Синлянь выглядел ужасно уставшим после бессонной ночи. Ему пришлось в одиночку поддерживать барьер, пока дурман пытался просочиться хотя бы в самую крохотную брешь. 

До того как ситуация в Дафэн стала такой, барьер поддерживали мастера цигуна. Однако половина ушла на разведку в школу Да Ци, а оставшихся месяц назад сильно ранил труп настоятеля. С тех пор кучка мастеров лежит без сознания на заднем дворе храма. У местных лекарей не хватало знаний, чтобы их излечить.

Жень И с остальными осмотрели тех мастеров. Раны на телах никак не затягивались, покрытые черной кромкой и дымкой. Очевидно, что они отравились трупным ядом. К счастью, Жень И купил больше лекарств, чем нужно было, да и противоядие умел делать. Поэтому потратил немного времени, приготовил все и вместе монахом раздали больным. Те должны поправиться в скором времени.

— Брат, ты вернулся! 

Во двор вбежал Минжань и впопыхах подхватил шатающегося от усталости Синляня. Тот не стал ругаться на суетливость брата и лишь улыбнулся.

— Я приготовил кашу, иди поешь и отдыхай! — Минжань помог брату отправиться в дом, а через плечо бросил такие слова остальным. — Ваш спасенный уже очнулся, можете его проверить!

Жень И кивнул и вместе с остальными направился в гостевую комнату. 

Ян Юфу сидел на кровати. Совсем поникший и потерянный. Плечи его обессиленно опустились, а в руках он держал мешочек с прахом. Так как юноша сидел спиной к вошедшим, то не было видно, плачет он или нет. Однако никакой реакции не было.

Жень И уже сделал шаг, чтобы поговорить с ним, но почувствовал на плече тепло чужой руки. Лю Цинсу посмотрела ему в глаза и покачала головой, сама направившись в сторону Ян Юфу.

И это принесло Жень И некоторое облегчение, ведь он понятия не имел, что говорить в этой ситуации. У него никогда не было родителей или других членов семьи. Или были, но он… все еще не помнит их. Что бы он чувствовал, окажись на месте Ян Юфу? Какие слова здесь стоит произнести? 

Поэтому Жень И приобнял Цзюэ Цина за плечо и отступил с ним в угол. Но вот странно. Подвеска с приказом на поясе сильно нагрелась и пустила по телу разряд, от чего сердце сжалось. 

“Странно… что это за знак? Он что, тоже?...” подумал Жень И, но решил потом разобраться.

Лю Цзинсу мягко подошла к Ян Юфу, присела и положила руку ему на плечо. О чем они говорили, слышно не было. Слова, рожденные состраданием, никогда не должны звучать громко.

Жень И расслышал лишь: “Я тоже потеряла…”

Лишь когда Ян Юфу вытер слезу со щеки, Жень И вместе с Цзюэ Цином осмелились подойти. 

— Держи, положи его сюда, до того как найдешь лучшее место. — Жень И протянул купленную урну.

Ян Юфу дрожащей рукой принял ее и с благодарностью посмотрел на него. Затем он переоделся в также подаренную одежду, сел на край кровати и опустил глаза. И еще раз пересказал вкратце свою историю.

Он был ниже самого Жень И на пару цуней, от чего выглядел еще миниатюрнее. Судя по его рассказу, ему недавно исполнилось восемнадцать, но под уставшими и потухшими глазами уже залегли несколько морщинок. Короткие волосы он разделил на две части, одну закрепил в хвост, другая осталась распущенной. Серое шеньи с узким рукавом, которое они ему дали, еще больше подчеркивало его простую, но такую комфортную ауру.

— Что вы намерены делать дальше? — вдруг спросил Ян Юфу и поднял глаза на Жень И.

— В Да Ци определенно что-то произошло. Мы направимся туда и все выясним. — объяснил Жень И. — Ты пока оставайся здесь и не выходи из храма.

Цзюэ Цин взял юношу за руку и написал:

“Как мы доберемся?”

— Также, как и добрались сюда. — улыбнулся Жень И.

Он посмотрел на Лю Цзинсу, та стояла, облокотившись на стену и скрестив руки. Словно вся эта ситуация уже не касалась ее.

Девушка вскинула бровь, почувствовав на себе взгляд.

— Что ты так смотришь на меня? — холодно бросила она, но вздохнула, не в силах выносить такого пристального взгляда дольше. — Я же уже говорила, что я всего лишь мастер самоучка. Моя розовая аура лишь побочный эффект от неправильно освоенной техники.

Но Жень И прикрыл глаза, покачал головой и мягко улыбнулся. Он уже давно подозревал, что с их новой работницей бюро что-то не так. И вот пазл сложился.

— Ты пришла сразу же, после спасения детей в Учжоу. Плохое самочувствие в день осеннего равноденствия, розовая аура, которую ты пыталась скрыть. А еще, ты же сама в первый раз назвала меня братец. Не говоря уже о том, что дурман на тебя никак не повлиял.

Ян Юфу посмотрел на Жень И, затем на девушку, и с немым вопросом на Цзюэ Цина. Мальчик, правда, не удостоил его ответным взглядом. Лишь хмуро отвернулся.

— Гр…ладно! Я из рода хули-цзин! Доволен?! Что, теперь выгонишь меня взашей? — взорвалась Лю Цзинсу.

На ее холодном и всегда изящном лице теперь треснули маски и показались страх и злоба. Она еще сильнее вжалась в стенку.

— Пф…ах-хах! — Жень И засмеялся в кулак. — Дева Лю, в моем бюро служит сяогуй, а Цзюэ Цин за мной за руку ходит уже давно. Да и демонический тигр заглядывает с гостинцами. Ты правда думала, что для меня это важно? Но… я рад, что между нами теперь все по честному.

Казалось, Лю Цзинсу на миг застыла от удивления, широко раскрыв глаза. В них плескались искры, подобно ряби на взволнованном озере.

— Хули-цзин? Сяогуй? — повторил Ян Юфу и потер большим и средним пальцами виски. — П-простите, еще раз, из какого вы бюро?

Жень И и Лю Цзинсу переглянулись и, не удержавшись, рассмеялись. Цзюэ Цин лишь фыркнул, чтобы убрать упавшую челку с глаз. 

Они попросили Ян Юфу держать пока в секрете истинные сущности Лю Цзинсу и Цзюэ Цина. И юноша не возражал. Все же, теперь он обязан им за спасение. 

Наконец Жень И и сам присел на кровать, чтобы прочитать переданное ему послание. Бумага была сложена в красивого журавлика, на одном крылышке кривая подпись: “Для Жень И”

Юноша улыбнулся. Этот почерк уже больно напоминал попытки каллиграфии Цзюэ Цина. И прочитал:

“Во всем Янчэн монахи Будды спят. В молитвах души отдали. От подножия горы веет смертью. Встретимся в Баого”

— От кого оно? — спросила Лю Цзинсу, нависая над плечом юноши, чтобы самой прочитать.

Жень И покачал головой. Подписи более не имелось. Либо какой-то дух решил направить их, либо… Нет. Жень И пришел к выводу, что Шань-гун не стал бы посылать записку втихую. Да еще и через третьи руки.

— По крайней мере, у нас есть зацепка. Ты говорила, что рядом с Да Ци есть поселение Баого? Возможно, нам туда. — Жень И сложил послание и положил в мешочек, затем обратился к Ян Юфу. — Как закончим с делом, мы вернемся к тебе. Если хочешь, ты мог бы присоединиться к бюро.

Ян Юфу не ответил. Он прижал урну с прахом крепче к груди и просто кивнул. 

Троица решила пока оставить его. Они нашли Синляня в обеденном зале и спросили, есть ли из храма выход за пределы городских стен. Желательно не через ворота.

Удивительно, но выход и правда имелся. 

Дождавшись Минжаня, их повели на задний двор. Там в земле монах потянул за механизм и открыл всем лестницу в потайной ход. Путь пролегал глубоко под землей и тянулся в две стороны. Они зажгли небольшой фонарик и пошли за Минжанем по тому, что тянулся в сторону гор. 

— Зачем здесь два хода? — поинтересовалась Лю Цзинсу, прикрывая голову от сыплющегося песка. — Нет, зачем здесь вообще ходы? Вы же не преступники какие-нибудь.

Минжань шел впереди всех, указывая дорогу. Он то и дело отскакивал в сторону, завидев жука или упавший камень. Совсем несдержанный, в отличии от своего брата.

— Наставник сам вырыл эти ходы, на случай чего. Случись в городе нашествие трупов, нам было бы где спрятаться и переждать.

Вскоре они дошли до тупика с лестницей, упирающейся в люк. Минжань поклонился им, развернулся и поспешно ушел обратно.

Тьма быстро сгустилась. Жень И выудил из рукава маленького красного журавлика. Его свечения едва хватало, чтобы осветить лица их троицы.

Глаза девушки переливались таинственными бликами, от чего на сердце у Жень И все затрепетало.

— Я могу провести вас через дурман, но не смогу найти ориентир. Есть идеи?

Жень И кивнул. Затем подхватил парящего журавлика и парой изящных движений нанес на него печать. Проще говоря, сделал из бумажного журавлика компас, указывающий на гору школы Да Ци.

— Хорошо. — Лю Цзинсу не моргая, посмотрела на Цзюэ Цина. — Ты знаешь, что делать.

Ребенок почему-то кивнул, но Жень И не успел ничего понять, как тот притянул его за рукав вниз. Маленькие ладошки накрыли его глаза. Мир вновь погрузился в темноту. Звуки стихли. Жень И потерял счет своего сердцебиения и выпал из реальности.

Очнулся он, когда щеку лизнул прохладный порыв воздуха. Тогда же и Цзюэ Цин убрал руки от его глаз и все расплылось.

Они вмиг очутились в пустоши, окруженные дурманом. Городская стена осталась позади и вскоре ее затянуло облаками тумана. Красный журавлик, что плавно парил в воздухе, поплыл вперед, указывая путь.

Их троицу окружала розовая аура, ограждая разум от воздействия тумана, а также сокращая расстояние. Поэтому один их шаг равнялся сотне. Техника сжатия пространства достаточно распространена среди различных школ, к тому же невероятно полезна. Однако использовать ее могут лишь мастера цигуна на высоком уровне. То же самое и у демонов. Низкоранговые демоны не способны использовать мощные техники.

Жень И на всякий случай сжимал в руках меч. Хоть ничем теперь не скрытая аура Лю Цзинсу, как более сильного демона, теперь должна была защитить их от псов. Сердце сжималось при каждом шорохе из глубин тумана. Утробный рык то и дело звучал за спиной и растворялся в страхе разума.

Какое-то нехорошее предчувствие охватило юношу и заставляло постоянно оборачиваться назад.

— Что, уже тоскуешь в разлуке? — хохотнула Лю Цзинсу, но сама напряженно шагала дальше.

— О чем это ты?

— Знаешь, когда могущественные сущности, не важно, демоны или боги, обращают на тебя внимания… — девушка посмотрела на него в пол оборота и нахмурилась, — не стоит ожидать ничего хорошего.

Жень И понял, о ком она говорит, поэтому поспешил возразить:

— Это не то, чем кажется. К тому же… — но сам осекся на полуслове, осознав и другую мысль. — Он что, идет за нами?

Лю Цзинсу едва заметно кивнула. Теперь всем стало не по себе. Одно, видеть могущественного демона перед лицом. Глаза в глаза. И совсем другое знать, что он крадется по твоим следам, точно хищник за добычей.

Единственное, чем мог себя успокоить Жень И, так это тем коротким ночным разговором. Когда Шань-гун немного приоткрыл свои мотивы. Точнее, попытался показать, что не опасен, пока ему самому под горло нож не подставляют.

Они все шли и шли. Под ногами хрустели солома и замерзшая земля, покрытая снегом.

— Цин-эр, замерз? — позвал Жень И мальчика, заметив что тот тоже держал меч наготове покрасневшими руками.

Цзюэ Цин помотал головой. Он держался совсем рядышком, осматриваясь во все стороны. 

“Такой маленький и такой смелый” подумал Жень И. А еще он до сих пор не мог понять, чем же заслужил такую преданность и заботу.

Вскоре равнина сменилась резким подъемом. Из тумана один за другим выплывали кусты и деревья. Выкорчеванные фонари и древние каменные ступени.

— Кажется, мы подошли к Баого. — прошептала Лю Цзинсу и остановилась.

Бумажный журавлик также остановился и спланировал обратно на ладонь юноши. Больше не он не мог определить направление.

Они осмотрели отступающий туман. Собачий вой остался позади. И что странно, у поселения Баого не выставлено ни одного барьера. Поэтому, обменявшись предостерегающими кивками, троица пошла дальше, по каменным ступеням.

Цзюэ Цин теперь пошел впереди всех, Жень И почему-то досталась замыкающая роль.

— Лю Цзинсу, постой. — Жень И в два шага нагнал девушку. — Давно хотел спросить, откуда ты так хорошо знаешь Янчэн? Твоя семья из этих мест?

— Нет. Просто… как-то была проездом здесь, вот и все. 

Жень И скривил губы в подобии улыбки и подумал: “Ну конечно, у бюро ты тоже проездом была”. Но вслух больше ничего не стал говорить.

Вскоре они оказались в горном ущелье с плывущими облаками тумана. В пышной листве бамбука, в кронах деревьев и под крышами домов. Везде сочилась эта прохладная дымка. 

Баого располагался в этом ущелье, дома стояли по обеим сторонам, соединяясь между собой воздушными лунными мостами. Здесь тишина оглушала так, что создавалось впечатление полного запустения. 

Троица решила пройти чуть дальше и только спустя несколько домов они начали замечать в переулках и окнах силуэты людей. Но те как будто сторонились, спешили быстрее уйти в тени.

Да и в домах не горело и огарка свечи.

Кроме таверны. Лишь на ее дверях, словно миражи, покачивались алые фонарики, чье мягкое свечение едва пробивалось сквозь туман. А в окнах теплился свет от ламп.

У таверны висела вывеска и Жень И прочитал

— “Вино возвращающее к жизни”. Хм… — он задумался над странными словами, а затем посмотрел на девушку. — Лю Цзинсу, ты знаешь как пройти в храм?

Девушка покачала головой и тоже осмотрела вывеску. Раньше Баого и правда славился винными дел мастерами. Каких только сортов здесь не изготовляли. Торговая гильдия самолично посылала сюда своих людей, чтобы выведать секреты или хотя бы закупиться большой партией.

Но самым главным сокровищем считалось Вино Богов. Мало того, что напиток почти не опьянял, так еще и сил прибавлял, а совершенствование после употребления этого вина шло в несколько раз быстрее!

— Тогда, давайте зайдем и спросим дорогу. Все равно лучше, чем плутать по горным тропинкам. 

Жень И беззаботно, как ни в чем не бывало, шагнул вперед и отворил двери таверны. Переглядывания Лю Цзинсу и Цзюэ Цина остались не замечены.

Внутри оказалось пусто. Столы вроде и не покрылись пылью, даже горели свечи, но ни посетителей, ни запаха кушаний. Музыкальные инструменты тихонько лежали в углу под лестницей. Гостей никто не встретил.

Но как назло Жень И сразу заметил знакомую синехвостую фигуру в углу. Он был и рад его видеть, и хотелось бы развернуться обратно.

— Наконец-то вы дошли! — мягко позвал их Шань-гун, взмахом руки приглашая присесть к нему, а другой похлопал по стулу рядом. — Садитесь, здесь как раз свободное место.

Жень И горько улыбнулся, обвел глазами просторный пустой зал и подумал: “Мест тут и правда достаточно”. Но отказываться в такой ситуации было бы неуместно. Да и любопытство терзало со вчерашнего вечера, что же демон забыл в этих землях.

— Давай уйдем. — шепнула на ухо юноше Лю Цзинсу.

Она даже перехватила его руку, когда Жень И уже подался вперед. Цзюэ Цин также ухватился за другой рукав, не давая сделать шагу.

Жень И натянул улыбку и развернулся к спутникам, также полушепотом ответил:

— Прекратите, нам все равно нужно узнать дорогу.

— Но только не у него. — сквозь зубы шикнула Лю Цзинсу и потянула юношу к выходу.

Но из-за стола послышался ленивый, немного разочарованный голос демона:

— Я же не укушу. И сейчас принесут обед.

Решив взять ситуацию в свои руки, Жень И юркнул вниз, обогнул спутников и подтолкнул их к столу. Правда на этом его хозяйничество закончилось.

Только синехвостый демон облокотился в сторону присевшего юноши, чтобы улыбнуться и поболтать, как между ними возник хмурый Цзюэ Цин.Он внаглую переставил свой стул на угол, чтобы сесть между хозяином Тигриной Горы и Жень И. От подобного у первого вздернулась бровь. Второму же оставалось лишь смущенно посмеяться.

— У вас… какое-то дело в Янчэне? — первым задал вопрос Жень И, чтобы с чего-то начать разговор.

— …

Шань-гун отпил из фляги, которую все это время держал в руках и отвел глаза.

— Или вас тоже беспокоят местные странные происшествия? — решил попробовать еще раз Жень И.

— …

Но демон продолжал в упор молчать, словно немой. Кончик его хвоста нервно дернулся из стороны в сторону, а потом обвил сапог, точно трусливая змея.

Подобная резкая смена настроения совсем выбила юношу из колеи и он даже не удержался от мысли: “Он что, язык проглотил вдруг?”

— Сдается мне, Хозяин Тигриной Горы преследовал нас, чтобы повеселиться. — ухмыльнулась Лю Цзинсу, решив видимо подразнить демона.

 Глаза демона пронзил холодный блеск. Но прежде чем разгорелась словесная свара, Жень И помахал ладонью и поспешил вмешаться:

— А, а! Не будем ссориться. Давайте просто мирно поговорим.

— Не буду. — коротко ответил Шань-гун.

Затем, даже не повернув головы, он вручил юноше в руки свою флягу. Внутри плескалась ароматная вода. Но не алкоголь и не сок. Жень И принюхался, и кроме нежнейшего запаха персика больше ничего не почувствовал.

— Это?...

Он не успел толком спросить, что это, как Цзюэ Цин выхватил флягу и тоже принюхался. При этом брови его настолько нахмурились, что он стал похож на злого старца.

— Цин-эр, ты чего, все хорошо. — шепнул Жень И мальчику.

Он не мог отругать ребенка, сердце кровью обливалось на каждое “заботливое действие” с его стороны. Поэтому он всеми силами старался успокоить Цзюэ Цина.

Подняв глаза, Жень И виновато посмотрел на Шань-гуна, без слов спрашивая: “Можно же?”

— Я дал флягу тебе. Ты волен распоряжаться водой, как пожелаешь. — бросил демон.

Жень И заметил, что хвост того еще сильнее обвил сапог и шерсть стояла дыбом. Демон точно чем-то напряжен. Но чем, юноша пока не решился спросить.

Однако, понюхав, Цзюэ Цин всучил флягу обратно юноше и наотрез отказался пить. Даже после того, как Жень И попробовал сам и удостоверился, что это правда самая обычная вода. Все же, под предлогом что идти им еще далеко, а на пути вряд ли встретятся еще таверны, к тому же нормальные, мальчика удалось уговорить отпить немного. 

— Еще… ничего не пробуйте здесь. Пейте и ешьте только то, что дам я. — добавил Шань-гун настолько холодным и строгим голосом, что даже спорить не хотелось.

Лю Цзинсу на это лишь фыркнула, но из фляги тоже отпила.

— Записку ведь ты передал? — вдруг догадался Жень И.

— …

И снова демон молчал.

К этому моменту к ним вышел подавальщик и хозяин заведения, вместе с несколькими тарелками мяса и кувшинами вина. От еды пахло восхитительно, настолько, что у Жень И свело живот. Ведь кроме жидкой каши с утра он ничего не ел.

Вот только подавальщик и хозяин выглядели…точно ожившие куклы. На лицах натянутая закоченевшая улыбка, ни кровинки на щеках, а глаза с пустыми зрачками безэмоционально пялились сквозь гостей.