Онлайн чтение книги Кажется я стал целью захвата призрака It seems I've become a capture target for this ghost
9 Всё было не зря.

Услышав подозрительный шорох, Линсю проснулся с ощущением, будто на переферии его зрения кто-то усиленно пытается вырастить сад. И дело было не в картонном болванчике Даньмэя, мирно посапывающем под боком, а в чувстве, что прямо над ухом кто-то дышит — гадко, мерзко и абсолютно не по фэн-шую. Линсю, внутренне молясь, чтобы это оказался не Шицзэ, уже предвкушал очередной вынос мозга от своего «любимого» призрачного гиперопекуна, но узрел нечто куда более… выдающееся.

Янжоу Люй, та самая легендарная демоница, чьё лицо Ваншан видел довольно часто на футболке Эртая с тем нелепым принтом, и о ком в учебниках по демонологии так мало информации с тегом: «При встрече немедленно сообщить в ассоциацию охотников, если останетесь в живых.» И вот она, собственной персоной, восседает на его постели. Наглость какая!

«Отличный способ начать утро», — только и подумал Линсю, медленно ретируясь к изголовью кровати, как улитка, спасающаяся от надвигающегося цунами. Рука судорожно шарила в поисках амулета, но, как назло, ничего не находила. Видимо, боги сегодня решили, что ему пора немного пощекотать нервы.

Однако, к его удивлению, Янжоу Люй не спешила начинать пир. Она лишь наблюдала за ним с хищной усмешкой, от которой по спине пробежали мурашки размером с рисовое зерно:

— Красно-белые волосы и лиловые глаза… Неужели предо мною дальний отпрыск клана Ваншан?

— Моя фамилия действительно Ваншан, но… — попытался вставить Линсю хоть какое-то оправдание.

— Молчать, когда мамочка говорит! — резко перебила его демоница, сверкнув глазами. — Иначе посажу на цепь и будешь вместо собачки тяфкать, глупый мальчишка! Хотя… Ты довольно симпатичный, мне будет даже немного жаль.

Линсю как-то совершенно на автомате замер, не смея более обронить и слова. Так, вдох-выдох, не будем паниковать. В конце концов, сколько раз он сбегал из ситуаций куда хуже этой? Препираться с Янжоу Люй — это, конечно, весело, если у тебя есть несколько жизней в запасе. У него, к сожалению, в наличии только одна.

— В таком случае, чего вы хотите от меня? — спросил Линсю, стараясь придать своему голосу уверенности. — Я не имею ни малейшего отношения к вашему заточению.

Выражение лица Янжоу Люй стало презрительным:

— Конечно, не имеешь! Как такой цыпленочек, как ты, мог меня заточить? Не смеши мои тапочки! Но ты носишь в себе артефакт клана Сакураями, а я, между прочим, ради этой вещицы весь свой клан отправила кормить червей. И я бы с удовольствием отправила тебя следом, но любопытство берёт верх: каким образом ты выслужился перед кланом Сакураями, что они доверили тебе артефакт Тринадцати Душ?

Демоница сократила расстояние между ними до критического минимума. Теперь Линсю мог разглядеть зловещие красные огоньки, пляшущие в глубине её зеленых глаз. Ему даже показалось, что она собирается укусить его за нос!

— Отвечай же, мальчишка, — прошипела Янжоу Люй. — Клан Сакураями никогда не делится своей мощью с посторонними. Что ты такого сделал, чтобы заслужить такую честь? Или, может, ты просто украл его, ага?

Линсю собрал остатки самообладания в кулак и выпрямился, как меч, готовый к бою:

— Мой лаоши, Минато Сакураями, просто взял и вставил эту штуковину в меня, как начинку в пирожок или как член в жопу, нужное подчеркнуть. Так что, если у вас есть вопросы, лучше спросите у него. А если хотите меня убить и забрать артефакт, милости прошу, не медлите. Пока здесь не появился призрак SS+ ранга, Шицзэ Сакураями, и не пустил вас на фарш.

Демоница на мгновение остолбенела, потом вытаращила глаза, будто Линсю предложил ей попробовать тухлую рыбу, а затем… разразилась хохотом. Долго, надрывно и совершенно не по делу.

— Ты… Ты смеешь мне угрожать?! — сквозь смех проговорила она. — Куда этот мир катится?! Сколько же лет я провалялась в этой игрушке, если смертные решили, что могут вот так со мной разговаривать?

Линсю пожал плечами с таким видом, будто его только что спросили, какая сегодня погода:

— Могу переадресовать этот вопрос моему названому брату, Эртаю Вэньчжоу, демону SS+ ранга. Полагаю, та самая игрушка, которую вы так любезно упоминали — это его пингвин, которого этот идиот почему-то решил оставить здесь.

Лицо Янжоу Люй снова исказилось. Сначала недоумение, потом осознание, а затем… обиженная гримаса, достойная маленького ребёнка, которому не дали конфету.

— Названого брата?.. — пробормотала она, надув губки. — Ай-йя! Получается, ты еда моего сыночка! Тц-тц! Как жаль.

— Ага. А ещё у меня кровный контракт с бессмертным демоном Байцзэ; я не чувствую холода после того как искупался в реке душ; умею рисовать сотни амулетов и даже не потею, а ещё оживил самоубийцу просто потому что могу, но сам в душе не ебу как. Теперь… я звучу достаточно угрожающе? — Линсю, казалось, получал извращённое удовольствие от ситуации. Что ж, если нельзя сбежать, можно хотя бы повеселиться.

Янжоу Люй смолкла, уставившись на него так, будто он только что высморкался в её любимый платок. В её глазах плескалось подобие ужаса, приправленного щепоткой восхищения и солидной дозой раздражения.

«Да уж, — подумал Линсю, — кажется, перегнул палку. Но по крайней мере, развлёкся перед тем как сдохнуть». Впрочем, внутренний голос услужливо подсказал, что в таких ситуациях, как правило, лучше не слишком расслабляться. Особенно, когда над тобой нависает демоница, чьим любимым занятием, судя по всему, было похищение чужих сердец и дегустация нерадивых смертных.

— Ладно, ладно, успокойся, цветок чёрного лотоса, — проворчала Янжоу Люй, отползая от него на безопасное расстояние. — Не стоит так сразу доставать свой арсенал козырей. Ай-йя! Я ведь просто хотела поболтать! Убедиться, что ты не собираешься использовать силу Сакураями против меня. Знаешь ли, после того как мой муж съел мой мозг, я вообще-то стала немного… осторожной.

Линсю скептически приподнял бровь. Поболтать? С демонстрацией зубов и угрозами расправы? Как мило.

— Конечно, — ответил он, стараясь, чтобы голос звучал максимально невинно. — Я бы никогда не стал использовать такую мощь против такой… выдающейся личности, как вы, госпожа Янжоу Люй.

Демоница фыркнула, но, кажется, немного успокоилась.

— Вот и славно, — заявила она, закинув ногу на ногу и откинувшись на подушки, будто была у себя дома. — Меня, знаешь ли, утомляют эти бесконечные битвы за выживание. Хочется немного покоя и… развлечений.

Линсю похолодел. Это звучало как идеальный сценарий для его скорейшей кончины.

— И какие же развлечения вы имеете в виду? — осторожно спросил он.

Янжоу Люй хитро прищурилась, а затем по девичьи отбросила свои розовые волосы назад.

— Ну, например… Расскажи мне о своих приключениях! О своих отношениях с этими демонами, бессмертными и прочей нечистью. Я люблю слушать интересные истории! И… может быть… я даже поделюсь с тобой своими секретами.

— Что ж, — медленно произнёс он, присаживаясь на кровати. — С чего бы начать…

В этот момент бумажный человечек издал протяжный стон и перевернулся на другой бок. Янжоу Люй поморщилась.

— А это ещё что за чучело? — спросила она, указывая на Даньмэя.

— Это… скажем так, результат моего плохого решения, — ответил Линсю, стараясь скрыть неловкость. — Мой брат-близнец, тот самый самоубийца, которого я воскресил.

Янжоу Люй нахмурилась, словно не расслышала. «Брат-близнец? Воскресил? Да что тут вообще происходит?» — пробурчала она себе под нос, но Линсю всё равно расслышал, его слух обострился после купания в реке душ.

Он лишь криво улыбнулся: «Именно с него и начинается моя история…»

Заброшенный кинотеатр в Бэйдайхэ встретил парочку удушающей атмосферой тления. Стены зала, когда-то видевшие потоки грёз, ныне являли собой зловещую картину из запёкшейся крови и почерневших лоскутов плоти. Сладковатый, тошнотворный запах разложения щекотал ноздри, смешиваясь с едким духом палёной шерсти — безмолвным напоминанием о кончине лисицы-оборотня. Эртай Вэньчжоу, с двумя непоседливыми розовыми хвостиками, вздёрнутыми в игривом возбуждении, лишь поморщился, проигнорировав гнетущую вонь.

— Кстати говоря, — протянул он, и в изумрудных глазах вспыхнули искры мальчишеского озорства, — если для тебя пространственная магия как игра в ладошки, а путешествия в зеркальные миры стали привычнее, чем утренний чай, то почему, скажи на милость, ты не хвастался этим в Академии? Мы бы избежали тонны бессонных ночей!

Бай Цзюнь, чьи серебряные нити волос были безупречно собраны в замысловатую прическу, со вздохом прикрыл глаза, стараясь сохранить невозмутимость.

— Мальчик мой, не задавай вопросов, ответы на которые тебе прекрасно известны. Я был всего лишь профессором, — его голос звучал ровно, чуть отстранённо. — Откройся моя способность к подобным трюкам, это неминуемо вызвало бы… нездоровый интерес. Зеркальные миры — удел избранных. Ангелы, демоны, ше-цзины, которых с недавних пор стали причислять к демонам… да и просто сущности, бесконечно далёкие от людской природы.

Эртай нахмурил брови, его лицо приняло задумчивое выражение.

— Стало быть, даже призракам вход воспрещён?

— Именно. Они были людьми. Но, как водится, есть исключения — духи воплощений. Шицзэ, наш старый знакомый дух воды, вполне способен на открытие порталов. Это наделяет его преимуществом в синхронизации памяти.

Эртай присвистнул, цокнув языком.

— А, это когда он помнит все глюки, подделки и переписанные сценарии?

Бай Цзюнь слегка кивнул, подтверждая его слова.

— Любые изменения… искажённое прошлое, иллюзии… если он там присутствовал, пусть даже в роли безмолвного зрителя, он увидит всё. Поэтому, если мы повстречаем Шицзэ в том самом барахлящем прошлом, где вы с Линсю Ваншаном заточили Лянь Яоси…

— Да понял я, понял. Он всё увидит. Мог бы и не разжёвывать, — докончил за него Эртай, закатив глаза.

Бай Цзюнь погрузился в раздумья.

— Но вряд ли Шицзэ горит желанием помочь нам вызволить душу Ушибуи Усо из этой порочной петли времени. Поставь себя на его место, как бы ты поступил?

Эртай усмехнулся, откидывая прядь волос с лица.

— Что я по-твоему, похож на сыщика? — Но, несмотря на шутливый тон, он всё же задумался. — Ну, на его месте, я бы попытался найти Линсю. Он-то, скорее всего, ещё не догадывается, что настоящего Линсю там не будет. Хотя, погоди…

Бай Цзюнь приподнял бровь, его губы тронула лёгкая улыбка.

— Ты мыслишь в правильном направлении, Эртай. Цикличность, созданная Ушибуей, замкнута в день вашей «победы» над Лянь Яоси. Прямо здесь, в этом самом кинотеатре. И это совсем не тот инцидент с зомби, погребённый в далёком прошлом!

— А! Значит, Шицзэ там не появится! Вместо него…

— …Мы рискуем встретить Минато, прибывшего в кинотеатр за несколько часов до инцидента, — закончил фразу Бай Цзюнь.

— Э? Погоди, а он-то здесь каким боком?

Бай Цзюнь посмотрел на него с укоризной.

— Неужели ты до сих пор не догадался, благодаря кому вы так легко нашли здесь всё необходимое для открытия портала в зеркальный мир?

Эртай замолчал, переваривая информацию.

— …Чёртов Байцзэ! Он всё предвидел, этот лицемерный котяра!

Бай Цзюнь вздохнул, возвращаясь к делу.

— В любом случае, будь готовым ко всему.

Эртай ухмыльнулся, доставая из-за пазухи пару браслетов, которые сиюминутно опоясали его щиколотки.

— Пф! Всегда готов! Давно мечтал ещё раз выбить из этой лисы всю дурь! И да… даже её трагичное прошлое меня не остановит. Она сама сделала свой выбор, даже если этот выбор был продиктован моей матерью.

Несколько мгновений Бай Цзюнь смотрел на Эртая нечитаемым взглядом. Его веки были слегка опущены, а с губ, казалось, вот-вот сорвётся тяжёлый вздох. Впрочем, от кого-то вроде него, он ничего иного и не ожидал. «Ну что взять с сопляка, у которого гормоны пляшут, как бесы на шабаше?» — пронеслось в голове, однако где-то в глубине души теплилась слабая надежда на благоразумие юнца.

Медленный кивок. «Эх, видно, не избежать новой драки». Эртай, подгоняемый юношеским максимализмом и личной неприязнью, не упустит шанса прикончить начатое. Но в глазах Бай Цзюня мелькнула тень сомнения, будто червь подтачивает древнее древо. Он отогнал её прочь, сосредоточившись на настоящем.

Рука Бай Цзюня потянулась к центру зала, где на полу едва проступали следы ритуала, сотворённого Эртаем и Линсю. Пальцы сложились в замысловатую мудру, и пред ними возникло зеркало в полный рост, этакий портал в другой мир.

Эртай шагнул вперёд и коснулся зеркальной глади. По ней пробежала рябь, как от прикосновения к воде. Он бросил взгляд на Бай Цзюня через плечо:

— Сиди тут! Не хочу я видеть тебя кем-то другим!

Бай Цзюнь лишь презрительно хмыкнул:

— Боишься, что я там превращусь в Линсю?

— Тьфу! Да знаешь ли ты вообще, что такое «бояться»? — Эртай, словно взбешённый щенок, огрызнулся в ответ. — Хватит уже блять, относиться ко мне как к сопливому мальчишке. И прекрати ревновать меня к Линсю! Все твои подозрения — плод твоей больной фантазии!

Бай Цзюнь опасно прищурился, как кот перед прыжком. Он приблизился к Эртаю, обжигая ухо юноши своим дыханием:

— Правда? — Прошептал он, усмехаясь и касаясь холодными пальцами шеи. В глазах его заплясали нечистивые огоньки. — Может, тогда проверим это прямо сейчас?

Эртай злобно покосился на него, но тут глаза его расширились от изумления. Бай Цзюнь преобразился! Теперь перед ним стоял сам Линсю Ваншан, словно сошедший с небес. Идеальная копия его друга! Невероятно!

— Что… Ты… Ты ещё и облик менять умеешь?

— Создавать иллюзии, глупый. То, что ты видишь, — лишь твоё представление о Линсю, то, каким ты хочешь его видеть… — Бай Цзюнь перевёл взгляд вниз и болезненно усмехнулся. — Забавно, правда? Обнажённый Линсю, созданный твоими фантазиями… Но, право слово, если я ещё хоть раз услышу из твоих уст обсценную лексику, будь уверен, мальчишка, я найду чем закрыть этот красивый ротик.

Эртай отшатнулся, будто его хлестнули плетью. Образ Линсю тут же рассыпался, оставив лишь прежнее, чуть насмешливое лицо Бай Цзюня. Щёки юноши заполыхали.

— Да пошёл ты! — пробурчал он, отворачиваясь и решительно шагнул в зеркало. Изображение поглотило его, словно вода, и гладь вновь стала ровной и безжизненной.

Бай Цзюнь проводил его долгим взглядом, в котором смешались усталость и нежность. «Сопляк», — пронеслось в его голове, но теперь уже без злости.

В кинозале вновь воцарилась тишина, нарушаемая лишь тихим гулом старых стен. Бай Цзюнь прекрасно понимал, что оставаться здесь — верх глупости. И если Эртай сейчас начнёт творить всякую дичь, он просто не успеет ему помочь. Вздохнув, Бай Цзюнь двинулся к зеркалу, стараясь отбросить прочь все дурные предчувствия. Пора было навести порядок в этом балагане.

«Похоже… Здесь уже кто-то побывал до нас…» — Вдалеке раздался до боли знакомый голос Ушибуи Усо, а затем послышались шаги уходящие вглубь коридора. — «Вероятно до нас кто-то пытался сдержать надвигающуюся скверну, но потерпел сокрушительное поражение или же просто решил забить на это разлагающееся место.»

Эртай окинул взглядом своё новое «я». Минато! Он, чтоб его, превратился в Минато в этом кривом зазеркалье! И, что самое смешное, Эртай вдруг понял, куда этот паразит смылся в самый разгар заварушки, когда нужно было держать рубеж на другом конце города. Ах ты ж хитрая задница!

«Кто здесь?» — голос Линсю Ваншана эхом отозвался в коридоре, и сердце Эртая тоскливо сжалось.

Он робко выглянул из укрытия, и вот она, картина маслом: явилась во всей красе эта лисья морда, хули-цзин, чей смех пронзил коридор насквозь; дрожащая от ужаса Ушибуя, и Линсю, как всегда, с этой его фирменной «улыбкой обречённого». Но чёрт возьми, в ней было что-то чертовски привлекательное!

«Ну ёлки-палки, если этот горе-Минато был тут, почему он не спас их?! Вот же ж… редиска!» — пронеслось в голове Эртая.

Он застыл в тени, как вкопанный, наблюдая за разворачивающейся трагедией. В голове пульсировала мысль: «Где ты был, когда они нуждались в тебе?». Ярость клокотала в нём, но он понимал, что сейчас не время для геройства. Он — Минато, не герой, а трусливый статист, сбежавший с поля боя. Хотя, трусливый — это ещё вопрос. Ведь у этого Байцзэ в тот день были свои делишки!

Но, не будь этих дел в виде очищения кинотеатра от скверны, от подкладывания ритуальных предметов, и что тогда? Стал бы Минато помогать им? Тяжёлый вздох сорвался с губ Эртая. «Не вмешиваться. Не выдавать себя. Ты — Минато, помнишь?» — как мантра твердил он себе, пытаясь не размышлять об этом больше, чем требовалось. Байцзэ, конечно, персонаж мутный, как болотная вода. Он всегда преследовал свои цели, играя в героя лишь тогда, когда это было выгодно ему. Так что и ждать от Минато чего-то иного было бы верхом глупости.

Он плотнее вжался в стену, стараясь слиться с полумраком. Нужно сосредоточиться, вспомнить, что говорил Бай Цзюнь. Цикличность, повторение одного и того же дня. Значит, у него ещё будет шанс всё изменить. Но как? В теле Минато, который предпочёл оставить их, вместо того, чтобы помочь своим товарищам?

И пока Эртай размышлял над этим всем, сюжет уже проносился мимо него.

«Беги, Ваншан!» — Прокричала Ушибуя Усо, резко взмахнув хлыстом в сторону Лянь Яоси. — «Я задержу её!»

«Я вернусь, Усо!» — Раздался в ответ голос Линсю.

И теперь, когда Ваншан сбежал с поле боя, в коридоре остались лишь хули-цзин, Ушибуя и затаившийся в тени Эртай.

Лисица игриво хмыкнула, наблюдая за тем, как её добыча убегает, сверкая пятками. Ну, ничего, догоним, поймаем, поглотим. План казался проще некуда, так что Лянь Яоси решила не спешить, а сначала насладиться своей очаровательной душой Ушибуи Усо.

Лянь Яоси медленно, словно кошка перед броском, приближалась к Ушибуе. В её глазах плясали озорные огоньки, предвкушающие скорую победу. «Ну что, красавица, думаешь, твой хлыстик мне помеха?» — промурлыкала она, поигрывая длинными, отточенными когтями. Ушибуя стояла, твёрдо сжав рукоять хлыста, готовая к последней отчаянной схватке. В её взгляде читалась решимость, несмотря на охвативший её ужас.

Эртай, наблюдая за происходящим, чувствовал, как его внутренности скручиваются в тугой узел. Он понимал, что сейчас Ушибуя обречена. Эта лисица не оставит ей ни единого шанса. И он, Эртай, стоит в тени, как трусливая крыса, и ничего не может сделать.

Внезапно, Лянь Яоси стремительно бросилась вперёд, её когти полоснули воздух в сантиметрах от лица Ушибуи. Та отшатнулась, едва успев увернуться. Взмах хлыста! Он хлестнул по щеке хули-цзин, оставив на нежной коже ярко-красный след. Лисица взвизгнула от боли и злости, её глаза налились кровью.

Эртай замер, не в силах оторвать взгляда от этой сцены. Он понимал, что дальше будет только хуже. Ушибуя отважно сражается, но против Лянь Яоси у неё нет шансов. И стоило ему попытаться сдвинуться с места, чтобы предпринять хоть что-то, как невидимая сила опоясала его с ног до головы. Эти проклятые правила зеркального мира! Но мало было и этого, его тело вдруг само по себе развернулось в другую сторону, к выходу, мол, смотреть здесь больше не на что.

«Нет! Почему?! Не сейчас! Чёртов Минато!» — Кричал про себя Эртай, понимая, что даже сказать ничего не может.

Тем временем, Лянь Яоси резко ухватилась за кончик хлыста, что был в руках Ушибуи, и притянула к себе. Но вместо того, чтобы отпустить своё оружие, Ушибуя лишь сжала его крепче, и по инерции полетела в сторону Лянь Яоси, упав перед лисицей на колени.

Лянь Яоси на мгновение даже сжалилась, наблюдая за этой картиной самоотверженности. «Если бы… В тот день, я сражалась за место под солнцем точно так же, то какой бы тогда была моя жизнь? Стала бы я всё той же хули-цзин или же осталась бы человеком?.. Смотрю на неё, и отчего-то вижу своё прошлое. Если бы всё было иначе, если бы я не испила крови Янжоу Люй… Я бы по крайней мере, не потеряла бы своё дитя… И хотя, я должна быть благодарна ей за возможность отомстить, но мой ребёнок, что ещё не родился, разве должен был от этого страдать? Ненавижу! Ненавижу Янжоу Люй! Но… Что я могу сделать?.. Моя ненависть столь же глупа как и я сама…»

Эти мысли пронеслись в голове Лянь Яоси быстрее молнии. Мгновение слабости, и вот уже Ушибуя, воспользовавшись замешательством лисицы, укусила её за руку. Лянь Яоси взвыла от неожиданной боли, отдёрнула руку и, не раздумывая, ударила Ушибую ногой в живот. Та отлетела к стене, больно ударившись головой. Лянь Яоси, тяжело дыша, смотрела на распростёртое тело Ушибуи, в глазах её читалось отвращение к собственной жестокости.

«Ну что ж, выбор сделан», — прошептала она, поднимая когти над беззащитной девушкой. — «Уже слишком поздно что-то менять.»

Эртая, казалось, парализовало. Ярость и бессилие разрывали его изнутри. Если он не вмешается сейчас, то Ушибуя умрёт. Этого нельзя допустить! Но как? Он — Минато, предатель каких только поискать. Но он — Эртай, воин и защитник.

Вдруг, что-то переменилось. Невидимая сила, удерживающая его, ослабла. Эртай, не веря своему счастью, рванулся вперёд. Он бежал, как безумный, несмотря на боль во всём теле. Куда бежит? Зачем? Эртай и сам не мог тогда этого понять. Лишь чувствовал, что не может допустить смерти Ушибуи.

В тот самый миг, когда Лянь Яоси занесла когти над Ушибуей, Эртай, как вихрь, влетел в коридор, сбивая лисицу с ног. Та, не ожидая нападения, отлетела в сторону, сбитая с толку. Эртай, не давая ей опомниться, схватил Ушибую на руки и бросился прочь, унося её подальше от опасности. Он не знал, куда бежит, но знал одно: он должен защитить её. И плевать на то, что он — Минато. Плевать вообще на всё!

Бай Цзюнь, наблюдая за этим хаосом, лишь покачал головой. «Сопляк», — пронеслось в его голове. Но на этот раз в его призрачном взгляде была лишь гордость. Иронично, но в этот день, здесь в самом деле был Шицзэ, который остался никем не замеченным…

«Демоны небесного порядка… способны поглотить даже сами небеса,» —Задумчиво хмыкнул Бай Цзюнь, — «Иначе говоря, стоим им лишь пожелать, и даже зеркальный мир подчинится их воле… О, Эртай, ты даже не представляешь насколько велика твоя сила».

В голове Эртая пульсировала лишь одна мысль: «Бежать! Бежать как можно дальше!» Он нёс Ушибую на руках, как хрупкую куклу, боясь причинить ей еще больше вреда. Адреналин бурлил в крови, заглушая боль и страх. Он не знал, что будет дальше, но сейчас главное — спасти эту отважную девушку.

Они оказались в каком-то тёмном закоулке, заваленном обломками и мусором. Эртай осторожно опустил её на землю, прислонив к стене. Она была без сознания, её лицо было бледным, а на лбу алела ссадина.

Вдруг, Ушибуя застонала и открыла глаза. Она смотрела на Эртая растерянным взглядом.

— Кто… ты? — прошептала она слабым голосом, пытаясь разглядеть хоть что-то в этой кромешной тьме.

Эртай замялся, не зная, что ответить. Он не мог сказать ей правду, она бы не поверила.

— Я… Минато, — выдавил он из себя, чувствуя, как горькая печаль заполнила его душу.

Ушибуя нахмурилась.

— Минато? Но… ты же должен быть в другом месте… Нет, точнее… — начала было она, а затем подняла голову. — Я имела ввиду кто ты… Именно ты.

Эртай удивлённо взглянул на неё, пытаясь осмыслить, что она хочет узнать. «Цикличность…» — Вдруг пронеслось в его голове. — «Неужели Ушибуя выбрала цикличностью момент своей смерти?»

— Сколько раз ты уже умирала?

Ушибуя лишь слегка посмеялась, а затем пожала плечами:

— На тысячный раз я перестала считать… Так, кого же принесло сюда? И как ты смог вырвать меня из лап Лянь Яоси?

Эртай опешил. Тысячный раз? Значит, она помнит. Помнит все свои смерти, все свои страхи. И смотрит на него — на Минато — с каким-то пониманием, даже с грустной иронией.

— Я… — Пробормотал он, чувствуя себя полным идиотом. — Я — Эртай… или как-то так. Я просто… я должен был тебя спасти. Не знаю почему.

Ушибуя слабо улыбнулась.

— Братец Эртай? Как же так вышло… Я всегда считала, что ты ненавидишь меня, кхе… И ты этого Минато пересилил? Забавно. Значит, не всё так плохо в этом проклятом мире.

Она закашлялась, прикрывая рот ладонью, а затем выудила из кармана светящийся амулет, чтобы можно было хотя бы разглядеть лицо. — Но почему ты здесь? И с тобой был кто-нибудь ещё?

— Мы пришли сюда с Бай Цзюнем. Но я не уверен, что он пошёл за мной следом. Но лично я здесь для того, чтобы вытащить тебя отсюда.

— Нельзя. — Резко ответила Усо, — Если вы даже неведомым образом сможете вытащить мою душу из зеркального мира, то тем самым вы освободите и хули-цзин. И тогда все ваши с Линсю старания пропадут зря!

Эртай почувствовал, как его сердце упало куда-то в пятки.

— Ты уверена? — Спросил он, надеясь, что она ошибается. — Мы можем найти способ остановить её.

Ушибуя покачала головой.

— Лянь Яоси слишком сильна. Я хорошо знаю эту лису. И потом… что станет с этим местом, этим зеркальным миром? Тут ведь не только она томится. Если она вырвется, то и других за собой потянет.

Эртай задумался. Она права. Этот зеркальный мир — тюрьма для множества злобных духов и демонов. Та самая темница, что находится под Академией Саншайн. И если сломать решётку, то выпустишь всех сразу.

— Значит, ты хочешь остаться здесь?

В её глазах мелькнула печаль, но она кивнула.

— Не хочу, шиди, но это мой долг. Я должна сдерживать Лянь Яоси, как охотник, поклявшийся своей жизнью во имя мира. Только здесь её можно уничтожить навсегда, но без жертв — никогда.

Эртай сжал кулаки. Вот он, выбор без выбора. Но как он может просто уйти, оставив её здесь?

Ушибуя вдруг вздохнула, словно собираясь сказать что-то, что ей тяжело далось. — Каждую смерть я проживаю заново, ощущая каждую пытку, каждый удар, каждую каплю боли. За эти страдания я получаю знания и силу, что храню с помощью техники призрачных марионеток. Но забрать всё это от Лянь Яоси… потребует нечто большего. Её ненависть, её боль, её утраты… Всё это станет моим. Я стану ею, а она — мной. И если я не буду достаточно сильна, чтобы удержать её внутри себя, она поглотит меня, и тогда миру не избежать беды. Я должна умирать здесь, снова и снова. Лишь так я смогу хоть немного пересилить эту сумасшедшую лисицу. В прочем… Если бы судьба сложилась иначе, я бы попыталась упокоить её душу.

Эртай задумчиво нахмурился:

— Ты реально сострадаешь ей? Ты явно из ума выжила!

Ушибуя лишь едва улыбнулась:

— Быть человеком, это уметь сострадать. И если у нас отнять это умение, то мы будем ничуть не лучше нечисти. В конце концов, пока я поглощала Лянь Яоси, я так же перенимала и её воспоминания. И всё, чего она жаждет… отомстить Янжоу Люй, которая не будь женщиной, была бы похожа на тебя как две капли воды.

Эртай скривился:

— Тц… Потому что Янжоу Люй моя мама!

Ушибуя на мгновение удивилась:

— Ох, ого… Шиди, я конечно помнила, что ты полудемон, но никогда бы не подумала, что она могла быть твоей матерью… — Она едва улыбнулась, и её взгляд снова стал серьёзным. — Но как бы то не было, я хочу, чтобы ты уважал мой выбор остаться здесь. И если честно, я была рада, что кто-то попытался спасти меня, но в этом нет необходимости. Однажды я сама справлюсь с Лянь Яоси, даже если для этого потребуется вечность. Но… — Девушка решительно встала с места. — У меня всё же есть одна маленькая просьба. Она касается нашего шисюна Линсю.

Эртай молчал, переваривая услышанное. Получается, Ушибуя обречена на вечные муки, добровольно приняв на себя роль тюремщика для Лянь Яоси, да ещё и надеется переродиться внутри неё, забрав всю боль и ненависть лисицы. И всё это ради спасения мира от ещё большего зла, которое может вырваться на свободу вместе с хули-цзин.

— И что же ты хочешь от меня? — Спросил Эртай, стараясь скрыть дрожь в голосе.

— Линсю… — Повторила Ушибуя, глядя в сторону. — Я знаю, он переживает, что не смог уберечь меня. И хотя, я уверена, что он никогда не скажет об этом, но он наверняка винит себя, и эта вина его съедает. Передай ему, что я не виню его ни в чём. Что я сама приняла это решение, осознанно. И что всё это не зря. Скажи, что я благодарна ему за всё то время, что мы провели сражаясь бок о бок. И… попроси его не забывать меня, но и не зацикливаться на этом. Пусть живёт дальше, пусть станет сильнее. Пусть защищает тех, кто нуждается в защите.

Эртай иронично улыбнулся:

— О, шимэй Усо, не переживай, этот идиот точно станет сильнее, даже если не будет этого желать. Но... Я запомню твои слова, и обязательно передам... Если получится.