Онлайн чтение книги Еще одна история этого мира
Глава 40. Я бы домом назвал те страницы поэмы, что написана нами.

Легкий бриз коснулся щеки. Пронесся щебет птиц и растворился где-то вдалеке. Все ощущения вернулись в тело не сразу и вначале в ушах стояла давящая тишина. Лишь спустя несколько мгновений Сы Шуй Сянь уловил ветерок, принесший запах тепла, и услышал пение птиц.

Глаза ослепило от яркого света, что-то колыхалось прямо перед носом. Приглядевшись, он увидел как покачивается шелковая трава цвета лимонного нефрита. 

Сы Шуй Сянь довольно зажмурился и выдохнул, зарываясь в эту мягкую траву. Он лежал, кажется, на высоком холме, потому что кожи касались нежные облачка. 

Но эта нега не длилась вечно и вскоре на грудь обрушилось давление. Горечь обожгла язык. Он снова зажмурился, но на этот раз пытаясь сдержать слезы.

Кончиков пальцев коснулось что-то теплое. Осторожно, совсем немного. Словно боясь спугнуть. 

Сы Шуй Сянь повернул голову, поднимая глаза их травы, и увидел человека рядом. Тот также лежал грудью на траве и только что прикоснулся своими пальцами к его.

— Зачем же ты… — голос Шуй Сяня потонул во всколыхнувшейся печали и он придвинул пальцы чуть ближе, почти вплетая в чужие.

Спокойное лицо Ши Хэ Ланя расцвело улыбкой.

— За тобой на небеса, за тобой и в ад. Разве смогу я жить, если сердце мое мертво.

Они оба поднялись с травы и сели напротив друг друга. 

Место оказалось василиску знакомым. Это были те самые холмы в море облаков, которые он видел в ритуале в Коралловом Ущелье. Только на этот раз они здесь не одни. 

Прямо на них смотрел огромный глаз цвета жемчуга, в котором отражались блики света. Такая же огромная голова змеи утопала в облаках, а между холмами, далеко-далеко, простирались кольца длинного тела.

Сы Шуй Сянь не смог сдержать восторга и встал, подходя ближе к голове. Зрачок глаза устремился прямо на него. Внутри все задрожало и рассыпалось стаей щебечущих птиц. Тепло разливалось с каждым биением сердца.

Ши Хэ Лань также встал рядом, затаив дыхание.

— Это ведь… ты? — тихонько спросил Шуй Сянь. — Всегда был ты?

Огромный глаз ласково сощурился, будто улыбался. Уже знакомый голос ответил ему:

— Да, это я. Это мы, А-Сянь. Ожидание сотен лет и вот мы встретились. И ты…

Взор жемчужного глаза переместился на Ши Хэ Ланя. Сы Шуй Сянь увидел, как губы того дрожали и в глазах мерцали слезы. Он словно держался из последних сил и не мог поверить в происходящее. И был… счастлив?

— Скажи мне, я и ты… мы одно и то же? — задал вопрос Шуй Сянь, который мучил его уже довольно давно. — Разве ты… как бы не отдельно от меня?

Послышался мягкий смех и голос ответил:

— Мы одно и то же. Все мои мысли, чувства. Каждый твой выбор, каждый миг - часть меня. А я это ты. Когда мое сознание угасало, все воспоминания рассыпались осколками. Каждый стал моим дитя. 

Дыхание Сы Шуй Сяня дрогнуло. Он и подумать не мог, что его народ, василиски, могут оказаться подобной формой жизни. Каждый из них был воспоминанием божества.

Какое же он из них?

И будто бы прочитав его мысли, огромный змей ласково хохотнул и сощурился:

— Ты мое самое драгоценное воспоминание, А-Сянь. Не думай пока об этом слишком много, со временем все поймешь. Мира за пределами этого пространства больше не существует. Осколки воспоминаний вернулись и теперь я могу передать их тебе.

— Что? — ошеломленно выдохнул Шуй Сянь и чуть не упал на траву. — Зачем? Я никогда не желал стать богом. Разве ты не можешь и дальше существовать?

Жемчужный глаз на мгновение опустил взгляд, накрывшись тенью печали, но в следующее мгновение снова одарил обоих светом:

— Прости, мой дорогой. Но я конец этой истории. Тонкая ниточка прошлого, что ждала тебя. А-Сянь, милый, ты не станешь богом. Ты всегда им был. Ты всегда был началом и будешь им.

Ши Хэ Лань наконец отошел от шока и выступил вперед:

— Но разве… разве ты…

— Нет. — прервал его голос. — В тот день меня одолевали самые ужасные мысли и чувства. Лишь со временем, собирая по крупицам память мира, я понял. 

— И все равно. — Ши Хэ Лань зажмурился и сжал кулаки. — Если бы только я поступил иначе. Нельзя было отталкивать. Я подвел тебя. Ты должен хотя бы презирать меня!

Огромная змея вздохнула и несколько облачков поднялись в небо. Сы Шуй Сянь уже примерно понимал что произошло много лет назад, но молчал, чтобы человек сам все осознал.

Голос ответил просьбой:

— Посмотри на меня.

Ши Хэ Лань раскрыл влажные глаза, они дрожали. И посмотрел прямо на змея. Однако тот чуть качнул головой и сказал:

— Нет. Посмотри на настоящего меня.

Все еще не веря и не понимая, Ши Хэ Лань с дрожащим трепетом и страхом повернул голову и посмотрел на Сы Шуй Сяня. 

Василиск улыбнулся, пытаясь успокоить человека, и осторожно коснулся его запястья.

Голос мягко прошептал:

— Это мой ответ тебе.

Наконец взгляд Ши Хэ Ланя перестал дрожать и он сквозь слезы улыбнулся. Напряжение и страх развеялись. 

— Не будем спешить. — огромный змей снова качнулся и голова стала плавно опускаться в облака, далекие кольца закрутились. — Как только я передам тебе все воспоминания, ты сможешь снова сплести нить времени. А пока…просто поговорите.

С этими словами голова полностью скрылась в облаках, оставив двоих на холме. 

На плечо Сы Шуй Сяню упало несколько лепестков и легкий бриз коснулся кончика уха. Обернувшись, они заметили как за их спинами в мгновение ока выросло большое дерево. Распустились нежные цветы, лепестки плавно летели, уносимые вдаль.

Кивнув друг другу, они присели в тень пышной кроны. Пейзаж пленил своим неспешным течением. Море облаков лениво текло, меняло очертания, от чего глаза тяжелели и клонило в сон.

— Так… что там произошло? — первым спросил Шуй Сянь.

Они оба уже понимали, что когда василиску передадут воспоминания, он все равно все вспомнит. Но важнее будет услышать это напрямую.

Поэтому Ши Хэ Лань вдохнул побольше воздуха, чтобы успокоить мысли, и прикрыл глаза. Медленно он стал выуживать давно поблекшие воспоминания.

— Помнишь… слухи о том, что боги развязали между собой войну и так погибли? — спросил Ши Хэ Лань, на что получил утвердительный кивок. —  Это не так. Это я начал войну. И я же всех убил.

— Это я уже понял. Просто назови причину. — Шуй Сянь мягко улыбнулся и махнул хвостом, чтобы обвить их обоих.

— У небесного предела в далеком прошлом за основу мироздания был взят абсолютный порядок. Совет старших решил, что ты, будучи божеством воспоминаний, являешься главной помехой на пути к этому порядку. Поэтому они решили преступить закон ради “высшей и благой” цели. — тут голос Ши Хэ Ланя дрогнул и хрустнули костяшки пальцев. — Поэтому они решили убить тебя. 

Он замолчал, пытаясь успокоить вихрь в груди. И Сы Шуй Сянь, сам внутренне дрожа от этой истории, положил руку на плечо человека. Прикосновение смахнуло негатив и Ши Хэ Лань продолжил:

— И Вейцао был богом порядка и верховным в совете. Считай, второй правитель мира, после тебя. Поэтому к нему все прислушивались и ставили его мнение наравне с законом. Все, вот только не я. Плевать хотел на порядок. И я был готов пройти против всего мира, чтобы защитить тебя.

На мгновение задумавшись, Сы Шуй Сянь улыбнулся и прервал рассказ:

— Подожди, хочу угадать, каким же ты был божеством. — прижав уши и еще немного поразмыслив, он предположил. — Хм, раздора?

Ши Хэ Лань распахнул глаза и с удивлением уставился на василиска.

— Верно! А-Сянь, ты такой умный. — он улыбнулся и продолжил рассказ. —  В общем, так получилось, что моя сила часто выходила из под контроля. Жажда защитить тебя смешалась с гневом. Я не мог остановиться. Чтобы не навредить тебе, в пылу битвы мне пришлось столкнуть тебя с неба. Я знал,что рано или поздно потеряю контроль над собой, поэтому попросил Линь Сюя прикрыть тебя. Он должен был поймать тебя…

И Линь Сюй бы непременно выполнил просьбу, если бы самому не пришлось спасать любимую. В разгар битвы уже нельзя было определить кто с кем сражался. Аура раздора затуманила божествам разум. Лисий народ едва успел собраться во Дворце Бракосочетания, когда и на них напала армия вражеских духов. Повелительница Цветов тогда пожертвовала собой, чтобы спасти Линь Сюя и его лис. 

Поэтому он не смог вовремя подхватить Сы Шуй Сяня, позволив ему упасть за пределы звездного неба, на смертную землю.

И тут Сы Шуй Сянь понял, почему тогда в ущелье клана Неумолкающих у него возникло сильное чувство дежавю. Он уже падал однажды. 

— Скажу тебе одно. — Шуй Сянь прикрыл глаза и сделал глубокий вдох, чувствуя на себе пристальный и тревожный взгляд. — Больше так не делай.

— А?

Ши Хэ Лань, явно не этого ожидавший, выпал в осадок и даже дыхание осело на дно груди. Слова василиска звучали и мягко и коротко, как будто не было в прошлом никаких смертей и хаоса. Как будто Ши Хэ Лань совершил мелкую шалость и вот теперь сидит как на иголках, пока его за это отчитывают.

— А что ты хотел от меня услышать? — тихонько хохотнул Шуй Сянь и посмотрел на человека. — Да, в прошлом ты ранил мое сердце так сильно, что оно разорвалось. Но ведь и я ошибся. Нужно было верить тебе. Быть может… я бы дождался тебя.

Дальше они решили больше ни о чем не говорить и насладиться красивым видом. Золотой свет моря облаков переливался медленно розовым и перламутровым. Над головой летели лепестки, вскоре они покрыли весь небольшой холмик, на котором двое сидели. А вдали проносились стайки белых птиц. 

Внутри переливались тепло и спокойствие.

И где-то за сознанием, за светом и облаками звучали капли мелодии ханга.

Вскоре вновь голова змеи вынырнула из облаков и улыбающийся глаз окинул их ласковым взором. 

— А-Сянь. Хэ Лань. Когда я передам воспоминания, передастся и божественная суть. Я же исчезну вскоре после этого. — глаз посмотрел на василиска. — Ты сможешь соткать мир заново, все будет там же, где остановилось время. Вот только… моих сил не хватит вернуть вас обоих. 

Ши Хэ Лань, услышав это, весь вздрогнул и с тревогой посмотрел на Сы Шуй Сяня:

— И думать не надо, возвращай его!

Это и ожидал услышать Сы Шуй Сянь, поэтому покачал головой и возразил:

— Нет. Останусь я. Здесь находится исток времени и памяти, отсюда и буду плести. Может однажды и вернуться смогу. А нашим ученикам нужен настоящий наставник. Ты должен за ними присмотреть.

Сы Шуй Сянь взял руку человека в свою и заглянул в глаза, полные неверия. Все в нем протестовало и билось загнанной в клетку птицей со стрелой в сердце. Ши Хэ Лань опустил голову и отступил, смирившись со всем.

— Приступай. — Шуй Сянь кивнул огромной змее.

Змея кивнула. Море облаков засветилось слабым золотом и к василиску потекли сотни тончайших нитей. Браслет драконорожденных на его руке развязался сам собой и тоже слился с телом. 

Почувствовав, как тягучее тепло все больше обрамляет его, Сы Шуй Сянь уселся на траву. Голова потяжелела, в черноте закрытых глаз проносились мириады воспоминаний и знаний. Своих. Чужих. Никому не известных.

Ощущения показались сперва странными. 

Знания казались и чужими и своими одновременно. Как будто он выучил их, забыл и вот теперь они сами собой вспомнились. Как это всегда было с техникой высасывания жизни.

Поэтому, не задумываясь сильно об этом, Сы Шуй Сянь просто сложил руки в особую форму из комбинаций и вокруг него закружились печати. Множество золотых колец с узорами и древними иероглифами.

Сознание погрузилось в водоворот и последнее, что видел Сы Шуй Сянь, печальные глаза человека.

Сам же Ши Хэ Лань еще крепче сжал кулаки, отчего костяшки больно хрустнули.

— Ты же понимаешь, о чем я прошу? — сквозь дрожь в груди и горле спросил Ши Хэ Лань.

Голова змея качнулась и печально опустился жемчужный глаз. Кольца тела, что раньше выныривали из облаков за каждым холмом и, казалось, это тело бесконечно, теперь помельчали. Потихоньку растворялись.

Голос тихо ответил:

— Мм, кончено. Я знал, что ты не сможешь оставить его. 

— Ты… то есть, он больше всех заслуживает жить свободно. Я обещал защищать и быть рядом. И я сдержу свои обещания. 

Ши Хэ Лань присел на колено перед василиском. Все такое же пепельное бледное лицо, милый румянец и две бордовые родинки под глазом. И еще одна на переносице. 

— Если останешься ты, — голова змея придвинулась ближе к холму, — растворишься. Это место не только начало. Оно и конец. И пока существует прошлое божество памяти, существует и оно. 

— Я понимаю, — Ши Хэ Лань поправил прядь волос, что ветерок сдул на глаза василиску и мельком глянул на подвеску, — но он не будет один. Я же обещал. 

Змей мягко посмеялся и также ласково ответил:

— Я знаю.

С этими словами тело змея полностью растворилось золотыми искорками. Одна из них, самая большая и яркая, пролетела рядом с Ши Хэ Ланем, задев щеку, и вошла в тело василиска.

Море облаков начало сливаться с небом и граница смылась. Самые далекие холмы потонули в свете, а дерево в один момент сбросило все лепестки.

В этом вихре Ши Хэ Лань наклонился и мягко коснулся губами родинки Сы Шуй Сяня на переносице.

Последнее, что он увидел, как за его ушками засветилось божественное гало. И его собственное сознание слилось с золотым светом.