— ЧТООО??? ЭТО МОЯ ДОЧЬ???
Кира — так меня назвали родители. Это было прозвище воспитателей в детском доме. У нас было около десяти мам, а пап мы не могли даже сосчитать.
Разумеется, это было не обычное учреждение: «Арасака» с пелёнок вела пропаганду и вербовку в своих заведениях. Так и НСША готовила способных детей.
Умных интегрировали в общество на благо страны, а гениев вербовали в ведомства.
Я была из группы гениев. С четырнадцати лет меня взяли в ФРУ и начали готовить. К чему меня готовят — я не знала, но подготовка была серьёзной. В век цифровых технологий и имплантов, до установки оных, мы изучали языки других стран. Очевидно, японский был основой, так как НСША и «Арасака» до сих пор не свели счёты.
Я была одной из лучших.
Стрельба. Разведка. Языки. Учёба.
Во всём я преуспевала и обгоняла своих гениальных собратьев. Но в кое-чём я от них отставала. Мне не доставало эмпатии. За глаза меня называли роботом, бесчувственным монстром.
Ни улыбки, ни слезинки. Ничего из этого ни разу не появлялось на моём лице.
Но для ФРУ это было идеально. Они учили меня эмоциям, учить скрывать эмоции им не нужно было. Оставалось лишь вбить мне в голову основы эмоций. «Как нормальные люди».
Так они говорили. Но я не ощущала себя ненормальной, ведь мне совсем не мешали эмоции, из-за которых «нормальных» отсеивали за профнепригодность.
Я была идеальна и такой останусь всегда... Ну, может, тогда я поспешила с выводами.
После обучения меня направили на задание в Найт-Сити. Мои коллеги — дети из прошлого, которые не были уволены или не погибли на жестоких тренировках, — говорили, что там мне самое место. Я не поняла тогда этого сарказма и принимала эти слова за признание моих профессиональных навыков. Но, как оказалось, Найт-Сити для новоприбывших — это яма, откуда не выбраться.
Со мной отправился закалённый в боях агент. Нашей задачей было уничтожение шпионских ячеек «Арасаки», которые начинали работать по «Милитеху».
Нашей базой стали трущобы. Мы, два агента, жили как сточные крысы. Как только мы оказались в городе, все коммуникации были оборваны. Финансы пришлось зарабатывать самим. И ничего не напоминало о нашей прежней жизни, кроме автомобиля и кейса, в котором лежало моё табельное оружие и монетка с орлом.
— Нас выбросили, Кира.
— Нет...
Это был первый раз, когда я осознала, что я — клинок в красивых ножнах. Церемониальный клинок. Но я забыла истину: у любого оружия есть хозяин, и он сам решает, когда им воспользоваться.
Но всё же Дед оказался не прав. Когда он закрепился в трущобах как фиксер, я выполняла работу, которую нам приносили люди в красивых галстуках. Все как один выглядели как отцы из приюта.
Дед поддерживал нишевую репутацию фиксера для отбросов, не давая корпорациям выйти на нас. Я же подчищала, если кто-то начинал копать.
Но в один день...
> Дед... Я беременна?
> Похоже на то... Когда ты успела?
> Дед, не шути так, пожалуйста. Я всё это время работала, и ни одного мужчины, окромя заказчиков и целей, в моей жизни не было... Может, это ошибка? Вдруг это какая-то смертельная болезнь?
> Исключено. Агенты не болеют. Твои наниты и импланты, скрытые в теле, уже давно бы выявили болезнь, яд или вирус.
> У меня будет ребёнок, хрен пойми от кого? Как это возможно?
> У меня есть одна догадка, но она может прозвучать как бред.
> Говори...
> Непорочное зачатие.
> Что это значит?
> Почитай в Сети, а мне работать надо. Эхх, придётся тебе уйти на покой, пока не родишь. Судя по анализам, ты на шестом месяце.
> Я... Я поняла...
> Не волнуйся. Денег у нас с избытком, не брошу тебя.
> Хорошо... Пойду я, что-то мне плохо.
> Береги себя, Кира.
Прошли мучительные шесть месяцев. Руки чесались от безысходности. Хотелось просто поработать, а не лежать дома в четырёх стенах.
На кроватке, что подогнал Дед, лежала малышка. Она не капризничала и смотрела на меня и окружение с нескрываемым безразличием.
А я наоборот утеряла его. Бегала вокруг неё, пыталась развеселить и увидеть её улыбку. Но, похоже, у бесчувственного монстра может родиться только такой же, как и он сам. Но я не оставляла надежды.
И вот когда ей было пять, произошёл инцидент на территории трущоб. К нам по заказу пришёл наёмник, но что-то произошло, и он сошёл с ума. Начал крушить всё вокруг. Благо, жители, как крысы, лишь почуяв неладное, разбежались от киберпсиха.
Моя Таня впервые проявила эмоции, увидев, как за окном шёл жестокий бой. Её вопросы не были похожи на те, что я хотела услышать. И меня даже ужаснуло, как моё немногословное дитя начало задавать осмысленные вопросы. Она притворялась недоразвитой, а может, ей было всё равно на этот мир, пока она не нашла что-то интересное.
Да, дитя бога, я всё равно люблю тебя, моя Таня.
Таня росла. Я видела, как втайне от меня она тренируется. Видела, как она вытаскивает кухонные ножи и отрабатывает нечто похожее на уроки, которые я проходила у ФРУ.
Однажды я дала ей оружие и отправила за водой. Вернулась она без происшествий. А когда вернулась — села отдельно от меня и начала разбирать и ухаживать за оружием, которое впервые держала в руках.
Это выглядело очень увлекательно. Каждая деталь была осмотрена с недетским любопытством и с маниакальной одержимостью. Словно этот ребёнок понял: это его первое оружие.
Хоть на её лице и начала появляться улыбка, но она была очень сдержанной.
Таня не проявляла ко мне излишнюю привязанность и воспринимала меня просто как главную. Слушалась моих слов и внимала моим объяснениям.
Этот ребёнок учился очень быстро. Или даже вспоминал...
Я не могла это объяснить. Но когда я иногда смотрела на неё — я не видела мою Таню. Я видела закалённого в боях ветерана.
Её зелёные глаза в такие моменты словно начинали светиться, а улыбка, что появлялась на лице, доводила меня до ужаса.
Может, я поторопилась с ребёнком от бога?.. Но всё равно она моя дочь. И я её люблю. Кем бы она ни стала, я буду рядом, сколько смогу.
Наша миссия провалена. Ничего важного добыть не удалось. Дед останется в трущобах, а меня ждут обратно.
Я наорала на впервые за эти годы вышедшего на связь куратора и послала его туда... Далеко, в общем. И сказала, что не вернусь, пока моя девочка не встанет на ноги.
И вот этот день настал. Таня завела себе подругу... Нет, она приютила чужого ребёнка как своего. Проявляла к ней заботу и дарила материнское тепло. Она выросла. Теперь я больше не нужна.
Но если быть честной — я была не нужна с самого начала. Моя Танечка самая умная и хорошая девочка. Она не пропадёт. Пора.
Дед сказал, что уже долгое время даёт Тане заказы, и даже не знал, что Таня и есть тот ребёнок, что я вынашивала под сердцем. И поделился, что скоро моя дочь уедет в город.
Я же сообщила Деду, что тоже уезжаю и возвращаюсь в Ленгли. Его же оставляют здесь.
Не знаю почему, но мне кажется, он даже этому обрадовался. Хотя кого я обманываю? Если бы Таня осталась со мной, я бы тоже была рада навсегда остаться в этой квартирке в трущобах, а не ехать к хозяину, что выбросил меня.
После возвращения, на удивление, меня встретили тепло. Результаты нашей работы говорили сами за себя, но эта операция была с самого начала обречена на провал.
Это был эксперимент: насколько хорошо мы покажем себя вообще без финансирования. Но я не исключаю и того факта, что они надеялись: я не вернусь.
А дальше всё произошло как в поговорке. Держи друзей близко, а врагов ещё ближе.
Меня поставили в охрану президента почти сразу после моего возвращения. Я всегда была рядом с ней. Была щитом и секретарём леди Майерс.
Я лицом к лицу встретилась с той, кто восседал на вершине. Но я служила. Была верна. Хоть и точила когти.
Но в один момент с моего лица перестала сходить улыбка. Это было после новостей, что я узнала от Деда.
— ЧТООО??? ЭТО МОЯ ДОЧЬ???
Таня. Эта девочка удивила меня очень сильно. Я с упоением читала каждую, даже самую незначительную, информацию из Найт-Сити.
Первым великим шагом был Санто-Доминго.
Я визжала как сучка, болея за свою кровинушку. А когда Шестёрки сбежали, поджав хвост, я открыла шампанское.
Но на этом Танечка не остановилась. Вслед за Шестёрками на тот свет последовали и Тигриные когти.
И в оконцовке Таня исполнила план, который мы с Дедом не смогли сделать.
Минимальное финансирование, набор личной армии под боком у корпораций. Союз с «Милитехом» и в оконцовке падение Башни «Арасаки».
Я пришла к Майерс. Я скрывала свои убийственные порывы и в прекрасном настроении пришла к ней в кабинет.
— Госпожа президент, я хочу уехать! Мне нужно в гости к моему старому другу в Найт-Сити.
— По тому ископаемому соскучилась?
— Да, конечно... Дед там совсем один, надо его проведать.
Да, конечно, может, и к Деду заеду. Но я хотела встретиться с Таней. Поговорить с ней и расспросить о многом.
— Нет! Сейчас ты нужна мне здесь. Я улетаю в Найт-Сити по делам. Когда вернусь — я подумаю об этом.
— Я же ваш телохранитель. Почему вы не берёте меня с собой?
— Потому что я хозяйка, а ты пёс, что должен выполнять приказы. Мне ты там не нужна. Раньше ты была бесэмоциональной, и тебя сторонились. А сейчас ты наоборот слишком счастливая. Мне нужны агенты, а не шавки, что послушно виляют хвостом.
Эта тварь решила, что я радуюсь находиться подле неё?
Моё лицо вновь приняло моё прежнее выражение. В глазах горел огонь. Она вздрогнула, но списала на недосып. И, собрав документы, вышла из комнаты, даже не попрощавшись.
Но ничего. Я дождусь её. И если она скажет «нет» — я её кончу.
И вот настал день X. Президент прилетела, прошла все проверки и должна была приехать в Белый дом.
Я сидела за своим столом в приёмной подле её кабинета. И, увидев, потеряла дар речи. Её присутствие давило на меня.
Многие агенты сообщали отчёты по типу: «Президент вернулась из Найт-Сити, ещё более страшной». Но я это игнорировала, пока не увидела её воочию.
— Кира. Здравствуй. Я видела твоё расписание. У тебя же выходной?
Её тон, манера речи и уставший голос — это была Майерс. Но эти глаза... Я видела их только у одного существа в этом мире. Это не Майерс. Сто процентов не она. Она никогда не смотрела на меня как на своего человека. Не одаривала столь пристальным вниманием. Я была функцией, а не человеком.
Этот взгляд я мечтала увидеть с того момента, как она переступила порог нашего дома.
Этот взгляд я наблюдала на Брэйндансах. Но видеть его вживую было слишком неожиданно.
— Та... Леди Майерс, с возвращением.
— Да. Кажется, мы с тобой обсуждали кое-что, когда я улетала. Как думаешь, есть ли смысл продолжать это обсуждение?
— Н... Нет. Я уже встретилась с тем человеком.
— Вот как? — Она улыбнулась. Это была улыбка, которую она дарила только нам с Айнц. — Тогда приготовь мне кофе и приступим к нашим обязанностям.
— Да!
