Как и всегда Жень И проснулся с первыми лучами солнца. Вставать совсем не хотелось. Холод слишком тяжело давил на тело и одеяло. Он честно признался себе, что полежал бы еще немного и уже хотел зарыться носом в подушку. 

Но тут взгляд упал на Цзюэ Цина. Ребенок раскинул руки во все стороны, скомкав одеяло где-то в углу кровати. 

Жень И накрыл его обратно и поправил вновь упавшую челку. Сон как рукой смело. Да и сам Цзюэ Цин проснулся и теперь во все глаза смотрел на улыбающегося юношу.

— И как тебе не холодно так спать? — скорее не спросил, а подытожил Жень И.

Это был не первый раз, когда мальчишка скидывал с себя несчастное одеяло.

Цзюэ Цин улыбнулся, прямо так и говоря “Потому что ты теплый”. 

Им не требовалось много времени, чтобы собраться и выйти во двор. Иней тонким слоем покрывал уже очищенные каменные дорожки и крыши. Трава под снегом приобрела цвет жженой карамели и облетевшие листья мэйхуа теперь кучками валялись по углам поместья. 

Над головой небо теряло рассветные краски, покрываясь таким же тонким голубым инеем.

Юноше и мальчику также не требовалось слов, чтобы начать тренировку с мечами. Их действия, шаги и дыхание следовали друг за другом в унисон. Подобно отражению в зеркалах.

Жень И, вынув меч из ножен, сделал шаг вперед, очерчивая лезвием полукруг перед собой. Разворот, шаг назад, еще один взмах. Гладь металла ослепительно сияла, подобно упавшей с неба звезде. 

Причудливый танец двух медленно расцветал во дворе. Одежды обоих развивались, напоминая трепещущие на ветру бутоны пионов. От мечей исходили тонкие волны энергии, создавая рябь, напоминающую блики воды.

И видимо, они немного увлеклись, не заметив заинтересованные взгляды на себе.

Хуан Юча, Лю Цзинсу и сяогуй успели выползти из своих теплых гнездышек и теперь сидели на ступеньках. И неотрывно смотрели на бесплатное представление. Даже Лу Лу поглядывала из кухни. 

— Ай-я! Вы только посмотрите, какой наш глава красавец! — Хуан Юча громко захлопал в ладоши, когда те двое закончили. — Не удивительно, что ты так быстро восстановил силы! Талант!

Жень И смущенно потер нос и убрал меч в ножны. Но не один он тут “красавец”. Цзюэ Цин повторил все движения точь в точь, не промахнувшись ни разу. И хотя с духовным ядром они все еще не разобрались, меридианы крепли день ото дня. Мальчику даже удается на какой-то миг “поймать волну” и управлять ци. Вот только это быстро проходит. Энергия ускользает из его пальцев, подобно воде. 

Жень И все еще пытался подобрать для него подходящую практику, но понятия не имел с чего начать. Он перерыл все книги и пришел к выводу, что ему необходима помощь демона. И не какого-нибудь, а достаточно могущественного. Ведь только такие демоны имеют схожую с человеческой систему меридиан.

Юноша удовлетворительно посмотрел на Цзюэ Цина, поправил его одежду и очень мягко произнес:

— Ты очень хорошо поработал. Давай позавтракаем и пойдем в город.

Они помогли Лу Лу доготовить завтрак и все вместе очень хорошо посидели.

Десятый месяц¹ - время, когда нужно начинать готовиться к новому году. Хуан Юча сразу предупредил, что с него никакой физической помощи, но все расходы он берет на себя. Лю Цзинсу вызвалась мастерить украшения и защитные талисманы. Уборка же досталась Лу Лу и Жень И. 

Однако на юношу еще легла ответственность за походы на рынок, покупку вещей, продуктов и прочего. Поэтому за обещанную коробку вкусностей удалось уговорить сяогуй помочь с уборкой. 

Цзюэ Цин же вызвался во всем помогать Жень И. 

— Ты его разбаловал и заразил ленью. — нахмурился Жень И, когда сяогуй заполз обратно спать в корзинку, и строго посмотрел на Хуан Юча.

— Я тут ни при чем! Этот чертенок и раньше работал за еду. — отозвался Хуан Юча, состроив невинное и удивленное выражение лица.

Жень И не хотел спорить, он помогал убирать чашки со стола и, сложив все в несколько стопок, также сухо ответил:

— Вот только раньше он не закатывал глаза.

На этой ноте у Хуан Юча отвисла челюсть и больше он не смог ничего ответить. Хоть он и говорил, что сяогуй страшненький глупенький чертенок, все же проводил с ним время, как с маленьким щенком. Жень И часто видел, как заклинатель дразнил его сладостями, когда выпивал во дворе. Или как водил его вокруг себя, играя ленточкой с колокольчиком. 

В общем, что бы не говорил сам Хуан Юча, эти двое стали достаточно дружны.

Посчитав необходимые расходы и составив список покупок, Жень И накинул на себя теплый плащ. Он и Цзюэ Цин собрались выйти за покупками, но совершенно неожиданно их планы прервал странный стук в ворота.

Точно на порог свалился мешок редиски.

“БУМ”

И затем еще раз и еще. И каждый удар становился тише предыдущего. 

Никто из четверых не успел открыть двери, как Цзюэ Цин вдруг зажал нос и поморщился. За ним Лю Цзинсу. И только после этого юноша и красноволосый тоже почувствовали доносящийся с улицы смрад.

Цзюэ Цин сделал шаг вперед, чтобы самому открыть ворота, но Жень И положил руку на его плечо и отодвинул. Нехорошее предчувствие шкребло под ребрами.

Он вышел на передний двор. Остальные семенили следом. Осторожно потянув на себя ручки дверей, юноша открыл их и едва успел отпрыгнуть назад.

На порог упало тело мужчины. Лысый. Серый. И уже порядком подгнивший!

Проходящие мимо горожане в ужасе отшатнулись, увидев эту сцену. До этого никто не обращал на лысого мужчину внимание, потому что тот шел шатаясь и что-то невнятно бормоча. Даже когда стал колотился своим лбом о ворота. Все думали, что тот просто пьян.

Жень И зажал нос ладонью, но запах гнили успел проникнуть в тело, скрутив внутренности в сотни узелков. Зрелище не из приятных. Однако он сумел удержать себя в руках и посмотреть на товарищей. 

Те стояли в немом шоке.

Цзюэ Цин отреагировал первым. Он подбежал к юноше и за подол отодвинул подальше от трупа.

Так… началось самое обычное утро Бюро Трех Миров. 

Появление неизвестного трупа на пороге бюро всколыхнуло волнение в городе. К воротам начали стекаться зеваки и бродяги. Люди шушукались, косились на труп и охали, даже несмотря на смрад. К поместью чиновника был послан человек, и пока Ма Юань не прибыл на место, Лю Цзинсу и Жень И осматривали утреннего “гостя”.

— Мм… буддист. Кажется, это одежды школы Да Ци. — подытожила Лю Цзинсу, осмотрев труп и вставая с корточек. — Почему он умер?

— Меня больше волнует, как он успел подгнить. — Хуан Юча, прикрываясь широким рукавом, поравнялся с девушкой и еще больше поморщился.

Как бы Жень И вместе с Цзюэ Цином не осматривали лысого мужчину, не смогли обнаружить причину смерти. Ни ран, ни следов удушья или отравления. Трупные пятна успели покрыть большую часть тела, кое-где отвалилась кожа и начали сохнуть пальцы. Единственная странность - сильно закатившиеся глаза.

 Но… как же тогда это тело смогло колотиться лбом в дверь?

Иных следов на ступенях не нашли. Более того, юноша успел расспросить некоторых людей. Никто никого не видел, кроме самого лысого мужчины.

Ма Юань прибыл очень скоро. С ним также пришел помощник и несколько стражей, которые отогнали толпу зевак подальше от бюро. 

— Как далеко отсюда школа Да Ци? — поинтересовался Жень И, закончив осмотр.

— Примерно в недели пути на быстрой лошади. В округе Янчэн. — ответил Ма Юань.

Чиновник хмуро осмотрел место, но больше ничего не предпринял, кроме ограждения его от людей. Появление трупа точно не походило на обычное убийство, а потому он понятия не имел, что ему стоит сделать, как генералу или чиновнику в подобной ситуации. Лучшее, что он мог, это предоставить бюро любую посильную помощь. И конечно захоронить тело.

— На вид этому бедняге… около месяца. — продолжил Ма Юань. — По вашему, как такое может быть?

Труп вполне мог оказаться цзянши, но в нем ни капли ци. Да и они не разлагаются за столь короткое время. Также не похоже, чтобы трупом завладел дух и вдруг внезапно оставил его.

— Генерал Ма, — юноша посмотрел на чиновника, пытаясь не хмуриться от накативших тревожных мыслей, — вам не приходили прошения о помощи из Янчэна? 

— Нет. Буддийская школа закрылась от мира несколько лет назад. Тамошний чиновник не раз пытался разузнать их положение, однако на гору никого не пускают. В итоге все сошлись во мнении, что монахи в безопасности.

Закрыться от мира и никого к себе не подпускать - не означает быть в безопасности. Но… раз и криков о помощи не было, то и поводов для беспокойства тоже. Однако, теперь, глядя на труп монаха, Ма Юань отбросил эту уверенность. 

На самом деле, сердце старого генерала начало тревожиться еще несколько месяцев назад, до вступления на должность чиновника. В то время он помогал своему другу по службе, также на звании генерала, держать оборону на границе. Враждебные племена пустынь пытались захватить пограничную заставу Шагуань, что в округе Вэйян. 

Нападения были частыми, разрушительными. За каких-то пару недель они опустошили ближайшие к заставе поселения и поля, оставив сожженные земли.

Оставалась только застава, полная загнанных в ловушку выживших людей. 

Когда нападений стало меньше, сын генерала Цао вознамерился обратиться к богам. Глупый изнеженный молодой господин. Ни дня не державший меча в руках. Он отправился в повозке, сопровождаемый небольшим отрядом, в горы Да Ци. 

По легендам в туда упала звезда с небес, очень много сотен лет назад. И проделала в горе огромную дыру, буквально расколов ту на две половины. На том месте люди обнаружили причудливое явление. А именно, статую неимоверной красоты в военной форме и с алебардой в руках. Вокруг статуи выстроили храм, провозгласив его священным местом благословения бога войны.

Молодой господин долго не возвращался. От него не было известий. Генерал Цао забеспокоился. Он оставил войско на заставе, под руководством генерала личной имперской армии, что прибыл на подмогу, а сам отправился на поиски сына. 

Ма Юань тоже остался на заставе, в ожидании известий.

Однако…прошел месяц. За ним еще один. Темное небо над заставой не рассеивалось. А затем Ма Юаня призвали в столицу и вручили титул чиновника округа Шу. Скорее всего, при дворе его просто пожалели, узнав о серьезном ранении, и не дали умереть на поле битвы.

Многие генералы поддерживали связь между собой, поэтому Ма Юань знал, что друг рано или поздно пришлет письмо. Но прошел еще один месяц, а письма нет.

Потом Ма Юань выяснил, что школа Да Ци закрылась от мира, странным образом не пуская к себе прихожан. 

— Скажите, глава Жень, — вновь заговорил Ма Юань, вырвавшись из потока воспоминаний, — возьмете ли вы это дело?

— Боюсь, раз к нам в дверь постучали добровольно, мы не можем отказаться. — покачал головой Жень И. — У вас есть просьба?

Генерал кивнул:

— Мм, все так. Мой старый друг, генерал Цао, пропал близ школы Да Ци. Прошу, если будете в тех землях… в общем…

Жень И понял, что генерал хотел сказать “найдите его или его кости”. Поэтому сложил руки, поклонился и пообещал непременно приложить все усилия.

— Тревога в городе еще не утихла, — обратился юноша к товарищам, имея в виду тот случай с массовым похищением, — поэтому кому-то нужно остаться и присмотреть за бюро, людьми и демонами.

— Первый раз мы с тобой втроем расследовали дело. Очередь девы Лю. — отозвался Хуан Юча, хитро прикрыв лицо веером. — Младшей нужно набраться опыта.

По его растянувшейся улыбочке сразу стало понятно, что тот планировал как следует ничего не делать. Но Лю Цзинсу, кажется, была не против составить компанию в путешествии, поэтому Жень И только вздохнул и покачал головой. 

Труп монаха отправили в Цензорат, чтобы там его очистили от негативной энергии и провели обряд для погребения. 

Запряженную повозку предоставил Ма Юань, как и карту Янчэна. А также подарил особого журавлика, сделанного из мягкого светящегося камня. Он наполнен духовной энергией и может служить своеобразным фонариком.

Журавлик легонько парил в воздухе, помахивая крылышками. Он подлетел к юноше с рук чиновника, покружил на головой и примостился над плечом. Журавлик так сильно впечатлил Жень И, что он на мгновение потерял контроль над эмоциями и ахнул. Так и хотелось затискать это крохотное чудо в руках. 

Но он сдержал себя и поблагодарил Ма Юаня за оказанную заботу.

— И вот еще что, — вдруг Ма Юань вытащил из внутреннего кармана небольшой жетон и протянул юноше, — это знак, которому обязаны подчиниться солдаты и граждане, если его применить. Вы едете от моего имени, поэтому, если возникнут недопонимания и трудности, можете смело использовать жетон.

Этот жест означал безграничное доверие к нему. Из-за характера или родства этого тела с генералом, но Жень И наотрез замахал ладонями.

— Но генерал, этот бедный слуга не военный и не посмеет взять жетон. — Жень И и так чувствовал себя не в своей тарелке из-за попечительства чиновника, а тут еще вещь, дарующая могущество целой армии.

Ма Юань сощурился в полуулыбке, отчего в уголках глаз распустились веера морщин. Он специально решил дать юноше жетон и тем самым проверить намерения. Ответ весьма порадовал его. Поэтому дальше он предложил его со всей искренностью:

— Прошу, глава Жень, принять жетон. В округе Янчэн многие поселения настолько отдалены от столицы, что относятся к приезжим с недоверием. Вас попросту могут не принять на постоялом дворе или даже в город не пустить.

Услышав новые не радостные сведения, Жень И вздохнул и с благодарностью принял жетон. В любом случае, не обязательно его будет использовать.

Жень И быстро собрал некоторые вещи и уже собрался сесть с Лю Цзинсу в повозку, как вперед него проскочил ребенок. Цзюэ Цин на ходу закинул внутрь свой тренировочный меч, затем развернулся и протянул руку юноше.

— Ты…что ты делаешь? — растерался Жень И, так и оставшись стоять у повозки. — Цин-эр, это опасное дело, ты же еще…

Цзюэ Цин схватил ладонь юноши и вывел на ней такие слова, с видом невероятно возмущенным и одновременно гордым:

“Тренировался. Стал сильнее. Смогу тебя защитить”

Губы Жень И сами собой дрогнули, почувствовав как сердце налилось теплом. За все эти несколько месяцев Цзюэ Цин сильно похорошел. День ото дня его чтение и письмо улучшались, владение мечом поравнялась с навыками юноши. Да и лицо приобрело вид благородного нефрита, а на щеках играл здоровый румянец. Но… вот только не рос он совсем.

И все же, не смотря на все успехи мальчика, Жень И всем умом и сердцем понимал, что тот все еще ребенок. А он за него в ответе. Что он будет делать, если Цзюэ Цин вдруг пострадает?

Сам Цзюэ Цин продолжал стоять на своем, насупив брови, отчего стал похож на сердитого филина. Жень И судорожно хотелось рассмеяться, так мило он выглядел. 

— Ох, ладно. — сдался Жень И, подал руку и они уселись в повозку. — Ты мой упрямый пирожок.

Глаза Цзюэ Цина округлились и он, покраснев не то от смущения, не то от чего-то еще, опустил голову и отвернулся.

Где-то в другом углу повозки послышался вздох Лю Цзинсу.