Онлайн чтение книги Кажется я стал целью захвата призрака It seems I've become a capture target for this ghost
7 Можно ли соблазнить целомудренного учителя?

Эртай вылетел из особняка Линсю, розовые волосы, пушистые хвостики во все стороны — знамя безумия. Мятный леденец во рту — признак желания плюнуть в лицо одному паршивому змею. План: выманить Бай Цзюня. Без потерь — фантастика, но попытаться стоит…

Он метался переулками, избегая нечисти. Силы нужны. Тратить ци на мелочь, с которой даже неудачник Линсю справится? Увольте!

Зелёная парка Линсю, 8800 юаней. Специальные внутренние карманы накапливают излишки ци. Сам Линсю не в курсе — лишь бы шмотка дорогая и красивая. Теперь Эртай этой ци отпугивал тварей. Не контролирует, и воспользоваться излишком не сможет. Просто оберег.

Добравшись до заброшенной подстанции, Эртай остановился, глубоко вдохнул и достал из-за пазухи коммуникатор. Набрал знакомый номер, и уже через пару гудков в трубке послышался раздражённый голос:

— Студент Вэньчжоу? Весьма… Неожиданно, что вы решили позвонить мне в столь… Опасное для вас время.

— Профессоришка Бай, будь моя воля, я бы тебе даже под страхом смерти, не позвонил бы! Так что знай, что я делаю это только ради защиты Линсю. Но я потратил слишком много сил, защищая его, что уже выдыхаюсь, и мне, кажется, что за мной кто-то следит, — как можно жалобнее проговорил Эртай, стараясь придать голосу максимум растерянности. — Ты ведь не бросишь меня в беде, а? Ну или, по крайней мере, захочешь меня добить, не так ли? — Добавил он интригующим шёпотом. — Я скину тебе свои координаты. А что с ними делать решай сам.

Последовала долгая пауза. Тихое шипение на фоне. Эртай затаил дыхание, ожидая ответа, и уже начал было сомневаться в успехе своей затеи, как вдруг Бай Цзюнь произнёс:

— Не двигайтесь с места, студент Вэньчжоу. Я скоро буду. И помните, если это ловушка… Я вас *помехи*…

Эртай едва заметно приподнял уголки губ. Шёлковый шнурок, затянулся на шее противника. «Ловушка? Ха! Этот старый ше-цзин сам ныряет в неё, как глупый карп в пруд с приманкой!»

— Благодарю за милость, презренный профессор, я буду здесь, ожидая твоего драгоценного прибытия, — произнёс он с нарочитой учтивостью, и следом добавил невинным, соблазнительным голоском. — Только поторопись, молю тебя. Мои кости начинают звенеть от скуки.

Сбросил трубку. Окидывающим взглядом обвёл мрачные руины подстанции. Полуразрушенные стены, изъеденные плесенью, искорёженные остовы некогда мощного энергетического оборудования, — идеальное место для засады. Подобно тени, скользнул он к покосившейся трансформаторной будке, выбрав наилучшую позицию, с которой открывался обзор на зияющий провал главного входа.

Из-под кармашка для оружия в куртке возник короткий клинок, отполированный о рукав грубой ткани. Эртай замер как хищник, затаившийся перед прыжком. Время тянулось мучительно медленно. Каждый звук в этой прогнившей подстанции давил на нервы. Сомнения о том, явится ли Бай Цзюнь, разъедали его. Но уже почти отчаявшись, он вдруг услышал этот звук — ни с чем не сравнимый рёв мотора «White Hennessey Venom GT».

Эртай затаил дыхание. Прильнув к узкой щели в бетоне, беззвучно присвистнул. «Теперь я понимаю, почему он не хотел марать эту 'малышку', заставив нас ехать на метро».

В свете фар возникла ослепительно белая машина. Бай Цзюнь вышел — нереально крут! Вместо привычного ханьфу смокинг, вместо порхающих на ветру тканей, пиджак накинутый на широкие плечи, и разумеется ровная осанка. Серебряные волосы, впрочем, как и всегда, собраны в старомодную причёску, украшенную шпилькой.

Будто на свадьбу приехал, а не в западню! Не смотрит по сторонам, идёт уверенно.

Эртай крепче сжал клинок, ладонь предательски вспотела. Бай Цзюнь остановился у входа, усмехнулся краешком губ.

«Кажется, проклятый ше-цзин что-то заподозрил». Эртай беззвучно усмехнулся в ответ. И… не издавая ни единого звука, вылетел из своего укрытия, подобно вихрю. Клинок нацелен на жизненно важные точки. Бай Цзюнь, разумеется, ждал этого.

Движение, молниеносная реакция — и веер, возникший как из ниоткуда, отбивает удар.

— Невероятно! Откуда в этом старом извращенце такая ловкость? — Усмехнулся Эртай, по обычаю стараясь задеть профессора за живое.

Звон клинка и веера эхом разнёсся по подстанции. Бай Цзюнь продолжал парировать выпады Эртая, попутно отступая вглубь руин. В его движениях чувствовалась уверенность и превосходство. Играл с Эртаем, как с зарвавшимся котёнком.

— Кажется, в прошлый раз, вам не довелось оценить уровень моих сил, не так ли? — Холодно усмехнулся Бай Цзюнь. — В тот день, я в самом деле был слаб как духовно… так и физически.

— Да хорош мне в уши ссать! — взревел Эртай. — Ты, блять, всегда был дохлым!

В руках Эртая вспыхнули цепи — молнии разъярённого бога. Они звенели, пытаясь пробить оборону веера Бай Цзюня. Тот парировал, ухмыляясь. Эртай кипел яростью, а Бай Цзюнь, казалось, смаковал момент.

— Слабым? Вы похоже не так умны, как я предполагал. Я лишь даровал вам шанс уйти по-хорошему, Вэньчжоу. — Промурлыкал Бай Цзюнь, изящно уклоняясь от хлёсткого удара цепей.

Он отбросил пиджак в сторону — единственную одежду, что была не частью его кожи. Пальцы сплелись в изящную мудру, и по помещению вдруг засияла яркая вспышка, ослепив Эртая. Бай Цзюнь атаковал с дикой скоростью. Его веер обвил цепи. Лишил Эртая преимущества. Одним резким движением он притянул к себе юношу на опасное расстояние. Их взгляды пересеклись.

В янтарных глазах Бай Цзюня плескалось презрение, смешанное с детским любопытством. Эртая пробрал холод. Но он заставил себя ещё шире улыбнуться:

— А ты только пиздеть горазд, профессоришка? Сам в мою ловушку угодил, змей недоёбаный!

Взгляд Бай Цзюня помрачнел, но его губы скривились в тонкой улыбке:

— Неужели вы, студент Вэньчжоу, всерьёз вообразили, что способны убить меня? — прошептал Бай Цзюнь. Изящный веер из сандалового дерева сжался в его руке, сминая духовные цепи, сотканные из ци Эртая, в бесформенную, жалкую массу. Юноша отчаянно попытался вырваться из стальной хватки, но пальцы Бай Цзюня впились в его талию, не оставляя ни единого шанса на спасение.

В груди Эртая что-то болезненно оборвалось. Красивое лицо слишком близко. Властные руки держат слишком крепко. Эртай невольно забыл как дышать и даже моргнуть не смог. Вот и всё. Тщательно выстроенный им план рухнул только от этого дерьмого влечения. Бай Цзюнь оказался не тем самоуверенным идиотом, каким он его считал.

Бай Цзюнь был волком, облачённым в овечью шкуру, безжалостным охотником, которого хотелось дразнить без конца, пытаясь нащупать, где кончается край чужого терпения. И сейчас… Сейчас Эртая ждала неминуемая расплата за эту свою секундную слабость. Но дух его не был сломлен. Собрав воедино остатки гордости и ярости, он плюнул — сгустком презрения и ментоловой свежести трубочки, которая по инерции перевернувшись в воздухе, летела прямо в лицо Бай Цзюня, стороной ещё не до конца обсосанного леденца.

Опешивший профессор отшатнулся, скривившись от отвращения.

— Ах ты, щенок! — Процедил он сквозь зубы, яростно стирая с лица мерзкую слюну. Мятный привкус ещё долго будет преследовать его, терпким кошмаром застряв в горле.

Воспользовавшись секундным замешательством врага, Эртай извернулся всем телом, как дикая кошка, и попытался вложить всю свою силу в сокрушительный удар ногой в пах профессора, надеясь лишить его не только самообладания, но и мужского достоинства.

Но Бай Цзюнь, обладавший змеиной грацией и молниеносной реакцией, легко уклонился от удара. Его рука захлопнулась на тонкой лодыжке Эртая, сжимая кости до хруста.

— Ты заплатишь за это… кровью, — прошипел Бай Цзюнь с дьявольской усмешкой, вновь притягивая к себе обессилевшего юношу.

Рука Бай Цзюня впилась в сильную талию Эртая, под курткой, обжигая разгорячённую кожу под прозрачным топом. — Неужели студент Вэньчжоу не знает, что именно живот требует наивысшей защиты? Почему же он у вас всегда нараспашку?

— Кх! Т-ты…! — Выдохнул Эртай, сожмурив глаза от новой волны смущения, вызванной близостью чужого, властного тела. Его разум затуманился, будто под действием крепкого вина.

— Посмотри на меня, ничтожество, — прорычал Бай Цзюнь, его голос звенел ледяным презрением, его пальцы свободной руки впились в бёдра Эртая, ноги которого повисли на талии Бай Цзюня.

Эртай с трудом разлепил веки, силясь сфокусировать взгляд на лице, нависшем над ним. «А? Теперь он обращается ко мне без официоза? Вот это новость…»

Но он не долго думал об этом. В его голове гудело, по телу разливалась обжигающая слабость. «Хн-н! Т-так… Приятно… Чужие прикосновения лучше своих собственных…»

Казалось, он даже забыл зачем вообще сюда пришёл…

Пальцы Бай Цзюня лишали возможности вдохнуть полной грудью. Чужие прикосновения были в новинку, а жалость, смешанная с высокомерным презрением в янтарных глазах профессора, обжигала хуже пощёчины. «Губы… Так близко… Чёрт… Как же быть?! Хочу его поцеловать!»

— Неужели это всё, на что ты способен? — прошипел Бай Цзюнь, его дыхание опаляло раскрасневшиеся уши Эртая.

Казалось, профессор не замечал странной атмосферы, повисшей в воздухе. — Я ожидал большего, признаться честно. Ты разочаровал меня, сын блудной демоницы.

Для Бай Цзюня все эти странные позы, искрящиеся пошлостью фразы Эртая были всего лишь частью битвы, в которой он не был намерен проигрывать.

В конце концов, Бай Цзюнь выбрал второй путь — путь жестокости и слома личности, уверенный в том, что Эртай явно не оценит нежное к себе отношение. Хотя бы потому, что они враги. Хотя бы потому, что при виде ше-цзина у Вэньчжоу зубы скрипят. И наконец, потому что Бай Цзюнь считал, что Эртай влюблён в Линсю. Иначе почему бы столь сильному демону вдруг помогать бестолковому смертному?..

Ах и всё-таки… Его гениальность иногда граничила с редчайшим идиотизмом.

Нарушив недолгое молчание, Эртай только презрительно фыркнул:

— Кажется, кто-то начитался яойных книжонок, — едко усмехнулся он, заставляя себя отстраниться. В изумрудных глазах сверкнули похотливые огоньки. — Раз теперь этот кто-то… так спокойно держит меня.

Уголки губ Бай Цзюня презрительно дрогнули. Он оглядел юношу, словно тот был склизким насекомым, случайно заползшим на его безупречный костюм.

— В самом деле. То чтиво, которым вы великодушно делились со мной, было столь же… отвратительным, как и вы, Вэньчжоу, ублажающий себя под одеялом. — Холодно ответил профессор.

— Так, значит… тебе понравилось? — Хищно оскалился Вэньчжоу.

Бай Цзюнь резко отпустил юношу и отступил на пару шагов. Его лицо, обычно безупречно-невозмутимое, сейчас исказила гримаса брезгливости и едва сдерживаемой ярости. Эртай, не ожидавший такой резкой смены настроения, пошатнулся и едва удержался на ногах. Воздух вокруг них загустел, наполнившись электрическим напряжением.

— Замолчи! — Выплюнул профессор. — Как ты смеешь говорить об этом? Смеешь осквернять своим грязным языком то, что… Даже думать об этом отвратительно!

Усмешка Эртая стала ещё шире. Этот старый ше-цзин явно был задет за живое. Злость, клокочущая в янтарных глазах Бай Цзюня, придавала ему даже какое-то болезненное очарование. «Значит, я нашёл его слабое место,» — подумал Эртай, слегка приободрившись. Возможно, ещё не все потеряно.

— Ой, да ладно тебе, профессоришка, — нарочито беспечно протянул он. — Ты ведь сам знаешь, что тебе понравилось. Иначе зачем бы ты так усердно выслеживал меня столько времени? Или ты просто соскучился по моим розовым волосам?

Бай Цзюнь на мгновение прикрыл глаза, глубоко вздохнув. Когда он вновь открыл их, в них не осталось и следа злости. Лишь холодная, расчётливая решимость.

— Ты сам напросился, глупец, — прошептал он, и в его голосе сквозила смертельная угроза. — Теперь ты познаешь всю глубину моего могущества. И оно будет долгим и… мучительным.

Зловещая аура окутала Бай Цзюня предвещая неминуемую бурю. Но Эртай лишь самодовольно ухмыльнулся, предвкушая грядущий хаос. — Ай-йя! Ну ничего, сейчас мы ещё подкинем дровишек в этот костёр самолюбия! — Не теряя ни секунды, он сложил пальцы в дерзкую фигуру, недвусмысленно намекающую на самые сокровенные и потаённые желания Бай Цзюня.

Глаза профессора вспыхнули яростью. В мгновение ока, он оказался рядом с Эртаем, сжимая его горло своей мощной рукой.

— Я вырву тебе язык, дерзкий мальчишка! Сломаю тебе пальцы и эти проклятые руки! — Прошипел он. — Чтобы ты больше никогда не смог произнести ни слова, ни колдовать!

Но Эртай не испугался, в его взгляде читался лишь вызов и безудержное веселье. Он мгновенно выпустил из себя всю чистую ци, переходя на демоническую. И ухватившись за руку, удерживающую его горло, снова широко улыбнулся.

Демоническая ци окутала Эртая, подобно алому пламени, преображая его облик. Розовые волосы вспыхнули ярче, а в изумрудных глазах засветились маленькие рубины. Мощная сила, пронзила его тело, разрывая оковы. Он сжал запястье Бай Цзюня, обжигая его кожу демоническим ци.

— А вот это уже интересно, — прохрипел Эртай. Хватка профессора ослабевала. — Давно хотел посмотреть, как ты будешь выглядеть, когда потеряешь контроль. — Вэньчжоу в предвкушении облизнул губы. Стягивая с себя куртку, он разминал шею и руки, готовясь к новой атаке.

Бай Цзюнь, тем временем, резко отшатнулся, рассматривая свою руку с выражением крайнего ужаса. На коже алел глубокий ожог, выжженное клеймо с идиотской надписью: «Собственность Эртая Вэньчжоу». Ярость в его глазах смешалась с неподдельным любопытством.

— Похоже… ты хочешь продолжить этот бессмысленный бой. — Хищно произнёс он, отступая на несколько шагов.

Эртай, подпитываемый высвобожденной демонической силой, с рывком прыгнул вперёд, снова сокращая расстояние. Он обрушил на профессора град ударов с ноги, крутясь и вертясь подобно юле.

Бай Цзюнь с трудом блокировал натиск, поражённый внезапной сменой силы противника. Каждый удар Эртая обжигал его демонической ци, оставляя болезненные следы на теле.

— Эй, если не хочешь так быстро сдохнуть, то от чего же не превратишься в змея? — Едко ухмыльнулся Вэньчжоу, его удары ломали рёбра, спину, даже задевали шею. Но ни за что не касались лица.

Бай Цзюнь нахмурился, он до последнего не желал переходить на тёмную ци, но похоже иного выбора не оставалось.

Вокруг него заклубился туман, и в следующее мгновение силуэт мужчины начал меняться, вытягиваясь и извиваясь. Человеческие черты исчезли, уступая место змеиной грации и мощи. Огромный чешуйчатый иссиня-чёрный змей с янтарными глазами, полными ярости, возвышался над Эртаем.

Эртай присвистнул, оценивая новый облик профессора. «Ахуеть! На этот раз полностью трансформировался! Лучше и быть не могло.»

Сверкающий во тьме змей ринулся в атаку, его массивный хвост рассекал воздух, подобно хлысту. Эртай уклонялся, используя свою демоническую ловкость, и пытался контратаковать, нарочно задевая чешую обжигающими прикосновениями. Мелкие чешуйки падали ему в ладони, и он копил их в своём кулаке.

Заброшенная подстанция снова превратилась в поле брани, где сталкивались демоническая ци и змеиная ярость. Удары сыпались градом, разрушая всё вокруг. Каждый из противников стремился подавить другого, вырвать победу из зубов поражения. В эхо битвы слышались рыки, свист рассекаемого воздуха и смех, пропитанный безумием.

В какой-то момент, змею удалось схватить Эртая своей челюстью. Но Эртай не собирался сдаваться. Он выпустил мощный поток демонической энергии, которую направил прямо на нёбо своего противника, разжав ладонь и раскалённые до предела чешуйки повалились в горло змея.

Бай Цзюнь резко взвыл от боли и разжал челюсти, освобождая Эртая и отплёвываясь.

Эртай, тяжело дыша, отлетел в сторону. По телу разливалась приятная боль. Демоническая ци пожирала его изнутри, подталкивая к новым безумствам. Но он не собирался отступать, предвкушая пик ярости Бай Цзюня, что опьяняла его, пробуждая самые тёмные желания.

Не медля ни секунды, Эртай снова ринулся вперёд, скользя между зубами змея. Он ухватился за один из клыков, цепляясь за скользкую поверхность. В глазах Бай Цзюня читалось изумление, смешанное с яростью. Эртай, ухмыляясь, потянулся вверх, забираясь всё выше и выше, игнорируя рычание и ядовитое дыхание.

Добравшись до головы змея, Эртай оседлал её как дикого скакуна. Он сильно вцепился в чешую, заставляя Бай Цзюня издать пронзительный вопль. — Ну же, профессоришка, покажи, как ты умеешь любить! — Рассмеялся он, обжигая змеиную кожу своим демоническим огнём.

Бай Цзюнь изогнулся, пытаясь сбросить с себя наглого демона, но хватка Эртая была слишком сильна. Внезапно, ше-цзин снова трансформировался, но теперь он был частично человеком. И лишь его длинный змеиный хвост, точно рассчитав момент, обхватил мальчишку в свои тиски.

Змеиный хвост сжался вокруг хрупкого тела демона, сдавливая его до хруста костей. Эртай застонал, но хватки не ослабил. Наоборот, он вцепился в получеловеческое тело ше-цзина ещё крепче, как паразит, упивающийся мучениями своей жертвы.

— Что же ты делаешь, мальчишка?! — Прорычал Бай Цзюнь, пытаясь сбросить его.

Эртай лишь рассмеялся в ответ, его дыхание опаляло хвост профессора, будто намереваясь укусить своими зубами. Он запустил два изящных пальчика под чешую, а затем с наглостью, ему присущей, выдёргивал её. 

— Разве это не очевидно? Соблазняю тебя, профессор!

Бай Цзюнь зашипел громче, разинув пасть. Боль была оглушающая, что он, кладезь знаний и целомудрия, даже не нашёлся с ответом...