыли и даже приодели. Садовые работники полным составом вышли трудиться, даже те, у кого был законный день отдыха. Все делали вид, что город пестрит теми красками, которыми, по сути, не должен.

Даже все бумажные деньги убрали с дорог, сняли белые гирлянды и наконец зажгли фонари.

В какой-то момент Жень И и мальчику показалось, что Учжоу из-за этого потерял кусочек своего очарования…

Жень И вел Цзюэ Цина под руку, они оба настороженно и холодно озирался по сторонам. Особенно подойдя к небольшой площади перед поместьем чиновника. Там, у столиков с едой, столпилось около половины бедного населения! Очередь уже давно потеряла очертания и толпа людей просто плыла по течению. С мисками и тарелками. С глазами, полными восторга и слюной на подбородке. 

За почти десятком столов стояли служанки и молодые люди, едва успевающие накладывать в миски и тарелки паровые булочки и сладкую кашу с персиковыми цветами. 

Да, мероприятие хоть и благотворительное, но чиновник Вэнь по своей натуре не смог не показать себя.

Сам он стоял у ворот дома вместе со стражей, которых теперь стало в три раза больше. Рядом с ним еще двое неизвестных. Один, в сетчатой широкополой дамао¹ со свисающими бусинами с одного бока, его шелковое коричневое ханьфу было расшито волнами перламутровых гор. Второй, поскромнее, но тоже в дорогом одеянии. 

Оба этих незнакомых человека щурились от сильного солнца и бесстрастно осматривали как раздают еду. Чиновник Вэнь, сощурившись так, что его глаза полностью исчезли, как-то нервно улыбался, озираясь по сторонам. По шее скатилась капля пота. Хотя температура едва ли приближена к нулю.

Цзюэ Цин и Жень И переглянулись, затем протиснулись в толпу. Юноша опустил голову, прячась за чужой спиной, и стал прислушиваться к разговорам.

— В этом году еда такая щедрая!

— Только аппетита никакого. От тех двоих, рядом с нашим господином Вэнем, аж муражки по коже…Ой, положите еще кашки!

Никакого толку. Люди болтали о еде и смеялись. Многим не терпелось попробовать эту особую кашу с цветами.

Но тут Жень И уловил разговор трех мужчин, уже отобедавших и теперь сплетничающих в стороне.

— Ко мне домой сегодня стража заявилась…Все перерыли, скотины. 

— Что им было нужно, брат? Разве стража у нас в городе не только чиновничья?

— Да она самая, тьфу! Девку какую-то искали.

— Тш–ш…Ты что так кричишь? А если господин Вэнь услышит?

— Хм, моя жена сказала, что к нам тоже приходили искать сбежавшую служанку.

Жень И довольно хмыкнул. Чиновник уже узнал о пропаже. Вот почему стоит такой нервный. 

Он притянул немного растерянного из-за шума и толпы Цзюэ Цина к себе, поставил спереди и обнял. Так они стали продвигаться дальше.

Чем ближе они подходили, тем отчетливее становилось видно, как бегает глазами чиновник Вэнь. Как пальцами перебирает края рукавов и нервно кивает на короткие замечания человека в шляпе с кисточкой из бус. 

Этот же человек, озирая мероприятие, подобно цапле, городо вышагивающей по озеру, что-то спрашивал. Задавал вопросы и щурился с каждым новым все сильнее. Но в этих холодных глазах читалась та строгость, присущая человеку, что блюдет закон. Жень И понял, что именно от этого человека зависит успех сегодняшнего дня.

— Господин Вэнь поистине щедр, как о нем говорят. — услышал юноша слова человека в шляпе. — Слышал, вы помогаете сиротам этого округа обрести новый дом?

— Ха-ха, господин Бао слишком хвалит этого подданного. — рассмеялся чиновник, смахнув со лба пот. — Благополучие людей зависит от рабочих рук и мест работы. Учжоу переполнен работой, но в нем недостает свободных рук и “семейного счастья”. Вот и привожу сюда осиротевших.

Господин Бао, судя по всему являющийся столичным дуюйши, скосил взгляд в сторону чиновника. 

— Тогда я не прочь посмотреть на эти семьи. Мне даже любопытно, насколько хороша ваша тактика. — бесцветно произнес господин Бао.

Но от этих слов чиновник только больше побелел.

— Что вы, я сам проведу вам экскурсию. Негоже столь уважаемому лицу, как вы, бродить по закоулкам. — чиновник Вэнь сложил потные руки и немного поклонился.

— Вы же понимаете, что мой приезд, не просто увеселительная прогулка. — холодно отрезал господин Бао, теперь полностью развернувшись в сторону чиновника. — До меня дошли сведения, что урожай стал пропадать наравне с этими детьми..

— Господин Бао, вам незачем об этом беспокоиться! — голос чиновника надломился. — Кражами фруктов уже занимается наш ямэнь! А слухи про детей…просто слухи не более! Сплетни людей, чьи сердца поела зависть.

— Это звучит как прямая просьба не вмешиваться и закрыть глаза? — еще сильнее сощурился господин Бао, от чего губы его неровно скривились. — Быть может, вы покрываете преступника?

Этот Бао выжидающе прожигал глазами чиновника, пока тот в растерянности открывал и закрывал рот. Но так и не смог ответить.

Поэтому из толпы вдруг вышел юноша, ведя за собой ребенка:

— Преступник прямо перед вами, господин Бао. — его голос, чистый и твердый, разрушил тишину.

Толпа, чиновник и дуюйши оторвались от разговоров и еды, уставившись на вышедшего. 

Чиновник Вэнь, побагровев и нахохлившись, взметнул указательным пальцем и заорал:

— На каком основании?! Да как ты…

— Господин Вэнь, — перебил его дуюйши, теперь направив свой пронзительный взор на юношу, — не голосите в пустоту и дайте этому молодому человеку высказаться. С чего вы вообще взяли, что речь о вас?

Чиновник при этих словах опустил руку и смутился. Краски на щеках прибыло. Казалось, даже, что от волос пошел дымок.

— Прошу, продолжайте. — кивнул господин Бао.

Жень И продолжил:

— Этот ничтожный Жень И, глава Бюро Трех Миров, что недавно возобновило работу. На днях к нам обратился… клиент и попросил защиты родного человека. В ходе расследования я изловил местного шуйгуй, который воровал детей и, как оказалось, передавал их обратно господину Вэню.

— Разве бюро нечисти может вмешиваться в жизнь простых людей? — крикнул кто-то из толпы.

— К сожалению, в этом деле замешан демон. — невозмутимо ответил Жень И. — Поэтому мое бюро имеет полное право на это вмешательство. Но, как дальше я выяснил, некоторых детей из лап шуйгуй спасла хули-цзин. Именно она крала персики, чтобы прокормить детей. И указать на преступника. 

— Ты что, хочешь сказать, что защищаешь демона? — снова возмутились из толпы.

Послышались одобрительные шепотки и люди закивали головами. Кто-то сзади крикнул:

— Вот-вот! Раз виноват демон, почему не убил его?!

— Всем молчать! — закричал внезапно второй человек, рядом с господином Бао, постучав по каменной плитке мечом.

Толпа сразу смолкла и юноша смог продолжить. Он сложил руки вместе, немного склонился, но не оторвал взгляда от дуюйши:

— Господин Бао, вы слышали раньше о Бюро Трех Миров?

— Этот вопрос требует более длительной беседы. — покачал головой господин Бао. — Мне доводилось читать отчеты прошлых династий, там встречается упоминание о бюро, что не подлежит контролю императорским двором. Мы, простые люди, мало что можем, когда наш мир встречается с миром духов. Ведь именно этим вы занимаетесь?

Жень И поклонился и ответил:

— Все так. Но мы не уничтожаем всех без разбора. Наша цель - сделать так, чтобы люди и нечисть жили в гармонии, ладили. Мы вмешиваемся тогда, когда этого требует ситуация.

Дуюйши пригладил подбородок и тихо, но одобрительно промычал. А затем снова спросил:

— Тогда каков же вердикт в этой ситуации? Шуйгуй творил злодеяния, но хули-цзин, по вашим словам, спасла детей. Но от чего?

— Все зависит от обстоятельств и намерений. — Жень И немного повернул голову и улыбнулся Цзюэ Цину, а затем продолжил. — Хули-цзин, которую я встретил вместе с крадеными детьми, имеет только благие намерения. Она хочет защитить невинных и восстановить справедливость. Отвечу честно, с какой целью она это делает, мне неизвестно.

— Если демон украл детей, разве это не говорит о плохих намерениях? — спросил дуюйши.

— Вот именно! Господин Бао, как ловко подмечено! — расхохотался чиновник, встряв в разговор. — Этот демон похитил детей и теперь откармливает их фруктами, чтобы самому сожрать! Мы должны заключить этого наглеца, — тут он указала на юношу, — под стржу и допросить! Нужно…

— Я бы попросил не перебивать меня. — резко остановил чиновника господин Бао. — Глава Жень, ответьте на мой предыдущий вопрос, прошу.

— Этот демон украл детей, чтобы спасти их от рабства. Уже долгое время, прикрываясь благими намерениями, чиновник Вэнь взращивал сирот, а потом, в сговоре с шуйгуй, продавал якобы утонувших детей в Синий Дом². 

Толпа разом ахнула, замотав головами то в одну сторону, где стоял юноша с ребенком, то в другую. Шепот перерос в бурное обсуждение.

Чиновник Вэнь, с искаженным яростью лицом, рванул меч из ножен ближайшего стража.

— Ты! — заорал он и замахнулся мечом на Жень И, подойдя ближе. — Ты! Да как ты посмел клеветать на меня! Я приютил тебя в своем городе! Где доказательства? Думаешь, честные люди поверят в лживые слова демона? 

Жень И, прижимая к себе мальчика, ловко увернулся от еще одного удара. Толпа людей отшатнулась следом, дав больше места.

Их тут же огородила чиновничья стража.

Но Жень И не стал долго церемониться. Его переполнял гнев на этого зверя под маской человека. Поэтому он снял с пояса меч и прямо в ножнах отразил все удары, выбив тупой клинок из чужих рук. Тот вонзился прямо в дверь поместья.

Чиновник Вэнь, красный и потный, пыхтел подобно разъяренному быку. Он все еще что-то невнятно кричал, пытаясь себя оправдать.

— Уважаемый дуюйши может проверить место под персиком во дворе господина Вэнь! — огласил Жень И, убрав меч в сторону, чье острое ребро ножен предупреждающе было направлено в сторону чиновника. — Также прошу рассмотреть это.

Он достал из рукава сверток с окровавленной кистью и передал в руки помощнику дуйюши. 

— Эту кисть нашли рядом с местом гибели одного из детей. Она сопротивлялась похитителю и ударила его этой кистью. Проверьте, у секретаря Мин Се должна быть рана на ноге.

Дуюйши наклонился к уху своего помощника и тихо приказал: “Обыщи”.

Чиновник же, растеряв весь свой пыл, снова побелел и с ужасом посмотрел в сторону дома. Затем снова зарычал,как скотина, вперившись маленькими глазками в юношу.

Цзюэ Цин все это время стоял за спиной Жень И. Точнее, его там удерживали второй свободной рукой. Но увидев с какой злобой смотрит чиновник, вырвался и встал впереди, своим маленьким тельцем защищая Жень И. 

Помощник дуюйши вернулся очень скоро, принеся с собой ту самую тетрадь. А за шкирку тащил секретаря Мин Се и в конце просто бросил в ноги дуйюши. Передав тетрадь тому руки, помощник грубо закатал штанину секретаря и всем открылся вид на рану. Глубокое отверстие, как раз в размер древка кисти.

 Господин Бао прочитал каждую строчку, при этом холодное его лицо становилось все бесцветнее и суровее.

— Это еще не все. — обратился к нему Жень И и указал рукой в толпу, где давно приметил знакомую багровую макушку. — Я также попрошу моего помощника привести одну из жертв и свидетеля! 

Люди расступились и на площадь протиснулся сердитый Хуан Юча, явно недовольный своей ролью “помощника”. За ним, крохотными спотыкающимися шажочками вышла Лу Лу. Но в каком виде! Все та же накидка, которую ей дал Жень И. Все те же спутанные волосы и кровь на лодыжках.

Жень И был готов растерзать Хуан Юча за то, что позволил девушке выйти в таком виде в свет.

— Ты что творишь? — шикнул юноша на Хуан Юча, когда тот встал рядом.

— Я уговорил ее, вот что. — сквозь зубы ответил тот, через силу улыбнувшись в сторону дуюйши. — В таком виде она будет более убедительна.

Также вместе с девушкой он привел и лекаря Шу.

Дуюйши смерил всех внимательным взглядом и кивком попросил говорить.

— О господин, — лекарь начал первым, низко поклонившись, — этот подданный знает немного. Лишь то, что привезенных детей осматривали дважды. В первое время после приезда и за несколько дней до возраста гуань и цзи. Более…я их не видел. Все болезни и недостатки тела просили записывать отдельно.

— Кто просил и куда? — спросил дуюйши.

— Детей всегда приводили подручные господина Вэня. А записи этот подданный передавал на простых отдельных пергаментах.

Дуюйши еще раз просмотрел книгу в руках. Жень И уже знал, что тот вычитывал. В книге приводились таблицы по всем детям, отданным в семьи и уже проданных. Среди всех записей имелись и медицинские показания. 

— Ну а ты? — обратился дуюйши к Лу Лу.

Но за нее ответил Жень И, видя, что девушка вжала голову в плечи и вся задрожала.

— Господин Бао. Я нашел ее сегодня ночью в доме чиновника Вэнь. Признаю, для этого мне пришлось проникнуть в чужой дом, однако основания были. Изучив все сведения и улики, выслушав демона, я пришел к выводу, что главную зацепку нужно искать в этом поместье. — Жень И низко поклонился, выражая этим и свою вину в том числе. 

— Э-это все правда! — выпалила вдруг Лу Лу.

Она выступила вперед и пересказала то, что раннее рассказала Хуан Юча.

Люди снова зашептались, но на этот раз слова были наполнены сочувствием и удивлением.

— Говори, — дуюйши Бао повернулся к Мин Сэ, который все еще лежал у его ног, — скажешь правду и приговор смягчат.

Тот побледнел, кое-как сел на колени и лбом ударился о землю:

— Все так! Чиновник приказывал мне забирать детей в определенном месте и отвозить за город в Синий Дом! Я… я могу показать куда!

Дуюйши все это время неподвижно стоял. Брови все плотнее сдвигались в переносице, очерчивая его морщинами, точно небо молниями. Наконец он раскрыл потемневшие глаза и впился ледяным взглядом в чиновника Вэнь. Затем протянул руку и его помощник вложил в нее свой уже раскрытый меч.

— Господин Вэнь, вы недостойны зваться человеком. — отчеканил он и медленно вошел в центр площади, остановившись напротив побелевшего чиновника. — Я снимаю с вас пояс и шапку, а также дарую немедленный приговор. Казнь. 

Чиновник Вэнь свалился на колени, стоило дуюйши сорвать с него пояс с золотой пряжкой и смахнуть с головы шапку лезвием меча. Он взвыл, точно собака, и замотал головой. Но прикушенный в отчаянии язык помешал связать внятную речь.

Одним кивком дуюйши дал понять Жень И, чтобы тот закрыл глаза Цзюэ Цина, что тот и сделал. А затем снова обратился к уже бывшему чиновнику.

— Ты не достоин зваться человеком. Скотина, вроде тебя, достойна умереть в грязи. Данным мне правом я казню тебя этим мечом, а твои сообщники будут переданы в суд для вынесения заслуженного наказания.

— Г-господин Бао! Вы не имеете права! Не имеете! Я требую пересмотра дела! Требую...

О схватился за подол дуюйши, но тот отпихнул его от себя.

— Как тебе повезло, что по совместительству я, Бао Шэн, еще и чжифа³. Поэтому имею полное право отнять твою жизнь. На основании всех доказательств, разумеется.

Более не сказав ни слова, дуюйши сделал резкое движение. Лезвие меча сверкнуло в солнечных лучах, окрасившись в красный. 

По земле с сухим стуком покатилась голова.

Кто-то в толпе истошно заорал, но через несколько секунд воцарилась мертвенная тишина, окончившись глухим падением тела. 

Дуюйши воткнул окровавленный меч в землю и осмотрел всех.

— Прошу простить меня за это непотребство. Надеюсь, ребенка не задело?

Жень И, успев спрятать Цзюэ Цина за спину и отойти, покачал головой. Лу Лу, однако, не стала отходить. Ее стопы окропило чужой кровью, она тяжело и медленно дышала, с презрением глядя на отрубленную голову. А затем, закрыв глаза, потеряла сознание.

— Боже ж ты! — воскликнул Хуан Юча, рванув вперед и  едва успев подхватить девушку. — Бедняжка.

Жень И подумал, что этот Бао Шэн должно быть, приходится родственником самому Бао-гуну⁴! Столько в нем кипело праведного гнева! 

— Господин Бао, мое бюро позаботится об этой девушке, будьте уверены. — Жень И еще раз поклонился и получил в ответ одобрительный кивок. 

В этот момент, с далекой горы, где располагались руины старого даосского храма, донесся звон колокола. Протяжный и одинокий. Он осел на городских улицах, заставив людей вздрогнуть от холода его звука.

Но Жень И знал - это знак того, что хули-цзин сдержала свое обещание. Она ушла. Проход теперь открыт и люди могут забрать детей.

— Также не беспокойтесь о хули-цзин. Она более никого не побеспокоит. Пошлите людей к заброшенному храму на той горе и найдете там невредимых детей. — юноша показал на нужную гору.

Дуюйши отдал приказ своему помощнику, тот свистком призвал людей в их подчинении и они отправились за детьми.

А простые люди, поняв, что благотворительное мероприятие подошло к концу, и немного шокированные тем, что жили под боком у монстра, начали в молчании расходиться. Вскоре площадь почти опустела.

Жень И снова обратился к дуюйши:

 — Однако мне интересно, почему вы с такой легкостью поверили в мои слова и исполнили казнь без суда?

Дуюйши слабо улыбнулся, впервые за все время.

— Я приехал подготовленным и уже успел провести свое расследование. Мне лишь не хватало нескольких последних штрихов. Ваше появление, глава Жень, весьма кстати. Благодарю за содействие от имени Палаты Наказаний.

Жень И тоже улыбнулся. 

Это дело наконец закончилось и он мог спокойно выдохнуть. Дуюйши хотел еще что-то сказать, но эти слова потонули в воздухе. Лишь эхо ударило в уши.

Жень И накрыла боль. Все его кости раскрошились, надломились. Крик Цзюэ Цина впился в сердце и его маленькие теплые ручки сжали плечи. 

А дальше только тьма.