Онлайн чтение книги Теперь ты
13 Жизнь в стиле рок

— Блэйм, — кто-то тихо позвал его по имени.

— Ммм…

— Проснись!

— Что, что такое? — он резко открыл глаза. Прямо рядом с ним находилось лицо Юкии, оно светилось неестественной белизной.

— Нам надо идти.

— Куда?

— Ну, ты знаешь.

— Я забыл… — Блэйм заметил включенный свет в ванной комнате и услышал шум льющейся из крана воды.

Он протянул руки, чтобы дотронуться до бледного лица Юкии и увидел на своих пальцах кровь.

Широко раскрыв от ужаса глаза, он крикнул:

— ЮКИЯ!

***

— Проснись, Блэйм! — Юкия в панике пытался разбудить его.

Но Блэйм продолжал громко стонать во сне и повторять его имя.

— Блэйм, ты слышишь меня — это всего лишь сон! — он снова сильно тряхнул его, после чего Блэйм наконец открыл заплаканные глаза.

— Ах, слава Богу, с тобой все хорошо! — крикнул он, прижимаясь к нему всем телом.

— Я больше не буду читать тебе эту чертову книгу! — начал злиться Юкия. — Все время, пока ты спал, тебя мучили кошмары!

Блэйм начал покрывать поцелуями его щеки, губы.

— Перестань!

— Я испугался! Испугался, слышишь!

— Чего?

— Ты снова был в ванной, и кровь…

Юкия нахмурил брови.

— Скажи, когда ты понял, что любишь меня? — уже спокойно, прижимая Блэйма к себе и поглаживая по голове, спросил он.

— Не знаю…

— В Лубумбаши?

— Нет! — Блэйм попытался оттолкнуть его.

Держа его за голову, чтобы тот не отворачивался и смотрел ему прямо в глаза, Юкия продолжал допытываться:

— Когда?!

— Почему ты спрашиваешь?

— Потому что любовь ко мне сводит тебя с ума! Такие чувства не могли возникнуть за столь короткое время!

— Нет, — Блэйм снова заплакал. — Это не так!

— Блэйм! — Юкия пытался привести его в чувство, но истерика у того только усиливаюсь.

— Хорошо, — он замотал головой и зашмыгал носом. — Я возьму себя в руки…

— Ты не ответил на вопрос, — перебил его Юкия.

— Юкия… я умру, если ты уйдешь! — томно протянул Блэйм, обхватывая его ногами и стараясь поцеловать в губы.

Но Юкия отстранился от него, продолжая грозно нависать над ним.

— Ну и иди к черту! — Блэйм попытался вылезти из-под него, но Юкия прижал его, не давая этого сделать. — Не знаю точно, когда это случилось, — нервно проговорил он, понимая, что тот не отпустит его, пока не получит ответа. — Наверное, когда начал собирать о тебе информацию после того, как ты сбил моего отца, — наконец прокричал он ему почти в самое лицо и заплакал. — Теперь доволен? Добился, чего хотел…

— Прости, прости, — принялся виновато повторять Юкия, покрывая его лицо поцелуями.

— Мне очень тяжело, — выдохнул Блэйм. — Справиться с чувствами, которые меня переполняют, становится практически невозможным. Тебя слишком много. Ты заполнил меня собой целиком…

— Перестань, Блэйм! — прикрикнул на него Юкия. — Тебе просто нужно время, ты справишься… привыкнешь ко мне. Перестань идеализировать меня! Видеть только эту пустую оболочку!

— Негодяй, — прошипел Блэйм обветренными губами.

— Давай, вставай, — Юкия сполз с него и начал быстро одеваться. — Иначе мы опоздаем на концерт!

— Я не хочу никуда идти!

— Ты пойдешь, — он ринулся к нему и начал стаскивать с кровати. — Ты что, думал, каждый раз мы будем заделывать пробоины безудержным сексом? Ты считаешь, что именно так можно решить все проблемы?!

— Ненавижу тебя! — крикнул Блэйм и убежал в ванную комнату, заперев за собой дверь.

— Ведешь себя, как маленький мальчик.

— А я и есть маленький мальчик! — глухо крикнул он из-за закрытой двери. — И мне явно не под силу справиться с твоей неуемной сексуальностью и тем, как чуть ли не каждый человек пытается затащить тебя в постель! Я уверен, эта певичка дала тебе билеты не просто так, она явно на что-то рассчитывает, — продолжал извиваться он в кольцах собственного сарказма.

— Если ты сейчас же не откроешь дверь, то я ее просто выломаю! — крикнул ему Юкия, дергая за ручку.

— Иди купи себе героин и успокойся!

— Я вообще-то завязал ради тебя, и ты об этом прекрасно знаешь!

— Эта девушка, наверное, опытнее меня во многих аспектах, и минет умеет делать как надо…

Судя по всему, Юкие надоело слушать его гадости, и он просто отошел от дверей, это еще больше вывело Блэйма из себя.

Через несколько минут он с треском открыл дверь и обнаружил, что Юкии не было в номере. В яростном порыве он натянул на себя джинсы, футболку и куртку и выскочил из номера.

Юкия ждал его возле выхода из гостиницы. Он курил. Снова пошел снег.

— Ну, ты успокоился? — спросил его Юкия, выдыхая сигаретный дым изо рта.

Блэйм ничего ему не ответил. Немного погодя они сели в автобус и доехали до центрального мюзик-холла, где должен был состояться концерт группы, на который их пригласили. Всю дорогу туда они молчали и старались не смотреть друг на друга.

Девушка дала им билеты на места возле самой сцены, в так называемой фан-зоне. Когда они приехали, людей возле сцены было уже очень много, и Юкия не пустил туда Блэйма. Так как свободных мест для обычных зрителей, которые располагались чуть повыше, было предостаточно, они поднялись по лестнице и устроились в одном из свободных партеров. За все время концерта их никто не потревожил. Сама же группа оказалась весьма талантливой. Они играли тяжелую музыку, которая разбавлялась мелодичным вокалом девушки-солистки. Временами музыка группы напоминала готическую.

Кажется, во время выступления исполнительница все же нашла их среди зрителей, так как зал был не слишком большим, и помахала им рукой. Юкия тоже подмигнул ей.

После выступления их пустили за кулисы, так как Эмили, так звали девушку, дала им особые билеты, предоставляющие возможность взять автограф у группы.

Парни оказались в набитой людьми огромной комнате, которая вся была заполнена сигаретным дымом. Парни и девушки, развалившись, сидели на черных кожаных диванах и пили алкогольные напитки прямо из бутылок.

Эмили как раз что-то занюхивала со столика своей гримерной, когда Юкие наконец удалось ее отыскать, чтобы еще раз поблагодарить за билеты.

Блэйм остался возле входа, настроение у него было по-прежнему паршивое, и он очень сильно хотел покинуть это шумное место как можно скорее. Он обошел комнату, отметив про себя, что из собравшихся здесь молодых людей многие были с ним почти одного возраста и были жутко пьяными. Кто-то предложил ему выпить, но он отказался.

Юкии уже не было около десяти минут, и Блэйму стало жарко, он стянул с себя куртку и устроился на свободном кожаном диване. Вскоре к нему подсели какие-то ребята и предложили выпить, но завязать с ним разговор у них так и не вышло, поэтому они отсели от него, и тогда Блэйм увидел, как в противоположной части комнаты неожиданно открылась дверь в гримерную и из нее вышел Юкия, за ним шла раскрасневшаяся Эмили. Она схватила Юкию за руку и резко развернула к себе. Юкия бы упал на нее, если бы вовремя не ухватился за дверной косяк. Она рассмеялась, и ее руки поползли по его груди вверх, обхватывая шею.

Это было последней каплей. Не выдержав, Блэйм сорвался с дивана и выскочил из этой душной, пропитанной алкогольным смрадом комнаты, затем пробежал по каким-то узким затхлым коридорам, которые почему-то напомнили ему министерство социальной опеки в Нью-Йорке, и наконец оказался на улице, глубоко вдыхая свежий воздух.

Ему стало жарко, и он прислонился лбом к ледяному стеклу здания. Открыв глаза, он увидел себя в отражении, и ему стало тошно.

— Будь ты проклят, — прошептал он.

Затем резко развернулся и побежал прочь.

Чувство стыда буквально пожирало его. Все его тело скручивало и ломало. Ему хотелось плакать, но он сдерживал себя. Весь запыхавшийся, он оказался возле входа в парикмахерскую, где последний раз делал себе прическу. Заскочив туда и сев на то же кресло, он подозвал к себе мастера, и Блэйма даже ничуть не удивило, что это оказался тот же парень, что делал ему прическу пару дней назад.

— Сбрей, — дрожащим голосом приказал он.

— Что, прости?

— Я хочу, чтобы ты побрил меня…

— Под ноль? — удивился тот.

— Да, сбрей все волосы! — уже истерично закончил Блэйм.

Молодой парикмахер тоже занервничал, но перечить ему не стал. Он схватился за бритвенную машинку, которая висела у него на поясе и начал сбривать оставшуюся копну темно-каштановых волос с его головы. Через несколько минут на голове у Блэйма практически не осталось волос.

Он быстро рассчитался с парикмахером и выскочил на улицу. Его сильно продувало ветром. Только сейчас он заметил, что оставил свою куртку в той чертовой комнате. Пробежав вдоль какой-то узкой улицы, он не выдержал и бессвязно прокричал:

— Все из-за тебя… все, что со мной произошло… избавиться от тебя, как от волос.

Блэйма душили слезы, он остановился возле какого-то дома и обхватил колючую, остриженную почти под ноль голову руками.

— Я все тебе простил, а ты смеешь изменять мне прямо на моих глазах, даже не скрывая! Какой же ты мерзавец! — прорычал он, после чего снова куда-то пошел.

На улице уже совсем стемнело и зажглись фонари. Он решил направиться к пристани, от которой каждый день отчаливал паром и катал туристов по каналам города целыми днями. Уже издалека Блэйм смог различить этот паром, так как его палубы были украшены разноцветными гирляндами и оттуда доносилась громкая музыка.

В этом городе отовсюду звучала громкая музыка, смешиваясь в неразборчивую какофонию звуков, которая любого могла просто свести с ума. Иногда он не мог заснуть из-за этого шумного города, так как музыка была слышна в номере отеля в том числе. Блэйм уже не мог находиться в этом городе. Все внутри него горело от негодования. Он хотел уехать и никогда не возвращаться.

«Куда? — вдруг спросил он себя, подходя к пристани. — Мне некуда идти! — неожиданно осознал он. — Вернуться к матери? Но я ей не нужен и никогда не был нужен, она не любила меня так, как отца. Я всегда для нее был рудиментом, который, если не убрать, с годами начинаешь просто прятать от окружающих под одеждой».

Он сел на лавку и стал, не отрываясь, смотреть на паром.

«Неужели я вцепился в него, потому что решил, что он заменит мне отца? Юкия будет любить меня, вместо него? Я что, совсем сошел с ума?! Что же со мной происходит? В одном я уверен точно: он — животное, которое не способно любить. Ему все равно, с кем и когда, он, как паразит, присасывается в наиболее выгодном ему месте. Неужели я ошибся, поставил все на возможность создать с ним что-то одно, что-то, что будет только между нами?» — он закрыл лицо руками.

Ветер терзал крошечную фигурку, которая сотрясалась из-за рыданий на фоне яркого, проплывающего мимо парома, с палубы которого доносился радостный смех пассажиров.

Блэйм просидел на пристани до самого утра. Его одежда, голова, лицо — все покрылось инеем. Он сидел, не двигаясь, весь заиндевевший.

Неожиданно кто-то подошел к нему со спины и накинул на плечи куртку, затем молча обошел скамейку и сел рядом, глубоко дыша.

Это был Юкия.

Заметив его, Блэйм поторопился отвернуться, на глаза снова навернулись предательские слезы.

— И сколько ты здесь уже так сидишь так, на морозе, в одной футболке? — еле сдерживая себя, спросил Юкия глухим голосом.

Блэйм ничего не ответил. К причалу подошел паром, и человек с пристани закричал в граммофон, приглашая туристов на борт.

— Пойдем! — Блэйм неожиданно встал.

— Куда?

— Я хочу прокатиться на этом пароме.

— Что с твоей головой?

— Я подстригся.

Они взошли на борт парома, который практически сразу отчалил. Парни поднялись на немноголюдную, в столь ранний час, верхнюю палубу. Блэйм навалился животом на перила и стал смотреть вниз на воду, которую еще не сковало оковами льда, ее разрезало носом судно, оставляя за собой пенистую рябь.

Юкия подошел к нему и встал рядом. С минуту он стоял молча, а затем проговорил:

— Та девушка, про которую я тебе рассказывал, так же безосновательно ревновала меня ко всем подряд, но я не любил ее и не хотел мириться с этим, поэтому сказал ей, что уйду от нее, если она не прекратит, а она подсыпала мне что-то в стакан с вином и решила убить.

Блэйм продолжал смотреть на воду, не перебивая его.

— Эстер сказала, пока резала мне руки, что после того, как убьет меня, сразу же покончит с собой. Что мы встретимся с ней после смерти и будем вечно скитаться как двое самоубийц, отвергнутые всеми мирами, — продолжил он свой рассказ. — Но она не смогла. Увидев меня, истекающего кровью, она тут же вызвала скорую. Она не смогла порезать себя. Испугалась. Я не простил ее и не вернулся. Но ты, Блэйм…

— Что я? — тот, наконец, разогнулся и посмотрел прямо ему в глаза.

— Ты нужен мне, — из глаз Юкии потекли слезы. — Мне все равно, что ты сделаешь со мной, я приползу к тебе, как собака, и буду просить, чтобы ты забрал меня к себе обратно.

Он резко подошел к нему и прижал к себе.

— Я все тебе прощу, слышишь? — почти прорычал он ему в самое ухо.

— А в чем это я перед тобой провинился? — Блэйм оттолкнул его и горделиво вздернул подбородок.

— Не ты ли сбежал, как больной, а я всю ночь бегал сломя голову и искал тебя по всему городу?!

— Что, мне за это надо просить прощение?! За то, что ты имеешь наглость изменять мне прямо на моих глазах! — крикнул Блэйм.

— Изм… что?! С кем?! — недоумевал Юкия.

— Не прикидывайся, Юкия, ты знаешь, о ком я… С этой певицей!

Юкия громко рассмеялся.

— Знал бы я, что у тебя будет такая реакция на нее, в жизни бы не согласился взять те билеты!

Блэйм недовольно фыркнул и отвернулся от него.

— Какой же ты ревнивый, — протянул Юкия.

— Я не ревнивый! Просто я, черт возьми, не уверен ни в чем!

— Что ты имеешь в виду? — уже серьезно спросил Юкия.

— Помнишь, ты мне сказал о «сне собаки», что все это похоже на странный сон, который ты видишь, а на самом деле ты не здесь или уже мертвый, и все это только предсмертные видения?

— Да, но…

— Меня тоже мучают эти сомнения, — перебил его Блэйм. — Что, если я сошел с ума? Что, если на самом деле тогда на крыше гостиницы «Гранд Палас» я не промахнулся и попал в тебя?! Или мы оба упали с нее…

— Блэйм…

— Я не хочу в это верить, мне тоже очень страшно…

Юкия притянул его к себе и снова крепко сжал в объятиях.

— Похоже, что «сон собаки» для каждого из нас начинается с самого страшного этапа нашей жизни — в тот момент, когда разум сомневается в действительности происходящего. В момент, когда ему показалось, что это было бы невозможным — выбраться из сложившейся где-то в прошлом ситуации живым. В моем случае, я до сих пор думаю, что остался в темном подвале в безымянной деревне, где-то в Саудовской Аравии, и что мой палач, тот страшный верзила, разрезал мое тело на маленькие куски и скормил собакам.

— Юкия, — прошептал ему в грудь Блэйм и обхватил руками за спину.

— Ты думаешь, тебе одному страшно? — заплаканными глазами, глядя в мутные глаза юноши, он обхватил его голову ладонями и поднял вверх. — Я же говорил, тебе придется убить меня, чтобы избавиться.

— Думаешь, со временем я привыкну к тебе?

Юкия улыбнулся.

— Я думаю, мы научимся жить вместе, — загадочно проговорил он. — В одном я только не уверен…

— В чем? — перебил его Блэйм.

— В твоей колючей голове!

Сквозь слезы Блэйм прыснул со смеху.

— Хотя даже без волос ты все равно невыносимо хорошенький! — начал подтрунивать над ним Юкия.

— Да пошел ты! — Блэйм грубо оттолкнул его. — Я снова замерз! И снова устал, как собака, и хочу спать! Ты точно сведешь меня в могилу! И один черт знает, когда этот паром снова причалит к берегу.

Оба громко рассмеялись.

— Одно меня пугает, — перебивая смех, сказал Юкия. — То, что ты так необдуманно пошел и навредил себе.

— Это не вред, — серьезно, глядя ему в глаза, ответил Блэйм. — Я не твоя сука, чтобы пытаться понравиться тебе.

После его слов щеки у Юкии вспыхнули. Он уже хотел было что-то возразить, но осекся, так как к ним на палубу поднялись еще пассажиры.

Улыбаясь, Блэйм отошел от перил и сел на скамейку. Вид совершенно сбитого с толку Юкии радовал его самолюбие. Похоже, что одну маленькую победу в приручении этого дикого животного он все же одержал, а заодно узнал немного фактов о его прошлой жизни. Отчего ему было одновременно и радостно на душе, что смог разговорить своего немногословного любовника, и горестно из-за ужасов, которые тому пришлось пережить и не сойти с ума окончательно.

«Один Бог знает, сколько всего с ним еще произошло, пока мы не встретились», — думал он, наблюдая за тем, как туристы подошли к Юкие и попросили сфотографироваться вместе с ними, приняв его за индейца с местной ярмарки.

Блэйм снова улыбнулся, наблюдая за Юкией и понимая, что ему придется смириться с тем фактом, что люди всегда будут тянуться к его загадочной, экзотической красоте, пытаясь узнать о нем как можно больше.

Через час они вернулись в отель. Юкия заставил Блэйма выпить горячий чай после того, как тот принял душ, еще раз отчитал за необдуманное поведение и за то, что побрился налысо зимой.