Онлайн чтение книги Теперь ты
35 Жертвоприношение. Пролог

«Мы идем друг за другом по той улице.

 Преследуем друг друга до сих пор».

— Что ты чувствуешь?

— Пустоту… Давящую, гнетущую, как темная комната, в которой не видно нашей любви.

— Если мы не переживем это вместе — ты больше никогда не увидишь меня.

— Но свою смерть было описывать куда проще…

— Звучит, как необходимость.

— Нет, как расплата.

«Ты как пастор заблудившегося стада, как лжепророк с алыми устами ведешь нас навстречу гибели. Неосязаемое, почти прозрачное существо, плаваешь в открытом океане, предзнаменуя своим появлением конец света. Я протягивал к тебе руки и взывал сияющим светом. Зачем природа породила тебя? Сделала таким беззащитным, неспособным противостоять жестокости человеческой среды. Если кто-то беспокоит тебя — ты проявляешь терпимость. Ты как наказание. Как слезы на испещренном шрамами лике природы. Как стон или мольба израненной души».

— Послушай меня, что если мы с тобой — совершенно другой миф? Что, если не та легенда про великана Антея и его мать Гею? Ведь, когда ты смотришь на себя в зеркало, ты смещаешь зрение с правого глаза на левый, вроде ничего не меняется — все остается прежним, и все же какую-то долю секунды тебе кажется, что ты смотришь не на себя, но большую часть времени ты не обращаешь на это внимания. Так же и с нами… Что, если мы —   зеркальные отражения разных легенд, поэтому ты не видишь разницы, когда смотришь на себя в зеркало. Убив твоего отца, я внес дисбаланс. Всем было все равно на то, что я сделал, но я должен восстановить порядок сил, принеся свою жизнь на твой алтарь несовершенной мести. Твое равнодушие пугает меня, ведь он был твоим отцом. Плотская любовь преходяща. Это не вечное. С любым тебе будет хорошо так же, как и со мной. Я авгур, который сбил тебя с правильного пути мести. Сатир с беззвучной флейтой, которая немыми песнями ослепила и притупила восприятие всех твоих органов чувств. Ты оглох и не видишь, как охотники окружают тебя, точно стая голодных волков.

— Разве убийство лани — преступление для охотника?

— Это лишь условность.

— Рано или поздно ты все равно умрешь, но я не хочу твоей смерти сейчас.

— Ты мое мерило?

— Я все простил тебе.

— Поэтому я все сложил к твоим ногам, но есть вещи, о которых ты должен знать…

— Что это?

— Я написал тебе письмо, открой его потом.

— Когда открыть?

— Ты знаешь, когда.

— Что в нем написано?

«И снова дорога на перекрестке времен… я странник. Хотелось бы мне, чтобы этот поезд дальнего следования доставил меня на конечную остановку, где я наконец-то обрету покой, и мне не важно, будет он присыпан землей или окутан прозрачным светом».

— Сон, который я увидел в палатке у старого шамана.

***

«Меня кто-то позвал по имени, я оглянулся и увидел вокруг себя деревья, они были все в снегу; изо рта повалил пар. В растерянности я позвал Блэйма, но лишь глухое эхо донеслось до меня из глубины леса. Тогда я побежал, куда глаза глядели. Неожиданно я остановился, чувствуя, что за деревом впереди кто-то есть. Это опять было то самое существо, которое преследовало меня все это время. Оно снова пряталось за деревьями.

Я увидел, как изо рта этого существа тоже вырывался пар. Оно издало чуть слышное, хрипловатое блеяние и вышло из-за дерева ко мне навстречу — это оказался еще совсем маленький олененок, всего несколько дней от роду, с тоненькими ножками, желтым пушком и белыми пятнашками на спине. Он подошел ко мне и начал тереться о ноги. Улыбаясь, я нагнулся к нему, чтобы погладить по спине.

— Так это ты преследуешь меня? — ухмыльнулся я. — Тебе нужно было сразу показаться мне, а не стоять и прятаться, чего же ты испугался?

Вдруг уши животного навострились, и оно посмотрело вдаль своими большими карими глазами. Его мокрые ноздри зашевелились, олененок беспокойно переступал с ноги на ногу, оставляя маленькие ямочки от своих копытцев на снегу.

Я тоже посмотрел в ту сторону. Вдалеке, возле тоненького черного дерева стоял человек. Я начал вглядываться, кажется, это была женщина. У нее были длинные черные волосы. Она стояла и смотрела на меня, выглядывая из-за дерева. Ее силуэт был нечетким, словно размазанная капля краски на холсте.

Я поднялся и пошел в ее сторону, олененок побежал за мной. Увидев, что я направляюсь в ее сторону, женщина неожиданно оторвалась от дерева и побежала прочь.

— Стой! — крикнул я.

— Юкия! – снова раздалось мое имя.

Местность вокруг меня резко сменилась, и я оказался на желтой улице.

— Блэйм, где ты? — в отчаянии крикнул я.

— Я здесь, — откуда-то из темноты отозвался шепотом его голос.

Я побежал вдоль темной улицы на неясный зов. Пошел дождь. Где-то вдалеке я слышал рев мотора, доносящийся от чьей-то машины.

— Блэйм! — снова крикнул я и схватился за голову.

Я продолжал звать его изо всех сил, но он все не показывался. Сколько бы я ни бежал вдоль этой улицы, она все не кончалась. Желтый свет от фонарей действовал мне на нервы. Не чувствуя ног, я, будто придавленный невидимой силой, упал на мокрый асфальт, и в тот же миг подо мной образовались черные отметины от шин.

— Прости меня!

Внезапно мимо меня пробежала маленькая черноволосая девочка и повернула за белый забор, она остановилась возле кирпичного дома, обернулась и улыбнулась мне. Я уже хотел было пойти за ней, но мне преградил дорогу тот самый олененок. Кажется, он прихрамывал на одну ногу и весь трясся от холода. Я поторопился подойти к нему и взять на руки, а он, почувствовав тепло, свернулся калачиком и заснул. Прижимая его к себе, я еще раз оглянулся на дом, куда забежала девочка, но идти за ней я передумал. Я медленно пошел вдоль темной улицы, следуя по черным отметинам от шин на асфальте. Олененок мирно сопел у меня за пазухой».

***

— Аха-ха-ха, не буквы, а крючки…

— Значит, я могу быть спокойным.

— За что?

— За то, что ты никогда не прочитаешь его.