Онлайн чтение книги Кажется я стал целью захвата призрака It seems I've become a capture target for this ghost
6 Можно ли уснуть в призрачной кровати?

Шицзэ усмехнулся, его тёмно-синие глаза опасно блеснули в полумраке комнаты. Казалось, он всё равно услышал то, что хотел сказать Линсю. Конечно, он его не услышал, но научился понимать с полуслова. Он схватил Линсю за подбородок, нависнув со спины, и заставил смотреть прямо в его лицо.

— Ты можешь говорить что угодно, моя орхидея. Но твоё сознание неспроста выбрало именно «призрачную кровать». В глубине души, ты хочешь меня, и я не посмею тебе отказать. Ведь только в этом сне, ты не рискуешь умереть после соития с призраком.

Линсю проглотил все свои слова возмущения. Казалось, все ругательства застряли у него между глоткой и языком.

Шицзэ медленно наклонился, его губы коснулись губ Линсю. Сначала лишь лёгкое прикосновение, дразнящая насмешка. Линсю попытался отвернуться, но Шицзэ не позволил ему этого, усиливая хватку. Поцелуй становился всё более требовательным, обжигающим, вторгаясь в самое сознание. Линсю чувствовал, как его воля начинает ослабевать, как тело перестаёт ему подчиняться.

(Чёрт! Только не это! Прошу перестань, хватит, иначе я...)

Он попробовал оттолкнуть Шицзэ, но его руки лишь беспомощно скользили по его шелковистой коже. Шицзэ углубил поцелуй, его язык проникал в рот Линсю, вызывая волну жара, прокатившуюся по всему телу. Линсю застонал, не в силах сдержать себя. Он не хотел этого, он противился этому всем своим существом, но в то же время какая-то тёмная, затаённая часть его души жаждала этих прикосновений, этой близости.

(...Иначе я не смогу более держать себя в руках...)

Руки Шицзэ скользили по его спине, спускаясь всё ниже и ниже. Он расстегнул пуговицы на его ночной рубашке, обнажая бледную кожу. Линсю задрожал, чувствуя его горячее дыхание на своей груди. Он знал, что должен остановиться, что это безумие. Но тело, казалось, приросло к кровати, а разум затуманился от страстного поцелуя.

Шицзэ отстранился на мгновение, смотря на Линсю влажными, синими глазами. В его взгляде читалась победа, но кроме этого — нежность, забота, ведь он действительно беспокоился о нём. Он медленно провёл рукой по его щеке, касаясь его губ кончиками пальцев.

— Ты такой красивый, когда даёшь волю своим чувствам, — прошептал он.

— Кх-а!.. Заткнись, бл… — Но не успел Линсю договорить, как вновь захлебнулся в чужом поцелуе.

(Больше... Целуй меня больше... Чёрт, нет!)

Губы Шицзэ скользнули ниже, к его шее, оставляя на бледной коже лёгкие укусы и поцелуи. Линсю застонал, запрокидывая голову, позволяя ему полностью завладеть собой. Он чувствовал, как ткань его ночной рубашки ускользает под пальцами Шицзэ, обнажая его тело лунному свету. Холодный воздух коснулся его кожи, вызывая табун мурашек, но прикосновения Шицзэ быстро согревали, разжигая пожар страсти.

(Кто этот голос в моей голове? Это правда я? Это правда мои мысли?...)

Шицзэ опустился ниже, проводя языком по его животу. Линсю судорожно вздохнул, чувствуя, как его бёдра начинают непроизвольно двигаться навстречу его прикосновениям.

Но внезапно Шицзэ поднял голову и вопросительно уставился на Линсю:

— Скажи мне, чего ты хочешь именно сейчас? Я способен на многое, и могу взять тебя в любой позе, в какой только пожелаешь. Я могу быть нежным с тобой, и грубым. Только скажи, Линсю и стану для тебя кем угодно.

(Стань для меня пылью у моих ног, придурок!... Нет, стань для меня всем...)

Линсю с трудом сглотнул, чувствуя, как щёки заливаются краской ни то от гнева, ни то от смущения. Он хотел сопротивляться, хотел сказать «нет», но слова застревали в горле. Тело предательски желало другого.

В любой иной ситуации, Линсю ни за что бы не отдал себя вот так просто. И много размышлял над тем, что если бы однажды до этого неведомым образом дошло, то Линсю стал бы активом, чтобы его задница не была осквернена чужим призрачным членом.

Но...

(Любым... Возьми меня любым... Пальцы, хочу чувствовать твои пальцы везде...)

Линсю не ответил, стараясь отвести взгляд.

Шицзэ усмехнулся, зная, что победа уже близка. Он поднялся и нежно коснулся его губ, заставляя посмотреть в свои глаза.

— Не бойся своих желаний. Позволь себе то, чего ты так долго ждал.

Он снова наклонился, целуя его в шею, оставляя влажные следы. Его рука скользнула ниже, касаясь его возбуждённого члена через тонкую ткань штанов. Линсю застонал, не в силах сдержать себя.

(Не мои! Это ведь не мои желания!)

— Хочешь, чтобы я прикоснулся здесь? — Прошептал Шицзэ, его голос звучал хрипло и соблазнительно.

Линсю кивнул через силу. В сознании вдруг вспыхнуло понимание. Призрачная кровать — врата между миром живых и мёртвых. И сейчас его тело подчинялось его проклятому брату-близнецу Даньмэю! Но что Линсю мог сделать, чтобы это прекратилось? Казалось бы, достаточно сплести пальцы в мудру, и используя чистую ци, освободить себя от этого. Но увы, он не мог...

В тот же момент Шицзэ расстегнул пуговицы на его штанах, освобождая его длинный, пульсирующий от возбуждения член. Справедливости ради, Шицзэ такого ещё никогда и ни у кого не видел.

И потому, тяжело сглотнув, он нежно обхватил его рукой, двигаясь вверх и вниз.

Шицзэ наклонился к его уху и прошептал:

— Расслабься, моя нежная орхидея. Позволь мне доставить тебе удовольствие.

Линсю закрыл глаза, наслаждаясь прикосновениями. Он выгнулся в спине, запрокидывая голову, и издал протяжный стон, который эхом отразился от стен комнаты.

Прикосновения Шицзэ были уверенными и нежными, но в то же время требовательными, доводящими до исступления.

Линсю чувствовал, как его тело горит, как каждая клеточка кожи требует больше. Он уже не думал ни о Лиге Чжулуна, ни о Зеркальном Мире, ни о том, что Шицзэ — его враг. Сейчас существовало только это всепоглощающее чувство, этот взрыв страсти, который заполнял всё его сознание.

Шицзэ переместил руку выше, к головке члена, массируя её кончиками пальцев. Линсю застонал громче, чувствуя, как близость оргазма становится невыносимой. Он хотел прикоснуться к Шицзэ в ответ, но руки были не в силах сдвинуться. Цепляясь за простынь, он мысленно твердил, как мантру: «Всё в порядке… это всего лишь физиологические процессы… Это просто чёртов Даньмэй!»

— Тебе нравится, милый? — Прошептал Шицзэ, его дыхание обжигало ухо Линсю. — Скажи мне, чего ты хочешь?

— Господи, блять, прошу заткнись… — выдохнул Линсю. Но даже на эти слова, он казалось, потратил куда больше сил, чем мог предположить.

Шицзэ усмехнулся, понимая, что момент настал. Он усилил давление, двигаясь быстрее и интенсивнее. Линсю закричал, чувствуя, как волна наслаждения захлёстывает его с головой. Линсю извёргся, обжигая руку Шицзэ горячей спермой.

Шицзэ отстранился, глядя на Линсю с непроницаемым выражением лица. Он аккуратно вытер его член платком и нежно поцеловал в лоб.

— Ты был великолепен, моя орхидея, — прошептал он. — А теперь… спи крепко.

Последнее, что увидел Линсю перед тем, как погрузиться в темноту, — это печальный взгляд Шицзэ, устремлённый куда-то вдаль. В этом взгляде читалась какая-то невысказанная тоска, сожаление о чём-то утраченном.

Линсю попытался было сказать что-то язвительное, но язык не ворочался, а сон уже властно смыкал его веки.

Когда Линсю проснулся, за окном на самом деле, царила лишь кромешная тьма, такая густая, что казалось, весь мир погрузился в чернильную бездну, где нет места ни солнцу, ни луне, ни даже слабым отблескам звёзд.

Линсю окинул взглядом комнату. Окно справа, дверная ручка слева. Проснулся! Но его лицо мгновенно омрачилось. Простынь была влажной от пота и чего-то ещё. А вся его рука была липкой от засохшей спермы. От осознания его передёрнуло. Он, чёрт возьми, в самом деле дрочил, пока спал?! И на кого?! На этого проклятого Шицзэ?!

Линсю резко вскочил с кровати. Он метался по комнате, пытаясь найти хоть что-то, чем можно было бы оттереть эту мерзость. В голове пульсировала лишь одна мысль: «Как это возможно?!». Он, Линсю, твёрдо убеждённый в том, что является гетеро, позволил себе… это?!

Сорвав со стула первое попавшееся полотенце, он яростно принялся оттирать руку, пытаясь этим смыть не только физическую грязь, но и позор, въевшийся глубоко в сознание. Отчаянные движения лишь усиливали чувство стыда и беспомощности. Он был опустошен.

Внезапно в голове вспыхнули обрывки воспоминаний: влажные губы на шее, горячее дыхание на груди, уверенные движения рук… Стоны! Его собственные стоны! Линсю дважды вздохнув, рухнул на кровать, закрыв лицо руками. Он не мог поверить, что это случилось с ним. Что его тело предало его, поддавшись на искушение, пусть и во сне, пусть и во власти Даньмэя, души обречённой вечно скитаться по миру мёртвых.

Он долго сидел неподвижно, борясь с бурей противоречивых чувств. Гнев, отвращение, стыд, но где-то в глубине души… искорка смутного удовлетворения? Линсю вздрогнул от этой мысли. Он должен немедленно подавить это мерзкое влечение.

— Блять, некогда мне тут раскисать. — Линсю медленно поднялся с кровати.

Необходимо было срочно привести себя в порядок и забыть об этом кошмаре. Он должен быть сильным и сосредоточенным, чтобы противостоять Лиге Чжулуна. Иначе он рискует потерять не только честь, но и жизнь!

Наконец, закончив со всеми водными процедурами и переодевшись, Линсю спустился в столовую. Там, его уже ожидал Эртай, за обе щёки уплетая лапшу, приготовленную пожилой госпожой Ваншан.

— Ты так долго не просыпался, братец, так что пока ты спал, я успел сходить на разведку. — Пробурчал розоволосый засранец, с трудом пропихивая в глотку очередную порцию лапши. Подняв свои наглые, изумрудные глазёнки, он присвистнул, окинув Линсю оценивающим взглядом с головы до ног. — Ого, да ты сегодня прям как с иголочки! Решил скосплеить гордого Джеймс Бонда японской версии?

Линсю лишь скривился в усмешке, спустившись на циновку напротив этого чертёнка Эртая. Подхватив палочки, он подцепил скользкую рисовую лапшу и нарочито небрежно отправил её в рот.

— В этом грёбаном ханьфу заебёшься удирать, — бросил он в ответ, стараясь скрыть горькую иронию за маской спокойствия.

Эртай фыркнул, закатив глаза:

— Ну да, с твоим-то «уровнем» тебе только и остается, что показывать пятки, сверкая задницей!

Линсю не удостоил его ответом, лишь сжал палочки до побелевших костяшек, сдерживая глупую вспышку раздражения. И ведь правда, выглядел он как с рекламного плаката дорогой одежды. Тёмно-синяя водолазка с прорезями для больших пальцев, как у настоящего ниндзя, высокий воротник которой подчёркивал его точёную шею и скрывал чёрные следы укусов этого призрака Шицзэ. Поверх водолазки красовалось японское хаори в серых тонах с укороченными рукавами. И довершали этот хаотичный образ чёрные джоггеры с непристойно большими карманами на бёдрах.

Длинные, красно-белые волосы были тщательно собраны в высокий пучок, открывая прямой, волевой лоб и острые скулы. Впрочем, даже этот безупречный вид не мог скрыть въевшуюся усталость, что залегла тёмными тенями под глазами.

Взгляд цепких лиловых глаз, обычно столь живой и искрящийся, сейчас был притушённым, покрытым дымкой. Пухлые губы, обычно тронутые лёгкой усмешкой, сейчас были плотно сжаты, выдавая внутреннее напряжение.

Эртай, заметив перемену в настроении Линсю, тут же сбавил обороты. Он прекрасно знал, что за внешней бравадой этого наряженного как петух «гордого Джеймса Бонда» скрывается ранимая и уязвимая душа.

— Ладно, ладно, не кипятись. Просто хотел, блин, подбодрить, — примирительно пробормотал он, опуская взгляд. — Давай лучше расскажу, что я там накопал, пока ты дрых?

Линсю едва заметно расслабился, позволяя упрямому напряжению покинуть плечи. Сейчас, как никогда, ему требовалась кристальная ясность ума. И информация, добытая Эртаем, могла стать той самой соломинкой, за которую он ухватится в бушующем море грядущего хаоса.

— Валяй, — кивнул он, продолжая неспешно уплетать лапшу. — Надеюсь, ты не просто глазел на девиц в квартале красных фонарей?

Эртай скорчил гримасу.

— Фу, Линсю, ну что ты за грубиян! Принимаешь меня за какого-то похотливого извращенца? — А затем, словно опомнившись, горделиво вскинул подбородок. — Да даже если это и так, но чтоб ты знал, я вообще-то по мальчикам!

Линсю хмыкнул, но ничего не ответил. Тема сексуальных предпочтений Эртая сейчас была последним, что его волновало. Ему нужно было сосредоточиться на предстоящей опасности, а не на предпочтениях розоволосого раздолбая.

— Ладно, давай ближе к делу, что ты там накопал? — Поторопил он Эртая.

Вэньчжоу откашлялся, будто этим пытаясь выплюнуть ком невезения.

— Новости так себе, братец. Слышал что-нибудь о предзнаменовании Уробороса?

Линсю задумчиво уставился в потолок.

— Ты имеешь в виду тот момент, когда змей, кусающий свой хвост, наконец-то сомкнёт кольцо?

Эртай кивнул:

— Ага. И этот день настал именно сегодня. Небо чёрное, по улице кишат нечисти всех возможных рангов, и им нет конца. Пока ты дрых, как сурок, я начертил вокруг дома пару защитных кругов. Но стоит тебе высунуть нос за пределы ограждения, и ты тут же столкнёшься с каким-нибудь отморозком. Я пока решил не тратить силы впустую. Ждал, пока ты соизволишь проснуться.

— Вот как… А что там с Минато?..

Эртай лишь тяжело вздохнул, казалось, в его лёгких внезапно закончился воздух от возмущения. — Я пытался связаться с ним по коммуникатору час назад, но этот самовлюблённый нарцисс послал меня ко всем чертям! Сказал, чтобы ты сам ему звонил, если тебе понадобится его помощь.

Линсю скрипнул зубами. Этот Минато! Вечно выкидывает что-нибудь этакое, чтобы позлить. Видимо, реально обиделся. Ну да ладно, разберёмся с ним позже. Главное сейчас — разобраться с этой чертовщиной вокруг.

— Пиздец. — Только и выдохнул Линсю, откладывая палочки. — Похоже, нас ждут весёлые времена. Нужно придумать, как пробраться к Уроборосу, не нарвавшись на толпу разъярённых монстров. У тебя есть какие-нибудь идеи?

Эртай пожал плечами:

— Идей — вагон! Но ни одна из них не выглядит достаточно безопасной. Можно попробовать прорваться силой, но это чревато большими потерями. Можно попытаться обойти стороной, но это займет слишком много времени. А можно…

Он замолчал, задумчиво почёсывая подбородок.

— А можно попробовать сыграть в их игру. — закончил он наконец, глядя на Линсю с хитрой улыбкой. — Но для этого мне придётся почесать нервы одному чертовски раздражающему ше-цзину.

Линсю удивлённо вскинул бровь:

— Хочешь сразиться с профессором Бай Цзюнем? Ты серьёзно?

— Ну а что? — Пожал плечами Эртай. — Уверен, этот змеюка только и ждёт, когда я останусь беззащитным, чтобы плюнуть мне ядом в лицо. Так что, я сделаю вид, что выдохся, и выползу, как дождевой червь, перед его носом! Это должно выманить Бай Цзюня из его логова.

Линсю задумался. В этом безумном плане что-то было. В конце концов, в безумные времена нужны безумные решения.

— Но ведь его глаза видят всё происходящее твоими глазами… — Вдруг опомнился он.

Эртай лишь хмыкнул, горделиво откинув хвостики назад:

— Пф! Ты правда думаешь, что после его явного предательства с восхождением Лиги Чжулуна, я не снял артефакт? — А затем обиженно надул губки. — Да за кого ты меня вообще держишь?

— Ладно, убедил, — Линсю кивнул, признавая правоту Эртая. — Но учти, если этот план провалится, я лично засуну тебе эти розовые патлы в задницу.

Эртай лишь отмахнулся от его угроз, вскакивая на ноги с горящими глазами.

— Отлично! Значит, действуем!

Линсю поднялся следом, чувствуя, как адреналин медленно начинает циркулировать по венам. Выскочив из столовой, Эртай, в свою очередь, умчался в неизвестном направлении, оставив Ваншана наедине со своими мыслями.

Вскоре подошли встревоженные матушка и отец. Они обменялись несколькими фразами, где Линсю предупредил их не выходить из дома. Местное телевидение, разумеется приказало долго жить как и интернет, так что Линсю пришлось отдать свой коммутатор, чтобы потом он смог связаться с ними через Эртая, по местной системе охотников, работающей на чистой ци.

Линсю окинул взглядом зал, ощущая нарастающую тревогу. Предзнаменование Уробороса — это не шутки. Это не просто рядовое нашествие нечисти, а полномасштабная катастрофа, способная обрушить хрупкий баланс между мирами. И если верить словам Эртая, апокалипсис уже начался.

Он подошёл к окну, выглянул на улицу. То, что он увидел, подтвердило худшие опасения. Небо затянуто непроглядной тьмой, сквозь которую с трудом пробиваются багряные отблески пожаров. По улицам скользят уродливые силуэты, их злобное рычание доносится даже сквозь толстые стены дома. Линсю поморщился. Нужно действовать быстро, пока ситуация не вышла из-под контроля.

Вернувшись в комнату, он принялся собирать свой арсенал. Пистолет, амулеты, свечи, зёрна риса в мешочке, зеркало, крепкие нити для связывания нечестивых духов — всё это должно быть под рукой. Он проверил уровень ци в пистолете, убедился, что всё в порядке. Линсю знал, что ему предстоит тяжелый бой, и к нему нужно быть готовым на все сто процентов.

Собрав всё необходимое в рюкзак, Линсю натянул кожаные чёрные ботинки с незамысловатой шнуровкой, а затем вышел из дома, направляясь в ту сторону, куда умчался Эртай. Он чувствовал, как вокруг сгущается тьма, как нечисть жадно тянется к его энергии. Но он не боялся. Больше он не позволит себе и секунды промедления, не позволит ещё одной хрупкой душе покинуть этот чёртов мир…