Онлайн чтение книги Кажется я стал целью захвата призрака It seems I've become a capture target for this ghost
7 Промежуточная глава о моём самом лучшем друге

Кабинет ректора был выдержан в строгом, академическом стиле: высокие книжные шкафы, тяжёлая драпировка и свет, пронизывающий пыльные лучи.

В центре — массивный дубовый стол, заваленный папками и свитками. Стол этот доминировал в комнате с той же непоколебимостью, что и сам этот владелец кабинета.

За столом возвышалась фигура ректора Сакураями Сяньшаня (отсюда и название академии «Саншайн») — степенный мужчина лет сорока в безупречно выглаженном тёмно-синем смокинге. Взгляд его помутневших от прожитых лет, голубых глаз был методичным, как у человека, который веками сверял подписи и обнаруживал ошибки в учебных планах до того, как они успевали родиться.

Перед ним, с идеальной осанкой и каким-то излишним спокойствием, стоял Минато Сакураями — его сын.

— Минато-сан, вы просите о пересмотре контракта, — произнёс ректор, окинув сына оценивающим, чуть снисходительным взглядом. — Это необычно. Тем более — не только для себя.

Ректор всегда относился к сыну с уважением. Особенно после того, как Минато стал Байцзэ — существом инородным, переставшим быть просто человеком, но всё ещё оставшимся родной плотью и кровью. Это было словно признание: несмотря на странности, и страх перед сыном, семейные узы не рассыпались.

— Иногда нужно… расширять горизонты, — ответил Минато ровным, почти бесстрастным голосом, где за вежливой, милой улыбкой, пряталась ироничная усмешка. — Знаете ли вы, отец, что я не единственный демон, кто стоит на защите этого мира?

В комнате повисла тишина, плотная и необычная. Тонкие брови ректора удивлённо взметнулись — два маленьких чёрных флажка на его лице.

— О чём вы говорите, Минато-сан? — Голос Сяньшаня стал осторожным, как у человека, которому предлагают изгнать Вендиго SS+ ранга в одиночку.

— Речь о Эртае Вэньчжоу, — Минато выдержал паузу и, наслаждаясь эффектом, улыбнулся так, будто открывал ящик Пандоры. — Он полукровка. Человек лишь наполовину. Его мать — та самая легендарная демоница Янжоу Люй. Мы наивно предполагали, что она просто исчезла семь лет назад. Её душа сейчас запечатана в проклятую вещь — игрушку, которую Эртай всегда носит с собой.

Эти слова обрушились на кабинет, как брошенный камень в спокойную воду, и круги волн от них только начинали расходиться. Ректор откинулся на спинку кресла, его лицо помрачнело. Информация, озвученная сыном, была взрывоопасной.

— Это… очень серьёзное заявление. Если это правда…

Минато прервал его, в его голосе прозвучала холодная сталь, но лицо осталось «невинным».

— Я предоставляю факты. За всё это время Эртай хорошо проявил себя в борьбе с нечистью, разве есть повод для сомнений? Особенно в словах такого божественного существа как я? В конце концов, я ведь тоже нечисть, и вам стоит помнить мою доброту. Так что, если вы не хотите получить врага в моём лице, вы послушаетесь моего совета.

Это была уже не просьба, а приказ. Минато величественно использовал данную ему власть, надавив на самую болезненную точку руководства — страх. Он знал: его боялись все. Боялись его силы, его интеллекта, его непредсказуемости.

Он слегка наклонил голову в поклоне, его чёрные глаза оставались непроницаемыми, но в тоже время сияли как звёзды, делая взгляд более располагающим к себе:

— Тем более, наши задания неимоверно усложняются. И не будем забывать, что в Зеркальном мире мы вообще остаёмся безрезультатными. Но если бы мы могли использовать свою демоническую силу, мы не только бы сдержали хули-цзин в том мире, но и запечатали бы её душу. Ведь лишь там это возможно. Эртай не мог воспользоваться своей демонической ци, потому что боялся быть раскрытым перед Ушибуей Усо. А мне позволено применять свою силу только в присутствии просвещённых о моей истинной сущности. Иначе говоря, мы растрачиваем дарованный нам потенциал в пустую, когда его можно направить во благо всего мира.

Ректор барабанил пальцами по столу. «Эртай Вэньчжоу… Полукровка, чья мать — демоница?« Это ж какой скандал, какой эпический повод для сплетен в академических кулуарах!

Они итак с огромным трудом смогли скрыть то, что Минато умер и воскрес в виде бессмертной нечести. А теперь ещё и это. Да от такой новости даже древние свитки задрожат от возмущения! «Запечатанная душа в игрушке…» — пронеслось в голове ректора. Вот тебе и «Саншайн»! Скорее «Саншейд»*, академия в тени демонических интриг, ха-ха!

— Хорошо, Минато-сан, — наконец произнёс ректор, откинувшись в кресле. — Предлагайте свои условия. Но помните: всё должно быть в рамках… приличий. И, желательно, без жертвоприношений, если можно.

Минато мягко улыбнулся, словно услышал самую приятную музыку. Жертвоприношения? Ну, это уж слишком старомодно, хотя и немного хотелось. Сейчас же в моде стратегическое партнёрство и энергетический обмен…

— Мои условия просты, отец. Официальное разрешение для Эртая использовать свою демоническую силу. Расширение моей свободы действий, чтобы мне более не приходилось скрывать свою сущность ни перед кем. — Он сделал паузу, лукаво блеснув глазами, будто выжидая реакции отца. — И… Никакой слежки за моими действиями. Если я замечу, что за мной следят, то будьте уверены, кара не заставит себя ждать.

Ректор плотно сжал губы, в его глазах проскользнула тень беспокойства. Расширение полномочий Минато давало ему дополнительные важные преимущества, которые могли поставить под угрозу баланс сил в Академии. Тем не менее, предложение сына было интригующим, и силой он не смог бы его отвергнуть.

— Мы не можем просто так предоставить такие полномочия, — произнёс он, стараясь говорить взвешенно. — В этом есть риск. Если мы откроем двери для демонов, никто не сможет предсказать, где это завершится. Ваша доброта и сила не всегда способны усмирить вашу жажду к власти.

Минато снова приторно-вежливо улыбнулся:

— Вы сами знаете, что во имя порядка и безопасности… порой необходимо идти на риск. Я обладаю силой, которая может быть использована во благо — это неоспоримый факт. Что касается Вэньчжоу, моего товарища… Он способен выполнять задачи, которые вы даже не могли бы себе представить. В конце концов, он единственный, кто из всех охотников, используя только природную ци, может своими силами противостоять Лиге Чжулуна в одиночку. И я здесь, чтобы обеспечить его защиту от академического кодекса и заключения в темнице. Так что… Позвольте мне это сделать.

Ректор посмотрел на сына так, будто листал последние страницы своей жизни и вдруг наткнулся на чужую подпись. Вдыхаемая им руководящая должность была одновременно сокровищем и бременем; в его голубых глазах вспыхнула человеческая уязвимость, затерянная между строк указов и детских колыбельных.

— Хорошо, Минато-сан, — наконец произнёс он через напряжение, глядя прямо в глаза сына. — Я согласен на ваше предложение. Но вы не должны забывать, кто мы есть, и какие обязательства на нас возложены.

Минато задумчиво усмехнулся, и его усмешка развернулась в улыбку, в которой таилась целая галерея угроз в праздничных рамах. Он шагнул вперёд, и тень от его кимоно легла на стол, подчёркивая новые контуры:

— Благодарю отец, я никогда не сомневался в вашем благоразумии и разумеется, я помню кем являюсь. — Минато мягко поклонился, и развернувшись покинул кабинет.

Ректор немедленно подписал два распоряжения. Первое гласило: официально разрешить Эртаю Вэньчжоу применение демонической ци в служебных заданиях при условии строгого надзора через артефакт «всевидящее око».

Это были прозрачные линзы, что должен был носить Эртай, а картинка передавалась напрямую его наставнику… Бай Цзюню. В конце концов, Минато ведь ничего не говорил о слежке над Эртаем верно?.. Вот только Сяньшань даже не подозревал, что оказал этому двуличному профессору, услугу.

Второе же распоряжение заключалось в том, чтобы расширить личную свободу Минато Сакураями — снять ограничения на открытое признание его сущности не только внутри Академии, но и во всём мире. Распоряжение было озаглавлено как экстренная мера национальной безопасности и вступало в силу с момента подписи…

Бай Цзюнь увидев это сообщение в местной системе охотников только зловеще усмехнулся: «Вот спасибо. Благословение пришло откуда не ждали…»

Весть о том, что Минато Сакураями является Байцзэ и не имеет никаких ограничений облетела академию быстрее, чем слухи о новой диете ректора и вышла за пределы учебного заведения. Открытое признание, находящихся двух демонических сущностей внутри академии, вызывало не только трепет, но и панический страх. Ректор, казалось, выпустил из клетки зверей, о повадках которых никто не мог догадываться.

Спустя несколько часов, Академию окружили стервятники — гадкие журналисты, пытающиеся раздуть из слона целый зоопарк.

Но Минато лишь гордо расправил плечи. Его лицо осветилось лукавой улыбкой. «Слишком просто», — промелькнуло в его мыслях. Он получил желаемое, открыв путь к новым возможностям и манипуляциям, оставив на отца все эти разбирательства с последствиями.

В конце концов, разрешение на использование демонической силы — лишь первый шаг в его сложном плане. Он знал, что юный полукровка станет его пешкой в игре по завоеванию сердца Линсю, и он был намерен идти до конца.

Тем временем, волнения выплеснулись на улицы города. Протестующие, опасаясь демонического влияния, требовали немедленной отмены распоряжений ректора и изгнания как Минато, так и Эртая из Академии. Плакаты с изображениями демонических символов жгли на площадях, создавая атмосферу хаоса и страха. Полиция сдерживала толпу, но напряжение нарастало с каждой минутой.

Минато же, неспешно прогуливался по коридору Академии. И вдруг, его обоняние уловило слабый запах бензоина, смешанный с ароматом свежей мяты — запахи, присущие лишь одному человекоподобному демону.

Прямо перед ним возник разъярённый Эртай Вэньчжоу. Его розовые волосы, казалось были наэлектризованные яростью, а в зелёных глазах сверкала жажда убийства.

— На кой чёрт ты рассказал им? — прошипел Эртай. — Я конечно, ожидал подлянки от тебя, но не далеко не в таком контексте! Я не просил заступаться за меня!

Минато невозмутимо смотрел на него сверху вниз. Его улыбка была холодной и расчётливой.

— Да. Я раскрыл твою маленькую тайну. И не беспокойся, я не буду просить тебя оставаться моим должником.

— Решил таким образом избавиться от меня, потому что я мешаю тебе заполучить Линсю? — Выплюнул Эртай, на лице застыла злобная усмешка.

Минато лишь вежливо улыбнулся, его глаза сверкнули лукавым огнём.

— Поверь мне, Эртай-кун. Линсю, хоть и входит в мои планы, но ты — один из его названных братьев. Так что, если я хочу заполучить сердце Линсю, то сначала я должен понравиться всем его друзьям, родителям и даже дальним родственникам.

Его слова прозвучали нелепо. Он понимал, насколько абсурдными они были, учитывая их натянутые отношения. Но именно в этом заключалась его игра — в создании хаоса и извращении логики.

На лице Эртая на мгновение промелькнула растерянность, но затем он привычно широко улыбнулся, вздёрнув подбородок.

— О, неужели, шисюн Минато? — Протянул Эртай. — Интересно, как ты собираешься провернуть такой трюк, учитывая, что я к тебе не расположен! И, Линсю, знаешь ли тоже!

Минато склонил голову набок. Вообще он сказал это, лишь для комичности ситуации, но теперь вдруг действительно задумался над этим. «А что… Звучит как ещё один план.» — Пронеслось в его голове, когда он собираясь уйти, произнёс:

— Время покажет, Эртай-кун.

Он обошёл его, оставив юношу одного в коридоре, переваривающего услышанное.

Тем временем, внутри Академии царило мрачное спокойствие. Студенты и преподаватели разделились на два лагеря: одни восхищались силой и открытостью Минато, другие же опасались последствий его действий. Учебные занятия были сорваны, лекции отменены. Как будто бы одного натиска Лиги Чжулуна было мало.

Эртай скривился. То, что ему придётся носить артефакт «всевидящее око» вызывало у него дискомфорт и раздражение. Но это ведь только полбеды. Всё, что увидит Эртай, будет видеть и этот чёртов ше-цзин в реальном времени!

Бай Цзюнь, предвкушая невиданное реалити-шоу, потирал руки, представляя, как Эртай будет пытаться скрыться от его всевидящего взора. «Кажется, у меня появился новый любимый сериал!» — ликовал профессор, потягивая чай и устраиваясь поудобнее в кроватке с телефоном в руках, куда транслировалось всё то, что видел Эртай. — «Эх, жаль только без звука…»

Комната Эртая, в квартире Линсю, этого богатенького красавца-жеребца, была хаотичным смешением цветов и стилей. Плакаты с вырезками из комиксов висели рядом с совместными, распечатанными фотографиями с Линсю и Ушибуей. По середине комнаты примостилась огромная, удобная кровать, а на нём лежал, прижавшись к мягкой игрушке пингвина, сам Эртай.

Он сидел перед зеркалом на подставке, уставившись на своё отражение. На его лице, начинаясь от середины уголков глаз и заканчиваясь на подбородке, тянулись два одинаковых шрама. Обычно он скрывал их под чёрными нитями, наполненными чистой ци.

Сегодня он их срывал.

С шипением отдирая липкую ленту, удерживающую нити, Эртай обнажил свои шрамы. Кожа вокруг них покраснела и раздражённо зудела. Но вскоре раны, оставшиеся после нитей быстро затянулись. Он бросил нити на пол и снова посмотрел в зеркало.

Теперь ничто не могло сдержать его демоническую сущность. Тонкие, шипастые отметины начали проступать на его лице (небольшая отметина с правой стороны), шее (опоясывающий шею полностью) и руках. Они расползались по коже, пульсируя тёмной энергией.

Он коснулся отметины на щеке. Кожа под пальцами была горячей и потрескивала. Один единственный шрам, но теперь придающий юноше шарма, нежели уродующий его лицо.

Эртай усмехнулся. Теперь, когда его тайна была раскрыта, ему больше не нужно было прятаться. Самую малость, но он всё же был благодарен Минато. Теперь, по крайней мере, ему не придётся решать эту проблему самому.

Эртай поднялся с кровати и подошёл к окну. Ночной город раскинулся перед ним морем огней. Он чувствовал, как его демоническая сила нарастает, становится частью его самого. Он больше не боялся её. Он научится её контролировать, так, чтобы не сойти с ума, войдя в кураж от битвы. Он докажет всем, что полукровка может быть героем.

Внезапно в дверь постучали. Эртай резко обернулся: — Заходи. — И отметины на его лице немного померкли. В комнату вошёл Линсю, одетый в шёлковую пижаму. Его взгляд был обеспокоенным.

— Эртай, всё в порядке? Я слышал какой-то шум, надеюсь ты не сломал очередную приставку, пока играл в плейстейшен?.. Знаю ведь, тебе сейчас наверняка тяжелее всех этих глупых людей, что не понимают во что лезут.

Эртай ничего не ответил. Лишь внезапно подошёл к нему и обнял. Линсю был его другом, его семьей. И… Линсю был ошеломлён.

— Всё хорошо, братец Линсю. Просто… немного запутался в своих мыслях. Спасибо, что ты рядом.

— А? Эртай, ты чего? Сам на себя не похож. — Усмехнулся Линсю, никогда не видя друга таким растерянным.

Линсю отстранился, рассматривая юношу с любопытством. Он заметил изменения в его лице, лёгкую тень, игравшую в глубине зелёных глаз. Но не придал этому значения. Он знал Эртая как облупленного — импульсивного, взбалмошного, но всегда искреннего. И Линсю желал, чтобы его друг всегда оставался таким.

Внезапно Эртай резко влепил себе звонкую пощёчину, растирая порозовевшую щёку и широко улыбаясь:

— Ай-я! Точно, чего это я! Эй, признайся честно, тебе же понравилось? Обнимашки — это круто, правда? Говорят, для здоровья полезно!

Линсю рассмеялся от души и с облегчением произнёс:

— Ладно, ладно, хватит нести эту ерунду. Я рад, что всё хорошо. Тогда давай спать, завтра рано вставать.

Он уже направился к двери, но обернулся на пороге: — Если что, ты знаешь, где меня найти.

Эртай кивнул, провожая его взглядом. Когда дверь за Линсю закрылась, демон выдохнул. Ему нужно было время, чтобы привыкнуть к тому, что тайна, которую он так тщательно оберегал, теперь раскрыта. Но он не был один. У него был лучший друг Линсю и тётушка Мэйлин, которая даже сейчас вступилась за Вэньчжоу. В конце концов, мир не полностью отвернулся от него — и это не могло не радовать. Он ожидал гораздо худшего.

После ухода Линсю Эртай рухнул на кровать, уставившись в потолок.

— Эх… Совсем не хочется спать… — лениво пробормотал он. Затем задумчиво прищурился, глядя на свой розовый айфон, лежащий на прикроватной тумбочке.

Эртай усмехнулся.

— Надеюсь, профессор не будет против, если мы почитаем ОЧЕНЬ милую сказку на ночь…

Он потянулся за телефоном, разблокировал экран и быстро нашёл манхву, которую давно откладывал. Это был популярный шедевр «Джинкс» от автора Мин Гва.

Экран засветился, являя взгляду обложку с соблазнительным силуэтом главного героя. Эртай хмыкнул, устраиваясь поудобнее и предвкушая несколько приятных часов. Он любил манхвы: яркие рисунки, захватывающие сюжеты и, конечно же, пикантные сцены, которые будоражили воображение. «Джинкс» обещала быть особенно интересной, судя по отзывам, и Эртай не сомневался, что его ожидают незабываемые впечатления.

Пальцы проворно скользили по экрану, перелистывая страницу за страницей. Сюжет затягивал, персонажи вызывали симпатию, а эротические сцены… Ох, они были просто восхитительны! Эртай то и дело прикусывал губу, сгорая от нетерпения в ожидании следующей откровенной сцены. В животе приятно щекотало, а сердце билось учащённо. Он уже давно не испытывал подобного возбуждения. Благо мягкое одеяло Эртая, послужило некой китайской цензурой для Бай Цзюня...

Ведь погрузившись в мир «Джинкс», Эртай почти забыл о том, что за ним наблюдает «Всевидящее око». Он был полностью поглощён чтением, позволяя себе насладиться каждой пикантной деталью. В голове рождались смелые фантазии, а тело требовало ласки.

Он прекрасно понимал, что профессор Бай Цзюнь сейчас, вероятно, сидит, раскрыв рот от удивления, но ему было всё равно. Сегодня он хотел отдаться своим желаниям и получить максимум удовольствия.

Глаза слипались, а экран телефона тускнел. Эртай сонно улыбнулся, закрывая манхву. Он был доволен: вечер выдался на славу! Теперь можно было спокойно уснуть и видеть сладкие сны, полные эротических фантазий. А профессор Бай Цзюнь… Ну, что ж, ему будет о чём подумать перед сном.

__________________________________________

*[Sunshade — солнцезащитный зонтик, навес, тент]