Онлайн чтение книги Еще одна история этого мира
Глава 41. Росчерком кисти мне на на картине виделся сон.

Часть первая. Краски новые.

Та самая первая секунда утром - это тишина. Всепоглощающая. Глубокая, подобно толще воды. А ты на самом ее дне. И только спустя несколько мгновений ты понимаешь где находишься, а в тело возвращаются чувства. Слух улавливает дыхание земли и ветра, шум прибоя или шепот трав. 

В случае Сы Шуй Сяня эта секунда длилась вечность. Он не мог вспомнить когда очнулся, но точно долго не мог понять, что за лица перед ним. Почему вокруг серость, голая земля и плотный туман. В этом тумане мелькали очертания людей. Блеск оружия слепил глаза. А смазанные голоса проносились как бы мимо ушей.

Что-то тряслось.

Или он трясся.

Махнув ухом, Сы Шуй Сянь в полусознании повернул голову и краем сознания понял, что за руку его кто-то тряс. Мальчишка, вцепившись в рукав, ревел и заливался слезами. 

С другой стороны, также крепко сжимая другой рукав, на него во все глаза смотрела девчушка. И как-будто бы чего-то ждала. Может… объяснений? В итоге она не выдержала и просто обняла руку василиска, крупно задрожав.

А впереди, полулежа, на него с диким беспокойством и, как будто бы неверием, смотрел бледный мужчина с черными волосами. Рядом сидел юноша, сжимая его раненую руку и также испуганно глазел на Сы Шуй Сяня.

“Кто…я?” пронеслось в голове у василиска и собственное имя больно врезалось в сознание. Собственное имя… Почему его так зовут? Где он и что происходит?

Он поднял ладони, насколько мог под давлением двух людей, что все еще их держали. Они тряслись. Ни капли сил, ни капли чего либо. Ощущение пустоты. Даже биение сердца едва ощущалось. А тревожное дыхание напоминало рефлекс.

Грудную клетку резко сдавило, сердце наоборот расширилось и боль оглушила василиска. В итоге тьма снова накрыла глаза. Кажется, он упал в обморок.

* * *

Сначала Сы Шуй Сяню показалось, что он все еще на краю осознания мира, в беспросветном тумане и тишине. Но спустя мгновение, как только яркий солнечный свет ослепил глаза, раздался и чей-то крик. 

— Учитель!

— Осторожнее, придурок!

На василиска набросился Цзян Ецин, с заплаканным лицом. Чаша с лекарством, которую он нес, от неожиданности выпала из рук, но Инь Чжу вовремя успел подхватить ее. 

Под тяжестью ученика Сы Шуй Сянь захрипел и попытался приобнять и отстранить того, но тот лишь сильнее стискивал шею.

— У-учитель, вы нас так напугали! Мы думали… думали…

— Ну-ну, тише.

Сы Шуй Сянь мягко похлопал юношу по спине и с улыбкой посмотрел на Инь Чжу, который поставил чашу на столик. Только после этого Цзян Ецин, утирая глаза, отстранился и сел на край кровати. На его измученном лице читалась радость и облегчение, однако под глазами залегли тени тревоги.

И сам Сы Шуй Сянь едва сдерживался, чтобы не заплакать. Стоило сделать первый вдох и открыть глаза, как он понял что произошло. Нельзя было полагаться на свое прошлое “я”, даже если оно старше самой истории. Все же это он, мысли и чувства одни. Они одно и то же. 

— Учитель… — осторожно шепнул Цзян Ецин. — он не вернется?

—  Его физическая оболочка уничтожена. — Шуй Сянь сжал в руке кулон на груди. — А сознание и душа сплелись с памятью этого мира. Ецин, сколько я спал и что произошло?

Но вместо юноши ответил северный демон:

— Вы спали ночь и утро. С всех концов сюда слетелись письма. Коралловое Ущелье возникло из ниоткуда на прежнем месте вместе со всеми обитателями. В земли клана Цзан вернулась жизнь. Но то, что происходит в небе, вам лучше увидеть своими глазами.

Сы Шуй Сянь кивнул. Он так и предполагал. После того, как прошлое его воплощение передало все воспоминания и свою суть, он соткал нить времени, распутал клубок, сотворенный И Вейцао. Так как память о драконорожденных была вплетена в золотой браслет, он использовал его, чтобы вернуть Ущелье. Однако… все же он не мог вернуть остальных василисков, от которых остались только выгоревшие клочки из книги истории. 

Уже свесив ноги с кровати, Сы Шуй Сянь ощутил что-то во внутреннем кармане и вытащил оттуда нефритовый жетон. Жетон Подлунного Пика. На обратной стороне красовалось имя его ученика.

— Цзян Ецин, — Шуй Сянь протянул ему жетон. — это передал тебе Ши Хэ Лань. Носи с гордостью.

Дрожащими руками юноша принял нефритовый жетон и чуть не свалился на колени со слезами. Он не мог поверить своему счастью и удаче, что наконец соизволила повернуться к нему лицом.

Прижав жетон к груди, чуть ли не задыхаясь, он прошептал: “Спасибо. Спасибо!”

Оглядев комнату, Сы Шуй Сянь понял, что сейчас они в доме Ши Хэ Ланя. Видимо, после исчезновения останков божества туман на краю осознания мира очистился и перестал быть зацикленным. Поэтому людям удалось найти путь обратно. 

“Интересно, как сейчас обстоят дела в клане. Главы больше нет.” — подумал василиск и вспомнил еще кое-что.

— А что сейчас с остальными? Где они?

Цзян Ецин на этот раз собрался, шмыгнул носом и сделался серьезным:

— Владыка севера был серьезно ранен и сейчас отдыхает в лечебнице. С ним сейчас Бай Лун. Глава Цзян тоже пострадал, он почти без сознания был, когда его привезли сюда. 

Услышав имя сородича, Сы Шуй Сянь подавился воздухом и переспросил:

— Бай Лун?! Он…как он остался? Как он сейчас выглядит?

Цзян Ецин и Инь Чжу переглянулись, лица перекосились в непонимании и недоумении. Они, кажется, не могли точно ответить. 

— Сейчас важно решить другое. — произнес Инь Чжу, подавая василиску чашу с лекарством. — В Подлунном клане неразбериха. Главы больше нет. Ши Хэ Ланя тоже. Из старейших остались только старшие мастера. Они сейчас переругиваются между собой в тронном зале. Советника Го нашли недалеко от дворца с вывихнутой шеей. Ученики сейчас напуганы и не знают чего ждать. 

Сы Шуй Сянь принюхался к лекарству и понял, что это укрепляющий отвар.

— А где Хань Ло и ее сестра? 

Юноши снова переглянулись. Но на этот с раз такими кислыми лицами, будто их заставили вспомнить что-то настолько несуразное, что и говорить не хочется.

Но все же Цзян Ецин осмелился ответить, пусть и не очень уверенно:

— Понимаете… как преемник И Вейцао, учитель Ши имел право голоса на собрании по выбору нового главы, которое теперь перешло к его ученикам. Я неофициальный ученик и слабак. А вы, как друг мастера Ши и мой учитель, представляете Подлунный Пик. Хань Ло, как ваша ученица, также имеет право голоса, в отличие от Инь Чжу и Хань Син, которые не имеют к нашему пику отношения.

Услышав эту речь, Сы Шуй Сянь сразу понял, что это не слова самого Цзян Ецина:

— Это тебе так Хань Ло сказала? — со слезами усмехнулся Шуй Сянь. — Хочешь сказать, она сейчас в тронном зале и пытается урезонить старейшин?

С каменными выражением лица, все еще кислым и отрешенным, юноши кивнули. Василиск перестал посмеиваться и переспросил уже похолодевшим тоном:

— Вы сейчас серьезно?

Юноши снова кивнули.

Залпом выпив отвар, Сы Шуй Сянь подорвался с кровати и помчался к главному дворцу. По пути ученик пытался объяснить ему, что Хань Ло стала сильнее в Белых Землях и не стоит так переживать. Но он не слушал. Раз сам И Вейцао был слегка того, то и на других старейшин нельзя вешать бирки благородных мужей. 

У входа в тронный зал собралась толпа адептов и все как один тянули головы, чтобы получше рассмотреть происходящее в открытую дверь. Внутри, похоже, происходило что-то настолько интересное, что никто не обратил внимание на василиска.

Им втроем екое-как удалось протиснуться к воротам, где они увидели Хань Син. Девушка стояла в расслабленной позе, прислонившись спиной к стене и согнув ногу. Хоть холодное лицо и оставалось непроницаемым, каждый ее кусочек светился гордостью.

— Глава Ха…

Василиск не успел поприветствовать ее, как она согнула руку и большим пальцев указала в сторону зала. При этом довольная улыбка расцвела на бордовых губах.

Растолкав адептов, они наконец протиснулись в зал. Внутри стояла ужасающая атмосфера. Десять старейших мастеров Подлунного Пика как один стояли перед троном и, сжимая кулаки до трясучки, не могли сделать и шага. 

Сы Шуй Сянь и сам охнул, стоило войти. На него обрушилась огромная сила “подавления”. Подобная толще воды. Если бы он вовремя не сориентировался и не окружил себя и юношей защитной аурой, то вполне бы задохнулся.

Старейшины в гневе сверлили глазами девочку, что нагло сидела на троне, закинув ножку на другую. Довольное личико она подперла кулачком, а в другом сжимала искрящийся кнут. К тому же, от самого трона, до середины зала тянулась трещина в полу, оставленная этим самым кнутом.

— Госпожа Хань, — процедил сквозь зубы дальше всех стоящий мастер, — какое бы отношение к Подлунному Пику вы не имели, у вас нет права сидеть на этом троне. 

— Хм! — Хань Ло самодовольно хмыкнула на грани усмешки.

Тут вмешался другой мастер:

— Брат, не ты ли только что хотел отрубить мне руку и стать главой? — кое-как он сложил ладони вместе перед собой, точно приветствуя небеса, и тут же под давлением опустил. — Ну так попробуй занять его сам!

Топнув ногой и поставив их пошире, Хань Ло облокотилась на колено и бросила всем в лицо:

— Вы тут еще раз подеритесь, посмотрим, кто останется в живых. — увидев, что все мастера потупились и сглотнули рвущийся страх и гнев, она с усмешкой крикнула. — Ну же!

— Да где видано, чтобы собрания проводились так! — закричал еще один мастер. — По правилам, трон переходит члену семьи предыдущего главы! Это мы виноваты в том, что у главы И не заимелось жены!

— Надо было давно предложить ему брак, не было бы такой ситуации сейчас. — поддержал другой. — Плохие мы старейшины клана.

Сы Шуй Сянь, выслушав еще с десяток негодований на тему того, что у И Вейцао ни жены ни детей не осталось, тоже усмехнулся и покачал головой. Этим старикам лишь бы козла отпущения найти, а как начать трезво мыслить…не, это не к ним.

— Девочка, — обратился к Хань Ло самый стойкий мастер, — по второму правилу, глава выбирается из сильнейшего на пике. Что ты пытаешься сделать, удерживая нас?

Тут Сы Шуй Сянь сделал шаг вперед и холодно ответил ему вместо ученицы, при этом пронзив ледяным взглядом:

— Пытается не дать вам совершить ошибок.

Все замерли, затаили дыхание и вперились в спину василиску, что спокойно подошел к ступеням трона. Но дальше не прошел. 

— Учитель! — обрадованная Хань Ло соскочила с трона и бросилась обнимать василиска.

Сы Шуй Сянь потрепал ее по голове и попросил убрать “подавление”. Стоило Хань Ло махнуть рукой, как десять старейшин обессилено рухнули на колени. Было слышно как от злости скрежетали зубы. Их задетая гордость клокотала яростью.

Развернувшись лицом к ним, Сы Шуй Сянь окинул их холодным взглядом.

— Сейчас сильнейшим является Ши Хэ Лань. И пусть сейчас он не может занять место главы, я выступлю его регентом. Пока он не вернется.

По залу прошелся шепоток и даже за дверьми зала загалдели адепты.

— Разве мастер Ши не погиб? Его тело растворилось в воздухе и вы вернулись один! — возразил один из старейшин, положив руку на рукоять меча.

— Верно. Как может демон василиск раздавать нам указания.

— Мы все прославленные мастера Подлунного Пика, а ты…

Терпение Сы Шуй Сяня лопнуло. Резко открыв глаза, залитые золотым светом, он снял с себя ограничительные печати и облик преобразился. Волосы, подобно утренним золотым облакам и тени уходящей ночи, заструились за спиной. Шерсть на кончиках ушей также окрасилась золотом, а за макушкой появился нимб. 

Атмосфера в зале потяжелела, даже хуже “подавления”. Десять старейшин, ощутив внезапно внутри необъяснимую панику и дрожь, снова повалились на колени и мечи их попадали на пол. Некоторые, увидев во что преобразился василиск, от страха могли только указывать пальцем и повторять “Ты. Ты. Ты”

— Я что? — переспросил Шуй Сянь и от него прошлась волна золотистой энергии. — Да. Ши Хэ Лань сейчас не здесь. Но я верну его. А пока присмотрю за Подлунным Пиком. У вас есть возражения?

Никто больше не осмелился и пикнуть. Еще бы. Василиск ведь у них на глазах вдруг стал божеством! Его аура выбила всю их гордость и самоуверенность. 

— Раз так, то чтобы завтра утром у меня на столе были ваши списки учеников и отчеты. Ваш ранг, уровень и предмет обучения. Посмотрим, как глава И вел свои дела.

Услышав приказ, старейшины поклонились и поспешили убраться из зала. Двери закрыли, чтобы не дать и дальше любопытным адептам глазеть на это “безобразие”.

Хань Ло, Цзян Ецин и Инь Чжу наоборот подошли ближе с интересом стали рассматривать василиска. 

— Невероятно! — воскликнула Хань Ло, покружив вокруг него с горящими глазами. — Мой учитель божество! Учитель, вы потрясающий! 

— Учитель, вы сказали…что вернете мастера Ши? — Цзян Ецин с надеждой посмотрел на Шуй Сяня.

Устало вздохнув, Сы Шуй Сянь присел на ступени перед троном и слегка обхватил колени. Ему с трудом давалось себя в этом убедить, не то что детей. 

Он вкратце пересказал им троим что произошло на поле битвы, его разговор с первым божеством памяти и жертве Ши Хэ Ланя. Рассказал, как сплел заново время и память, тем самым вернув драконорожденных. Не забыл и о себе упомянуть. О том, кем когда-то был и стал вновь. 

Когда с разговорами покончили, Сы Шуй Сянь решил навестить Владыку севера и посмотреть на Бай Луна. Он уже примерно понимал, почему того не затянуло обратно в прошлое или тело не рассыпалось песком. Из-за того, что Сы Шуй Сянь дал ему из прошлого частичку его из настоящего, да еще и скрепил просьбой защитить друзей, да под барьером… суть Бай Луна, его начало и конец сплелись в круговую нить и зациклились. 

Они быстро добрались до бесконечных лестничных пролетов лечебницы. Однако не успели дойти до покоев, как услышали крики в коридоре. 

Сы Шуй Сянь приложил палец к губам и затолкал детей за спину. Они примостились к углу и тихонько стали подсматривать.

— Я уже сказал господину, что не помню вас. — голос принадлежал Бай Луну.

В коридор вышел золотисто-черный силуэт. Бай Лун выглядел точно призрак, ноги ближе к ступням почти исчезали, не касались пола. А вот сверху он был вполне осязаем, хоть и слегка просвечивал.

За ним в коридор, такой же мрачный и холодный, подобно зимней туче, вышел Мо Цзюньшан.

А за ними еле поспевал… Цзян Цзюймин в инвалидном кресле. Отчаянно крутя колеса, он не обращал внимания, что пальцы чуть ли не придавливало между ними и подлокотниками. Он спешил к ним:

— Да, конечно, я все понимаю. Но прошу, выслушай меня. Может… может тогда что-то вспомнится.

Мо Цзюньшан вдруг резко развернулся и как бы загородил рукой василиска:

— Ты уже все ему рассказал! Хватит нас всех обманывать. Цзян Цзюймин, какими бы ни были твои намерения, ты пошел против братской клятвы. Против законов мироздания. Мы…. Мы очень тобой разочарованы.

В глазах бывшего главы заблестела влага. Дрожащими пальцами он впился в подлокотники и, кажется, всем что осталось от сердца, желал подорваться с кресла.

— Постойте! Да погодите же! — сорвался он на крик, вытянул руку и подтолкнул себя другой.

По коридору разнесся шорох и глухой стук падения. Упав на пол, Цзян Цзюймин пытался привстать и ползти к демону и василиску.

Не выдержав чужих мук, Бай Лун остановился и с печально тревожным видом спросил у Владыки севера:

— Так… мы трое и правда были друзьями?

— Мм…

Мо Цзюньшан закрыл глаза и только утвердительно промычал. 

Они оба развернулись и, не сговариваясь, помогли Цзян Цзюймину сесть обратно в кресло.

— Однажды я увидел в тебе хорошего человека и спас. — тихонько сказал Бай Лун. — Уверен, ты желал мне лишь лучшего. Но прошлое остается в прошлом. Небеса внемлют клятвам, однажды мы бы встретились вновь. Но не при таких обстоятельствах.

— Ты уже заплатил свою цену. — Мо Цзюньшан опустил глаза на колени человека. — Сейчас тебе нужно еще раз все обдумать и успокоиться. Как будешь готов поговорить, найди нас в Ханьгу.

Цзян Цзюймин не смел больше и слова сказать им, лишь смотрел как они уходят и скрываются за поворотом.

Там же они все и пересеклись. 

Сы Шуй Сянь смотрел на Бай Луна и два чувства никак не могли сплестись в одно. Спокойствие и буря после тоски. Пусть его давний друг и выглядит как отголосок воспоминания, но он здесь. 

Поколебавшись лишь мгновение, Сы Шуй Сянь поддался вперед и обнял его. Тело Бай Луна оказалось теплым, темного искрящимся, как будто под ладонями фейерверк. 

— Наверное, я должен извиниться, что все так вышло. — севшим голосом на полу выдохе сказал Шуй Сянь и отстранился.

— Не стоит. — Бай Лун улыбнулся, как всегда это делал, мягко и искренне. — Я рад, что могу встретить тебя вновь. Увидеть мир и… жить наконец без страха. Это твои ученики?

Сы Шуй Сянь кивнул и представил Цзян Ецина и Хань Ло. Они все обменялись парой любезных слов. Но коридор лечебницы не подходил для дружеской беседы, поэтому компания решила двигаться обратно. Лестница бесконечным водопадом уводила их вниз, мелькали кроны деревьев в окнах. 

— Ецин, поговори с отцом. — Мо Цзюньшан осторожно положил руку на плечо юноши. — Сейчас он слаб и его иллюзии развеялись. Самое время заполнить непонимание между вами. А клану нужен лидер.

Цзян Ецин нахмурился и в свойственной ему манере опустил голову. В памяти еще было свежо воспоминание того вечера, когда Цзян Цзюймин признался, что сам расколол его духовное ядро. И повторять все это… не особо хотелось.

— Дядя Мо, я… просто хочу больше никогда не видеть этого человека. 

— Поддерживаю дядю Мо. — вдруг произнес Инь Чжу, подойдя к ним с другой стороны. — Когда мы поговорили в Белых Землях, знаешь… мне стало легче. 

— Ты же даже не знаешь, почему твой отец не стареет. — Мо Цзюньшан развернулся, встал перед юношей и положил уже обе руки на его плечи. — Если тяжело, Мы можем пойти с тобой.

Не стареет? Цзян Ецин всегда знал, что его отцу в несколько раз больше лет, чем он выглядит. Но ему всегда казалось, что это засчет 12-го уровня совершенствования. И хотя никто толком не знал, какой у главы уровень, всем казалось это так… Неужели…

— Дядя Мо, спасибо. — не поднимая головы прошептал Цзян Ецин. — Я справлюсь.

Владыка севера кивнул и вместе с Инь Чжу отошел к остальным. Сы Шуй Сянь же, кивнув им вслед, остался с учеником. Тот выглядел снова поникшим и помрачневшие глаза чуть дрожали. 

— Ецин, не ищи оправданий и прощений. Порой трудно различить где зло, а где добро. Но Инь Чжу прав, тебе так станет легче. — василиск был ниже ростом, поэтому хорошо видел как глаза юноши на миг закрылись и лицо вновь посветлело. — Я подожду тебя у… нашего дома. Хочу показать одно место своим ученикам. Уверен, оно вам понравится.

Цзян Ецин сделал глубокий глоток воздуха, пытаясь унять внутреннюю дрожь. Наконец он широко улыбнулся и вскинул голову. Малиновые глаза ярко горели.

— Учитель, дождитесь меня.

— А…

Сы Шуй Сянь чуть дернулся от удивления. Насколько их ученик похож на Ши Хэ Ланя… Вот же совпадение.

Василиск тоже улыбнулся, кивнул, затем развернулся и пошел вниз. Вскоре его силуэт растворился в яркой дымке дневного света и мелькающих отражений.