Одушевленная публика не могла поздравить победителя с победой: у них до сих пор затаился страх перед человеком с непонятными способностями. И то, что он поднял свой глаз, напоминавший игрушечный, пугало ещё больше. Макс встревожился из-за противника так, что у него побежали мурашки. Настолько страшная сила могла убить другого Ханасэро. Джон и Мэтт о чём-то шептались об этом бойце, и он спросил у них:
— Что у него за способность? — выкрикнул Макс, подёргивая дрожащими губами.
— Сложно сказать, — сухо ответил Мэтт.
Макс посматривал на Мэтта, который до сих пор не мог отойти от того, что его брат спас его и стал вести себя холодно и закрыто. Джон тоже не мог ответить на этот вопрос, потому что не знал полной информации о бойце. А Юлий до сих пор был в отключке, дёргая носом от умиления, как миленький пёсик.
— Знаете, я слышал одну легенду, — проговорил Ендарь, выпрыгнув из-за плеча Мэтта, который сел на перила. — Когда-то давно моя королева рассказывала историю о влюблённой паре — вудсе и человеке.
Вспоминая моменты, когда появились вудсы, многие относились к ним холодно, будто сама природа предполагала этот исход, в отличие от других существ на этой планете. Была одна девушка-вудс, которая мечтала о великой любви, что могла охватить сердце среди древесных ростков и мха. Как-то раз, прогуливаясь над лесными рощами и огромными деревьями, что могли достигать облаков, она встретила путника. Героев этой истории звали Агача и Мойр. Восхищённая Агача пыталась привлечь человека. Странник по лохмотьям напоминал жителя Дон Мота, с разными символами на одежде, напоминавшими знаки семьи из клана. Путник побоялся девушки, которая напоминала человекоподобное дерево из разных корней со мхом. Но в его сердце будто что-то ёкнуло, а именно — интерес к необычной девушке. Она по виду напоминала то, о чём им рассказывали в страшных сказках, но её голос был подобен ангелу, вышедшему из облачного покрова красоты. Они стали много времени проводить вместе над лесными гущами, что скрывали солнечные лучи через проблески веток и листьев. Их искренность преодолевала границы межрасовой любви. Во времена, когда межрасовая любовь была под запретом, когда Манкисойры провозгласили себя отдельной расой, что и привело к их конфликту. Это касалось и новых рас, но для Агачи и Мойры не было никаких границ. Они виделись каждый день, говоря о своих культурах. Мойр рассказывал о клане Хабу, которые изучали лечебное искусство, и для него Агача представляла неподдельный интерес. Агача рассказывала о людях-деревьях, которые могли чувствовать эмоции деревьев в своей манере. Но почему-то в душе чувствовалось некое одиночество в физическом плане. Та самая любовь к другому существу. Мойр понимал это, поэтому моментально признался в своих чувствах и восхищении. На следующий день после признания правители Ямамото и Сарпинскайхотеп объединились, чтобы захватить территории Матери. Юный Мойр направился на войну, чтобы истреблять вудсов, но он не смог убить свою любимую и перерезал себе горло у неё на глазах. Агача ощутила утрату любимого человека, братьев, сестёр и Матери. Единственным выходом, чтобы его тело осталось живым, стало соединение с человеком: она окутала его древесными корнями, и тот воскрес. Прошло несколько лет, и Мойр захотел отомстить за вудсов, с которыми поступили ужасным образом. Но жизнь оказалась намного быстрее его мести: города Дон Мот и Египтсахран были уничтожены, сменили правителей и названия. Прошлая культура уничтожала себя сама. Но он не получил насыщения и до сих пор странствует между странами и городами, чтобы утолить свою месть.
— И ты думаешь, что этот Кукольник является Мойром? — озадаченно спросил Джон.
— Это только предположение, — ответил собеседник, посматривая на арену и чистя зубы своими же руками-листочками.
— Это всё фигня, — проговорил Мэтт. — Не может быть, чтобы обычный человек долго жил. Как ты и сказал, это всего лишь легенда, а этот челик — просто фрик со способностями.
Макс подошёл к Мэтту, который выслеживал бойца в маске, но его толкнули так, что он, не ожидая такого исхода, упал на пол.
— Что ты творишь? — наорал Мэтт.
— Это ты что творишь? — переспросил Макс.
Между Максом и Мэттом чувствовалась аура негатива, присутствовавшая между двумя юношами, которые смотрели друг на друга. Они долго глядели друг на друга с хмурыми лицами, готовые разорвать противника в клочья. Мэтт встал на ноги, отряхнулся и продолжил «гляделки». Единственным, кто мог сдерживать этих двоих, был Джон Год, который встал между ними и попросил их успокоиться.
— Можете и дальше смотреть этот дурацкий бой, а я пошёл.
Джон повернулся к своему товарищу, чтобы тот остановился, но его опередил Макс, который пошёл следом. Джон не хотел чувствовать эту атмосферу. От нервов он закурил новую сигару и стал смотреть на пустую арену, на которую должны были выйти бойцы.
— Чтоб их, — проворчал Джон.
— Надеюсь, господин успокоится и вернётся в своё прежнее состояние, — проговорил Ендарь.
— Это сложно, Ендарь, ты даже не поверишь, как это сложно...
Гёзов Бакштейн всматривался в своё тело с множеством шрамов, которые получил во время битвы с братьями Аму, но самый главный шрам был на его горле. Дотрагиваясь до него, он чувствовал боль; тот издавал кривой звук, напоминавший говор. Он ударил кулаком в зеркало, так что его рука стала кровоточить. Он обмотал руки бинтами. Его лицо еле показывалось в разбитом зеркале, поэтому он отвернулся, чтобы больше не видеть самого себя. Надевая гидрокостюм и очки для плавания, завязывая шнурки, он уже собирался выходить на арену, но его что-то остановило. Некое эхо из дальней кабинки туалета проговаривало: «Ты меня не спас!» Чувствуя вину за то, что не смог спасти брата от смерти, он был готов отказаться от турнира и уйти с телом брата. Но его остановил Айлант, который смог отговорить его от непредвиденных действий. Он дал понять: если Гёзов выйдет из турнира, его найдут кредиторы, которые уже внесли его в списки должников из-за долгов брата перед бандами. Из-за того, что его брат много брал «Белых Пальм» в кредит, накопились проценты, из-за чего Виллу пришлось участвовать в турнире. Он хотел протестовать, показывая жестами, что и сам справится, но как только закончился первый турнир, на него набросились люди из банд. Они пытались выбить из него деньги, так что Зулу и Голдену пришлось вмешаться и отпинать пару человек. Тогда Гёзов понял, что имел в виду Айлант, и согласился с его требованием взамен на тело Вилла. Он согласился, но сказал, что тело передаст после окончания всех турниров.
— Мои любимые зрители, до сих пор не устали? — крикнул Голден в микрофон. — Вот и славно! Как всегда, в начале турнира происходят слишком быстрые бои, отчего некоторых наскучило это зрелище, но ничего, мои сладенькие, во втором раунде выходят бойцы, которые готовы убить друг друга и разорвать на части. Это Гёзов Бакштейн и Кэт Ной! Выходите же на арену.
Кричащая публика вопила от радости, предвкушая битву-отмщение, где старший брат сразится с убийцей брата. Некоторые даже пускали слюни от бешеной радости, как животные, и ставили галочки на бумажках, которые могли порваться от каждого прикосновения.
Гёзов посматривал на своего противника, и в его мыслях была жажда мести; она превратилась в дикую злость при виде него, так что он практически хотел наброситься на него с глухими воплями, которые не мог воспроизвести. А Кэт только насмехался над своим оппонентом, поправляя шевелюру, чтобы она оставалась в форме рога носорога. Скинув розовую кожанку, он высмеял Гёзова, мол, лишняя одежда ему не нужна.
— Эх, Гёзов, я понимаю твои чувства, — он указывает пальцем на зрителей, глядя на собеседника. — Я тоже потерял близкого человека, которому пришлось выживать в этом мире. А улицы Дарксити, среди банд и ханасэр, — это то ещё испытание. Представь человека на улице, которого распотрошили в переулке, изъяв органы для продажи. И этот человек, уже будучи трупом, валялся у мусорного бака, прикрытый курточкой. Скажи спасибо, что твоему брату-наркоману не сделали так же, а просто задушили в комнате. Ну, пришлось выставить его на публике — это мелочи, зато твой брат стал звездой.
Гёзов перестал его слушать и начал готовиться к бою, чтобы уничтожить противника.
Услышав сигнал к началу, Гёзов направился к врагу, который стоял и улыбался, ожидая его. Это разозлило Гёзова, и он использовал бэкфист. Его тело отлично вращалось в разные стороны, что позволяло быть готовым к любой непредвиденной схватке и быстро её закончить. Но Кэт увернулся от удара и ударил Гёзова по очкам: те сломались, линзы выпали вперёд, и стали видны его голубые глаза. Он хотел контратаковать, но Кэт опередил его: схватился за очки, растянул их и быстро отпустил, из-за чего тот почувствовал боль на лице. Потом Кэт ударил его по рёбрам так, что тот выгнулся от боли, и напоследок использовал захват двумя пальцами за нос, что опрокинуло его на пол.
— В каждой уличной драке есть свои плюсы, когда дерёшься нечестно, — проговорил Кэт, ухмыляясь над лежащим Гёзовым.
Тот подпрыгнул от ярости и в воздухе использовал апперкот, который отбросил неугомонного бандита. Тот только усмехнулся и побежал к нему, размахивая кулаками. Встав в стойку, Гёзов продемонстрировал раунд-кик в причёску противника, но не ожидал, что его волосы будут твёрдыми, как настоящий рог. От непонятной ситуации ему пришлось немного озадачиться увиденным. Пока он размахивал кулаками, Кэт, вытянув свою причёску, ударил головой Гёзова в живот, и тот почувствовал рану на своём теле. Это было от причёски. Он даже не мог представить, что волосы могут быть оружием.
— Что такое, Гёзов? Ты восхищён моей причёской? Спасибо моему парикмахеру, который сделал так, как я и просил.
Каждое действие на счету: если случится проигрыш, он не сможет вернуть брата назад. Что же ему делать? В его мыслях просчитывалось каждое движение, которое он может совершить. Но его противник непредсказуем и может сделать всё что угодно. Что, если ему использовать эту силу? Хоть он и обещал применять её только в особых случаях. Он до сих пор помнит, что с ним стало, когда использовал силу Ханасэро: его тело покрыто ожогами. Но если не использовать полную мощь, то тело может выдержать. Трогая себя за грудь, он почувствовал, что в его гидрокостюме что-то шевелится — это что-то уже проснулось. Это был кот Вольт, который совсем не напоминал маленького котёнка при первой встрече. Теперь это был пушистый кот с большой шевелюрой на щеках и большими рогами, напоминавшими оленьи, только мягкими и эластичными. Морда напоминала ягуара, а дикий взгляд был готов разорвать неприятеля. Кэт засмеялся и стал высмеивать Гёзова, который притащил с собой животное.
— Что за умора, вы только посмотрите на него! — обратился он к публике.
Некоторые зрители посмеялись над безысходностью бойца, который готов выпустить на бой животное.
— Что это за существо? — озадаченно спросил Ендарь.
— Что? — непонимающе переспросил Джон. — Ты не в курсе?
Он посмотрел на собеседника, который мог только улыбнуться, обнажив зубы от непонимания.
— Когда-то давно учёные смогли перенести клетку Хана на животных, которые, на удивление, могли контролировать способности, хоть у них и были животные инстинкты. Таких изготавливают в разных городах и для разных целей. Но использовать их как оружие на собственном теле — дело не из лёгких, потому что можно умереть.
Гёзов держит своего приятеля в руках, и тот начинает гладить его настолько сильно, что по его телу проходят электрические разряды. На удивление, его тело способно выдержать энергию, которая создаётся внутри. Теперь он чувствует лёгкость: если к нему прикоснуться, он оттолкнёт любой объект. Стоя на месте, он наносит прямой удар в воздух, и из его кулака выпускается электрический заряд , которая дотягивается до Кэта. Тот удивлён силой противника: его верхняя одежда разорвалась, а по всему телу образовались царапины. Он стоял, не сделав ни одного движения. Его рука потянулась к карману и достал некую колбу с жидкостью. Открыв её, он выпил содержимое. Его тело стало скручиваться, будто мышечная масса расширялась до определённых размеров. Он становился похожим на мощного бодибилдера. Гёзов даже не удивился такому исходу: он уже понял, что некоторые бойцы употребляют Акусэро. Он был настроен на бой, какой бы трюк противник ни использовал дальше.
— На этом твоя жизнь будет покончена, Гёзов Бакштейн.