Сердце отчаянно билось в груди. Медленно. Болезненно. Замутненный разум Жень И кричал в истерике, требовал объяснений. Но все, что он мог сейчас сделать, это чувствовать под ладонями чужое, такое же взволнованное сердце.

— Ты…

Демон улыбнулся, кажется, впервые искренне за все время, не отпуская юношу, пока они все еще парили в воздухе:

— Я так боялся не успеть…

Жень И распахнул глаза от услышанного. Он то вообще не думал, что демон рванет спасать его. В каком-то сонном трансе он потянул руку и отодвинул челку, открывая скулу. Там все также красовались едва заметные синие полосы. В целом образ не изменился, кроме глаз. Их свет, их взгляд… смягчился, стал нежнее, наполнился искрами. А пучок на затылке теперь украшала та самая серебряная заколка.

Наконец они осторожно коснулись земли и демон отпустил Жень И, отстраняясь на полшага. Улыбка исчезла с его лица. Теперь он мрачно опустил голову, словно в ожидании приговора.

Но Жень И не думал долго, сделал эти полшага обратно вперед и снова коснулся чужого лица обмякшими пальцами:

— Тебе… больно?

Почему он спросил именно это? Жень И испугался на мгновение, ведь не особо понимал что должен сейчас говорить и… чувствовать.

Этот простой вопрос пронзил демона в самую душу. Малиновые глаза округлились, внутри вспыхнули волны искр. Он ожидал чего угодно. Страха, к примеру, неприязни, претензий или требований объясниться. Но никак не…чужое беспокойство за него.

Своей левой ладонью демон осторожно накрыл чужую на своей щеке:

— Разве не хочешь спросить что-нибудь еще? — демон выждал небольшую паузу, не сводя взгляда с юноши. — К примеру… что случилось с тем ребенком.

— Я знаю, ты бы не сделал ему ничего плохого. — Жень И покачал головой. — Он ведь… сможет выйти?

Демон тихо промычал и кивнул. 

Они наконец отступили друг от друга и осмотрелись. Грот, в котором им повезло приземлиться, имел невероятные размеры, тонущие в темноте. Стены наполовину отделаны и некогда в них были инкрустированы десятки светильников, арок со статуями духов, бодхисаттв и архатов. А пол все еще сохранил некоторый орнамент. 

С одной стороны грота зияла еще одна пропасть, на другой стороне которой виднелся заваленный коридор. За их же спинами возвышалась статуя бога войны невероятных размеров. Не меньше 27 чжан¹ в высоту. В руках божество держало гуаньдао, а взглядом стремилось в глубины своего сердца.

Жень И внимательно осмотрелся и не нашел никаких угроз. Призрачные руки остались высоко над ними и вскоре та дыра затянулась. Ему с трудом верилось, что им случайно удалось попасть в эту самую пещеру с божеством.

— Нам нужно скорее вернуться. Лю Цзинсу совсем одна. — с беспокойством произнес Жень И, вспомнив что случилось наверху.

Но Шань-гун пресек его попытку, спокойно пояснив:

— Помощь уже должна была подоспеть.

На вопросительный взгляд демон не ответил и не стал уточнять какого рода помощь. Но раз он так говорит - Жень И решил довериться ему, снова. Его сердце отчего-то следовало за ним. Если бы этот демон сказал, что небеса рухнут или земля расплавится, юноша бы и этому поверил.

Жень И подошел к статуе божества и всмотрелся в его лицо. Беспокойство и отчаяние застыли на нем навеки.

— Неужели… оно и правда снизошло с небес? — задал сам себе вопрос Жень И, легонько коснувшись сухого камня у подножия статуи.

Шань-гун подошел к нему и также поднял голову, всматриваясь в печальное лицо божества:

— Да. Только думаю, что его изгнали. Небеса закрылись много сотен лет назад и теперь им безразличен даже ничтожный вид на смертные земли с их драгоценных облаков. — демон хмыкнул, покачал головой и добавил. — Здесь остались лишь жалкие мушки.

— Откуда ты это знаешь? Разве боги не присматривают за смертными? — Жень И с удивлением посмотрел на демона.

— Мне не один десяток лет, знаешь ли. — усмехнулся в ответ Шань-гун. — Разве… ты ничего не помнишь из прошлой жизни?

Жень И задумался. Он задавал этот вопрос много раз, но кроме смутных страшных обрывков воспоминаний при его первом пробуждении… больше ничего. Почти каждую ночь в груди разрывается сердце, тело скручивает болью. Каждую ночь он словно умирает и возрождается с лучами солнца. 

Но кто он, откуда, почему умер и пришел в этот мир вновь. 

Увы, ответа так и не нашел. Много раз его что-то да пыталось убить. Взять в пример тех волков в начале пути, или повозку, что вылетела из ниоткуда. Он встретил сяогуй, Цзюэ Цина и Ян Юфу, которых взял под свое крыло. А о Хуан Юча и Лю Цзинсу, которые сами к нему прилипли, и говорить нечего.

Поэтому Жень И не нашел в себе сил на уверенный ответ и лишь тихонько прошептал:

— У меня такое ощущение, что я этому миру задолжал.

Конечно, это звучало слишком сильно. Даже для такой ситуации. Но не такого ответа ожидал услышать от него собеседник. Даже не близко. 

Поняв, что юноша и правда ничего не помнит, Шань-гун теперь почувствовал себя неуверенно и не смел спросить ничего лишнего. Покопавшись в собственной памяти, он вздохнул и начал так:

— Небесам всегда были безразличны смертные земли. Они существовали по правилу невмешательства, а тех, кто испытывал какие-либо чувства к смертным, изгоняли или порицали. После происшествия в Несуществующих Землях и Шуанди… Небеса закрыл свои врата. Теперь туда можно даже не смотреть. 

Несуществующие Земли - изначально не существовали. Их выстроил на горе трупов демонов их же Повелитель. Но и его изначально не было. 

Много сотен лет назад все виды демонов жили разрозненно, постоянно грызлись как между собой, так и с целым миром. Стоило кому-то предъявить какие-либо права и основать свое собственное правление, так сразу находились желающие по его голову и власть. 

В какой-то момент, никто не знает точно какой, в мире появился так называемый Изначальный демон, рожденный из самой древней духовной энергии. Как раз той же, что течет в корнях персиков Учжоу. Той, что существовала, когда небеса и земля только начали формироваться. Не осталось записей о его жизненном пути, не осталось тех, кто мог бы поведать об этом. А слава его среди демонов взлетела, подобно птице пэн². 

Он проложил себе кровавую дорогу из непокорных, собрал их кости и сел на этот трон. Ему пришлось не один десяток лет укрощать своих же сородичей и писать правила их нового мира. 

Правда, опять же, никто не знает зачем. Зачем этому созданию понадобилось взваливать на свои плечи столь тяжелый груз и тем более… чтобы это в какой-то мере работало на благо людей. Ведь выстроив Несуществующие Земли, этот демон поместил их в другое измерение. Своего рода пространственный карман, куда можно попасть, только зная путь. Демоны перестали беспорядочно нападать на людей и мешать божествам, у них появился свой быт, свой дом и даже свои праздники. 

И в какой-то момент все это рассыпалось прахом. А как именно, ни в одной книге не упоминается. И впоследствии Несуществующие Земли стали тюрьмой хули-цзин, которые ревностно прислуживали Правителю до падения.

Поэтому Жень И поднял глаза на демона и спросил:

— А что именно случилось тогда?

Ему было интересно, о чем думал демон, с таким помрачневшим лицом. Даже пламя его глаз потемнело, точно прошедшее сквозь тысячелетия.

— Не знаю. — последовал ответ от него, но вскоре он дополнил. — К тому моменту меня там уже не было. А когда я появился вновь, то трон Поднебесной уже пал. 

Жень И непонимающе уставился на демона. Что значит к тому времени не было и появился вновь? Разве можно вот на время исчезнуть из мира…

— Мм, как думаешь, где сейчас Правитель тех земель? — снова попытался выудить информацию Жень И, хотя его и правда съедало любопытство.

Все таки, рядом с ним древний демон, знающий многое. Правда так ленящийся ответить.

— Убили его. — бросил Шань-гун как ни в чем не бывало, но хвост как-то удрученно обвил его ногу. — Ну как, не совсем. Сердце его пронзили мечом и на какое-то время он рассыпался на сотни осколков.

Эта информация заставила юношу задуматься. Ведь если Правителя Несуществующих земель не убили, разве не мог он восстановиться? Вернулся бы обратно править. Или что-то ему мешает?

Что-то не сходится. Вот только Жень И смотрел на пазлы и не мог достроить общую картину.

— Получается он жив и сейчас находится в Несуществующих Землях? — спросил он сам у себя, а затем уже обратился к демону. — Значит, это он направляет демонов и устраивает нападения?

— Возможно. Я ему не служу и не могу точно сказать. — ответил Шань-гун. — Но тьма сейчас собирается по всем уголкам империи, включая море.

Эти два слова глубоко впечатались в мысли Жень И и болью отдавались в его груди. Воздуха в какой-то момент не хватило, чтобы устоять и он обессиленно опустился на сухую землю и прислонился к ногам статуи.

— О чем думаешь? — мягкий голос демона прозвучал у самого плеча юноши, вызвав волну бодрящих мурашек. 

Жень И не знал теперь куда себя деть, ведь мысли оборвались слишком резко. Поэтому он бессвязно крутил пальцами и, опустив голову, спросил:

— Ты можешь быть со мной честным?

Демон молчал. Снова. Как и в Баого. 

— А что ты хочешь узнать? — наконец сдался Шань-гун.

Его белоснежное лицо расцвело нежной улыбкой, похожей на весенний бриз, от которого косточки накрывает теплом. Но этот бриз приносит и каплю печали.

— Почему тогда ты остановился? И почему сейчас здесь? — решительно спросил Жень И, но потом сам же вопросительно предположил. — Ты… что-то знаешь обо мне?

Как бы Шань-гун не грыз себя, чтобы не отвечать, это не могла скрыть холодная демоническая аура. Его глаза печально опустились и он отвернулся от юноши. И не потому, что он что-то знает, а только потому… что ему и правда ужасно жаль за все то, что случилось в Учжоу. Но ничего в свое оправдание сказать не мог. 

Он защищал свое, тигров, владения, честь. Но совершенно безосновательно обвинил в этом Жень И, не разобравшись что к чему. Столько лет прожить на земле и не суметь обуздать гнев и ярость.

Ну разве не смешно? Разве не выставил он себя с самой отвратительной стороны?

И все же… почему-то Жень И не возненавидел его. И это еще больше терзает демона с того самого дня.

— Просто… тогда твой Цин-эр мне все рассказал. 

Жень И впал в ступор и неморгающим пустым взглядом уставился на демона, требуя продолжения.

— Что значит, рассказал? — переспросил он едва дрожащим голосом. — Он же нем. А если ты и понял его чувства и мысли… то каким образом?

— Потому что, он как бы... мое сердце.

Багровые глаза Шань-гуна снова пронзили Жень И мягким взглядом и тот ничего не мог поделать с тем, что все его вопросы улетучились, а эмоции развеялись. Он позабыл о том, где они и для чего здесь. Хотелось лишь закричать и попросить очнуться от этого странного кошмара. 

* * *

В это время сверху, в храме, продолжалась неразбериха. Мертвецы лезли со всех сторон, завывая и размахивая когтями. Лю Цзинсу уже вся выбилась из сил, когда дыра, в которую упали те двое, затянулась. Один раз она вмазала пощечину Ян Юфу, чтобы привести его в чувство. Второй раз рука не поднялась. Юноша и так не оправился после избиения на эшафоте.

С трудом ей удалось затащить Ян Юфу на какой-то склад, где хранились метелки и котелки. Времени не было ни на что. Поэтому юношу она буквально бросила в угол и тут же ухватила все что было, чтобы подпереть дверь. Снаружи продолжали бушевать мертвецы.

— Ну замечательно! — выкрикнула Лю Цзинсу, со злости пнув медную чашку.

От пронзительного звона она зажмурилась и даже Ян Юфу, медленно приходивший в себя, прошипел. 

— Сбежали голубки, а нас оставили помирать! — сорвалась на рык Лю Цзинсу, между словами создавая защитную печать. — Молчать!

Переполненная яростью энергия разрушила защитную печать, вместо этого вырвавшись из склада и обрушившись на мертвецов. Сотни тел отбросило назад и на какое-то время и впрямь воцарилась тишина. Лю Цзинсу успела с облегчением выдохнуть, но долго тишина не продлилась. Вскоре небольшой склад погрузился в темноту и завывания усилились. Мертвецы облепили их плотным слоем.

Выругавшись, Лю Цзинсу поспешно создала новый защитный барьер.

В углу, где стоял старый шкаф, вдруг появилось мягкое свечение и послышался голос:

— Что, соскучились по мне? Оу…что-то не то вышло.

Голос донесся прямо из шкафа и жутко перепугал Лю Цзинсу. Она распушила сразу три хвоста и призвала несколько клинков. Вот только… голос уж больно казался знакомым.

Послышалось падение посуды и из шкафа с кряхтением и клубами пыли вылез Хуан Юча. Оказавшись на свободе, он веером стал быстро смахивать с себя пыль и поправлять растрепавшиеся волосы.

—Т…ты! Ты как там оказался?! — зарычала девушка, еще больше ощетинившись.

Она не стала прятать хвосты. Все равно Жень И уже все узнал, а значит и этот красноволосый оболтус узнает. Если не знал все заранее… Не зря ведь они избегали друг друга.

— Прости, эффектно не получилось. — Хуан Юча игриво скрыл лицо за веером, чем еще больше разозлил девушку. — Услышал крики помощи и вот я тут. А это…

Тут его внимание привлек Ян Юфу, все еще в полусознании лежавший в углу. Он был настолько бледен, что почти сливался с паутиной в углу.

Внезапно одно из окон не выдержало. Деревянные ставни раскололись и внутрь наполовину ввалилось несколько мертвецов. Их тела застряли в узком проеме, но когтистые руки чуть не распороли спину Лю Цзинсу. 

Девушка пригнулась, схватила Ян Юфу за шкирку и они втроем прижались к другой стене. Склад продолжал трещать по швам, под напором мертвых тел. Тут и там открывались дыры.

— Есть идеи? — Лю Цзинсу неровно дышала и с ужасом озиралась по сторонам.

В такой обстановке нормально дышать и не получилось бы. От мертвецов несло, помимо темной тошнотворной энергии, еще и трупным ядом вместе с гнилью.

— Да. Приготовьтесь, на этот раз попробую приземлиться ровнее. — Хуан Юча взмахнул веером, сменив его форму на другую и холодно прошептал. — Замена небес.

Склад озарился светом. Затем тонкие стены не выдержали веса тел и рухнули, явив миру старые метлы и ржавые котлы.